Врата изменников - Перри Энн - Страница 58

– Спокойной ночи, папа, – сказала Джемайма, но отпускать его она при этом не собиралась.

– Спокойной ночи, малышка.

Томас осторожно опустил ее на пол, легонько повернул лицом к дверям спальни и подтолкнул.

Девочка поняла, что возражать бесполезно, и, не споря, удалилась.

Питт спустился в кухню, слишком взволнованный, чтобы о чем-то говорить. Увидев его лицо, Шарлотта не стала настаивать. Это подождет до лучших времен, решила она.

Томас спал допоздна, а проснувшись, выбросил из головы все мысли о Боу-стрит и сразу же отправился в клуб «Мортон», чтобы разыскать там Хораса Гайлера, официанта, дававшего показания на предварительном следствии. Питт пришел в клуб слишком рано, когда тот еще не был открыт, хотя там, конечно, были горничные и лакеи, чистившие ковры и вытиравшие пыль. Ему следовало бы знать это, с досадой думал Питт, приготовившись ждать не менее часа. Наконец его впустили, но прошло еще полчаса, прежде чем нужный ему человек освободился.

– Да, сэр? – настороженно спросил тот, глядя на полицейского. Они стояли в маленькой каморке для официантов, пока еще пустой.

– Доброе утро, мистер Гайлер, – нарочито небрежно поздоровался Томас. – Я хотел бы узнать более подробно о том дне, когда умер сэр Артур Десмонд. Это ведь случилось здесь.

У Хораса был напуганный вид. Но Питт подозревал, что того пугает не какая-либо собственная вина, а скорее глубоко укоренившийся в каждом страх перед смертью и всем, что с нею связано.

– Я не знаю, сэр, что могу еще добавить к тому, что, значицца, уже говорил на первом допросе. – Он переминался с ноги на ногу. – Я сказал все.

Если официант член Круга, тогда он отличный актер, подумал Питт. Но возможно, он всего лишь послушное орудие в чьих-то руках? Например, в руках палача.

– Там вам пришлось отвечать только на вопросы, которые вам задавали. – Суперинтендант улыбнулся, пытаясь как-то успокоить напуганного Гайлера. – Я же спрошу вас о том, что не могло прийти в голову коронеру, вот и все.

– Зачем это, сэр? Разве что-то не так?

– Просто не хочу, чтобы была совершена ошибка, – уклончиво сказал Томас. – Вы обслуживали членов клуба в тот день?

– Да, сэр.

– Один?

– Простите, сэр?

– Вы один дежурили в тот день?

– Нет, сэр. Нас всегда двое или трое.

– Всегда? А что, если кто-то из вас болеет?

– Тогда мы, значицца, нанимаем еще кого-нибудь, сэр. Это бывает довольно часто. Кстати, так было и в тот день.

– Понятно.

– Но я один обслуживал ту половину гостиной и, в частности, сэра Артура. Во всяком случае, большую часть времени.

– Но ведь его мог обслужить еще кто-то, когда вы были заняты? – Питт подавил охватившее его волнение, но голос все равно его выдал. Он сам это заметил, как, бесспорно, заметил и Гайлер. – Возможно, один из временно нанятых официантов?

– Не знаю, сэр.

– Что вы хотите этим сказать?

– Понимаете… за всеми не уследишь, когда сам занят – разливаешь напитки, принимаешь заказы… В гостиную то и дело кто-то входит или выходит. Гости, бывает, отлучаются куда-то, кто в гардеробную, кто в бильярдную, в библиотеку, или, там, написать письмо где-нибудь в тишине…

– Сэр Артур никуда не отлучался?

– Нет, насколько я помню, сэр. Но, естессно, не могу утверждать с уверенностью. Я не поклялся бы на допросе.

– Я не собираюсь заставлять вас делать это, – попытался успокоить его Питт.

Но это не помогло Хорасу. Вид у него по-прежнему был несчастный.

– Вы свидетельствовали, что сэр Артур в тот вечер выпил много коньяку.

– Да, сэр. Мне так показалось. Пять или шесть рюмок, во всяком случае, – более уверенно ответил официант.

– А сколько из них подали ему вы?

– Четыре, сэр, насколько я припоминаю.

– Значит, кто-то другой подал ему еще рюмку или даже две?

Гайлер снова уловил в голосе инспектора волнение, даже надежду.

– Я этого не знаю, сэр. Но предполагаю, что так оно и было, – быстро добавил он и, закусив губу, нервно сжал руки.

– Тогда я не понимаю… – в недоумении произнес Томас, которому уже было не до притворства.

– Видите ли, сэр… Я хочу сказать, что, значицца, сэр Артур… что эти пять или шесть рюмок я насчитал со слов тех, кто говорил об этом…

– Чьих же? – резко прервал его Питт. – Кто это говорил? Сколько рюмок вы сами ему подали?

– Одну, сэр. Одну рюмку незадолго до обеда. Последнюю… – Официант нервно сглотнул. – Кажется. Но, клянусь, сэр, я ничего туда не подсыпал, а коньяк, естессно, был наших лучших марок, из особого графина, как он сам заказывал!

– Я не сомневаюсь в этом, – держась спокойно, заявил суперинтендант, глядя на испуганного собеседника. – А теперь попробуйте объяснить мне эти четыре или пять рюмок, которые, по-вашему, выпил сэр Артур. Если вы сами их не подавали и не видели, как их подали ему другие официанты, как вы можете такое утверждать?

– Понимаете, сэр… – В глазах Гайлера, когда он посмотрел на полицейского, был страх, но он не отводил взгляда и смотрел ему прямо в лицо. – Я помню, как сэр Джеймс Данкансби сказал, что лорд Десмонд просит еще рюмку коньяка. Я налил ее и передал ему для сэра Артура. Поскольку сэр Джеймс в это же время заказал и себе рюмку, он сказал, что заодно отнесет коньяк и сэру Артуру. Естессно, я не стал спорить с джентльменом, сэр.

– Конечно, я понимаю. Значит, вы налили сэру Артуру одну рюмку. А как остальные рюмки?

– Видите ли… Подошел мистер Уильям Родуэй и попросил еще рюмку, поскольку первую, которую ему принес другой официант, он отдал сэру Артуру.

– Итак, две. Продолжайте.

– Мистер Дженкинс сказал, что хочет угостить сэра Десмонда, и заказал две порции коньяку, себе и ему.

– Три рюмки. Нам надо обнаружить еще одну или две.

– Я не уверен, сэр… – Вид у Хорэса был подавленный. – Но я слышал собственными ушами, как бригадир Олсоп рассказывал, что видел, как сэр Артур заказывал еще рюмку одному из официантов. Я думаю, что одну, но не уверен. Может, он заказал две.

Томас почувствовал некое легкое головокружение и сумятицу в мыслях. Итак, официант подал сэру Артуру по его просьбе всего одну рюмку коньяка! Все остальное – это лишь слухи. Вероятнее всего, остальные рюмки так и не достались старому джентльмену. Внезапно путаница стала превращаться в нечто определенное, имеющее смысл. Здравомыслие одержало верх.

А с ним пришло нечто темное, зловещее, но в то же время не такое тяжкое и мучительное. Если правда – это вовсе не то, что пытаются всем внушить, и здесь имеет место тайный сговор, тогда сэр Десмонд был убит, как и подозревает Мэтью.

Если бы Питт был в Брэкли, сэр Артур застал бы его там и смог бы обратиться к нему со своими чудовищными догадками и подозрениями – тогда Томас смог бы предостеречь его, посоветовал бы ему, что делать, и этим спас бы ему жизнь.

Суперинтендант поблагодарил Гайлера и покинул клуб еще более расстроенным и недоумевающим, чем вошел в него.

Доктор Меррей был не из тех, с кем легко договориться и кого можно без особых усилий в чем-либо убедить. Томасу Питту пришлось поистратиться и записаться к нему на прием. Врач был немало удивлен, увидев суперинтенданта в приемной своего хирургического кабинета на Уимпол-стрит. Он сразу понял, что тот явился не за врачебной консультацией и что неприятных вопросов не избежать.

Строгая и почти скромная обстановка приемной доктора Меррея, однако, внушала доверие и говорила о благополучии. У Питта невольно мелькнула мысль: что в этом докторе могло привлечь доверие сэра Артура? И как долго он пользовался его врачебной помощью?

– Мягко говоря, вы сразу же решили ввести меня в заблуждение. – Доктор Меррей откинулся на спинку кресла. Он сидел за огромным письменным столом орехового дерева и с неприязнью смотрел на непрошеного гостя. – На каком основании вы ведете расспросы о злосчастной смерти сэра Артура Десмонда? Коронер, проведший дознание, уже вынес свое заключение о причинах смерти, и дело закрыто. Не понимаю, зачем понадобилось дальнейшее расследование и какую пользу оно принесет?