Смерть Королей (ЛП) - Корнуэлл Бернард - Страница 77

Я улыбнулся, хотя за блестящей сталью нащечников он и не увидел мою улыбку.

- Господин, - произнес я смиренно, и треснул Вздохом Змея по лошадиной пасти - лошадь встала на дыбы, истошно ржа, кровь пузырилась в ночи, и Сигельф навзничь упал с седла.

Я опрокинул его в грязь, хлопнул лошадь по крупу, посылая ее в сторону разбегающихся воинов олдермена, а когда Сигельф попытался встать, пнул его ногой в лицо.

Я поставил правую ногу на тощую грудь и прижал его к земле.

- Я Утред, - сказал я, но так, чтобы меня услышал только Сигельф.

- Слышишь меня, ты, предатель? Я - Утред, - и я увидел, как расширились его глаза, прежде чем с силой вонзил меч в тощую глотку. Его крик превратился в бульканье, а кровь выплеснулась на мокрую землю. Он затрясся и задрожал, умирая.

- Труби, - крикнул я Осви, - сейчас!

Зазвучал рог. Мои люди знали, что делать. Они развернулись обратно к болоту, отступая в темноту за кострами, и когда они ушли, рог прозвучал во второй раз, и я увидел Осферта, ведущего стену из щитов со стороны деревьев.

Мое знамя с волчьей головой и обугленный крест Осферта возвышались над приближающейся стеной.

- Воины Кента! - крикнул Осферт. - Воины Кента! Ваш король идет к вам на помощь! Ко мне! Ко мне! Стройтесь около меня!

Осферт был сыном короля, и вся его древняя родословная была в этом голосе. В ночи холода, хаоса и смерти он звучал уверенно и спокойно.

Воины, видевшие, как прирезали их олдермена, видевшие его кровь, выплескивавшуюся в освещенную огнями костров темноту, побежали к Осферту и присоединились к его стене из щитов, потому что он обещал безопасность.

Мои люди отступили в тень, а потом направились на юг, чтобы присоединиться к правому флангу Осферта. Я стянул свой шлем и бросил его Осви, а потом зашагал к растущей стене из щитов.

- Эдвард послал нас, чтобы вас спасти! - крикнул я кентским воинам. - Датчане предали вас! Король идет сюда со всей своей армией! Стройтесь в стену из щитов! Поднять щиты!

Край неба на востоке посветлел. Дождь все еще лил, но заря была близко. Я взглянул на север и увидел всадников.

Датчане, должно быть, заинтересовались звуками битвы, и рев рога нарушил их сон под конец ночи, и некоторые из них скакали по дороге, чтобы увидеть всё своими глазами, а увидели они увеличивающуюся стену из щитов.

Они увидели мое знамя с головой волка, чернеющий крест Осферта и людей, лежащих в остатках костров.

Люди Сигельфа, оставшиеся без предводителя, пребывали в хаосе, у них было не больше представлений о происходящем, чем у датчан, но наша стена из щитов предлагала им безопасность, они подобрали свои щиты, шлемы и оружие и побежали присоединяться к нашим рядам.

Финан и Осферт ставили людей на позицию. Высокий воин без шлема, но с обнаженным мечом, подбежал ко мне.

- Что происходит?

- Ты кто?

- Вулферт, - ответил он.

- А кто такой Вулферт? - спросил я спокойным тоном. Он был главой клана, Одним из самых богатых людей Сигельфа, который привел в Восточную Англию сорок три воина. - Твой лорд мертв, - сказал я, - и датчане очень скоро нас атакуют.

- Кто ты?

- Утред Беббанбургский, - сказал я, - а Эдвард в пути. Нам придется сдерживать датчан, пока не подойдет король, - я дернул Вулферта за локоть и провел его к болоту на западе, к левому флангу нашей обороны. - Построй своих людей здесь, - велел я, - и дерись за свою страну, за Кент, за Уэссекс.

- За Господа! - прокричал неподалеку Осферт.

- Даже за Господа, - повторил я.

- Но..., - начал Вулферт, всё ещё озадаченный ночными событиями.

Я заглянул ему в глаза.

- За кого ты хочешь драться? За Уэссекс или за датчан?

Он поколебался, не потому, что не был уверен в ответе, а потому что всё изменилось, и он по-прежнему пытался понять, что случилось. Он ожидал, что пойдет на юг, на Лунден, а вместо этого его просили драться.

- Ну? - поторопил я его.

- За Уэссекс, господин.

- Тогда дерись хорошо, и ты будешь главным на этом фланге. Построй своих людей, скажи им, что король приближается.

Я не видел никаких следов Сигебрита, но когда слабый серый свет дня покрыл небо на западе, я заметил, как он приближается с севера. Он был с датчанами, несомненно, проведя ночь в тепле и комфорте, который мог предоставить Хантандон, а теперь он был верхом, а позади него воин нес знамя с головой быка.

- Осви! - прокричал я. - Найди мне коня! Финан! Шесть воинов, шесть лошадей! Вулферт! - я повернулся к нему.

- Господин?

- Найди знамя Сигельфа, и пусть кто-нибудь поднимет его рядом с моим.

Множество кентских лошадей было привязано в лесу позади нашей позиции. Осви привел мне одну, уже оседланную, и я вскочил на ее и направил в сторону Сигебрита, остановившегося в пятидесяти или шестидесяти шагах.

Помимо знаменосца с ним было еще пять человек, ни одного из них я не знал. Я не хотел, чтобы воины из Кента отреагировали на этот флаг с головой быка, но к счастью, из-за дождя он намок и провис.

Я обуздал лошадь неподалеку от Сигебрита.

- Хочешь сделать себе имя, мальчишка? - я бросил ему вызов. - Тогда убей меня прямо сейчас.

Он посмотрел мимо меня на войско своего отца, готовящееся к битве.

- Где мой отец? - спросил он.

- Мертв, - ответил я и вынул Вздох Змея. - Его убило вот это.

- Значит, я олдермен, - произнес Сигебрит и глубоко вздохнул, я знал, что он станет требовать от воинов отца поклясться ему в верности, но прежде чем он заговорил, я подтолкнул взятого взаймы коня вперед и поднял клинок.

- Говори со мной, парень, - сказал я, держа Вздох Змея перед его лицом, - а не с ними.

Финан подошел ко мне, пятеро моих воинов были теперь в нескольких шагах от нас.

Сигебрит был напуган, но заставил себя казаться храбрым.

- Вы все умрете, - промолвил он.

- Возможно, - согласился я, - но заберем вас с собой.

Его конь попятился, и я позволил ему ускользнуть от моего меча. Я посмотрел мимо него и увидел, как часть датчан пересекала мост. Почему они ждали? Если бы они перешли мост вчера вечером, они бы соединились с войском Сигельфа и сейчас шли бы на юг, но их что-то удержало.

Потом я вспомнил загадочные огни ночью, три больших зарева от горящих домов или деревень. Кто-то атаковал арьергард датчан? Только так можно было объяснить их задержку, но кто?

И все же датчане переходили сейчас реку, сотни, тысячи, и за ними по мосту тянулись воины Этельволда и мерсийцы Беортсига, и я прикинул, что вражеская армия превосходит нас по меньшей мере в восемь раз.

- У тебя есть три пути, щенок. - сказал я Сигебриту. - Ты можешь присоединиться к нам и сражаться на стороне законного короля или биться со мной прямо здесь, только ты и я, или можешь бежать к своим датским хозяевам.

Он взглянул на меня, но не смог выдержать моего взгляда.

- Я скормлю твой труп собакам, - ответил он, стараясь показать свое презрение.

Я лишь уставился на него, и он наконец отвернулся. Сигебрит и его воины вернулись к датчанам, и я видел, как он уехал, и только когда он скрылся среди сгущающихся вражеских рядов, я повернул коня и отвел его к нашей стене из щитов.

- Воины Кента! - я сдержал коня перед ними. - Ваш олдермен предал страну и Бога! Датчане пообещали сделать его королем, но разве они когда-нибудь сдерживали слово?

Они хотели, чтобы вы сражались за них, а когда вы выполните их работу, они планировали забрать ваших жен и дочерей себе на потеху!

Они пообещали Этельволду трон Уэссекса, но разве вы думаете, что он продержится на троне больше месяца? Датчане хотят Уэссекс! Они хотят Кент!

Они хотят наши поля, наших женщин, наш скот, наших детей! И сегодня они вероломно напали на вас! Почему? Потому что решили, что не нуждаются в вас! У них и без вас достаточно людей, поэтому они решили убить вас!

Многое из того, о чем я говорил, было правдой. Я смотрел на кентский строй, на щиты, копья, топоры и мечи. Я видел обеспокоенные, испуганные лица.