1356 (ЛП) (др.перевод) - Корнуэлл Бернард - Страница 50

- Ваши сапоги, сир, - сказал Мишель.

- Нет времени, - ответил Роланд. Он почувствовал приступ паники. Как им теперь выбраться?

Отец Маршан попытался встать, и Робби повернулся и пнул его по голове.

- Врежь ему посильнее, Скалли, если он еще раз шевельнется.

- Я дерусь за него или за тебя? - спросил Скалли.

- Кому ты служишь? - потребовал ответа Робби.

- Лорду Дугласу, конечно же!

- А кто я?

- Дуглас.

- Тогда не задавай глупых вопросов.

Скалли был удовлетворен этим ответом.

- Так ты хочешь, чтобы я прикончил ублюдка? - спросил он, поглядев на священника.

- Нет! - воскликнул Робби. Убийство священника могло привести к отлучению от церкви, а у него и так уже было достаточно неприятностей.

- Я бы с удовольствием, - предложил Скалли. - Уже неделю никого не убивал. Нет, даже дольше. Должно быть, по меньшей мере месяц! Ты уверен, что нам не нужно ни с кем драться?

Роланд посмотрел на Робби.

- Мы просто выйдем отсюда?

- У нас нет особого выбора, - признался Робби, его голос снова звучал нервно.

- Тогда пошли! - взмолилась Женевьева. Одной рукой она прижимала тряпицу к глазу, а другой придерживала плащ на шее.

- Возьми мальчика, - приказал Роланд Мишелю и отступил в коридор. - Убери меч в ножны, - сказал он Робби.

- В ножны? - казалось, Робби находился в замешательстве.

Роланд взглянул на меч, на котором остались окровавленные перья.

- Мы здесь гости.

- Пока.

- Что, во имя Христа, мы делаем? - поинтересовался Скалли.

- Сражаемся за честь лорда Дугласа, - отрезал Робби.

- Так мы сражаемся?

- За Дугласа! - прорычал Робби.

- Нет нужды кричать, - сказал Скалли и, когда Робби засунул меч в ножны, вытащил свой короткий клинок. - Просто скажи мне, ты хочешь устроить резню, да?

- Пока нет, - сказал Робби.

- И веди себя тихо, - добавил Робби. Роланд бросил взгляд на Робби, как будто в поиске поддержки, но юный шотландец нервничал не меньше француза. - Нужно двигаться, - предложил Робби.

- Мы покидаем замок?

- Думаю, нам придется, - он помедлил, оглядываясь, - если сможем.

Роланд повел их через двор. Несколько догорающих костров, на которых воины поджаривали овсяные лепешки, дымились в большом дворе, но лунный свет был ярким, а тени черны.

Никто не обратил на них особого внимания. Женевьева завернулась в плащ, а Хью прижался к ее подолу, пока они прокладывали себе путь между спящих мужчин и лошадей.

Некоторые передавали друг другу бурдюки с вином и тихо разговаривали. Кто-то пел. Кто-то негромко хихикал. В надвратной башне мерцал свет фонаря.

- Поищи мою лошадь, - приказал Роланд Мишелю.

- Думаешь, они просто позволят нам выехать? - прошептал Робби.

- Не ищи мою лошадь, - сказал Роланд, размышляя о том, как они смогут сбежать на своих двоих.

- Сапоги, сир? - предложил Мишель.

- Нет времени, - отозвался Роланд. Его мир рассыпался на части, он больше не знал, где лежало спасение, разве что это была его честь, и это означало, что он должен спасти еретичку, даже если придется нарушить клятву, принесенную церкви.

- Я прикажу им опустить мост, - сказал он Робби и зашагал к надвратной башне.

- Остановите их! - раздался крик из двери позади них. Отец Маршан, держась за дверной косяк, указывал на них. - Остановите их! Во имя Господа!

Люди во дворе были тяжелы на подъем. Некоторые спали, другие пытались заснуть, а многие были одурманены вином, но теперь они зашевелились, по мере того, как все больше людей подхватывало этот призыв. Скалли выругался и толкнул Робби локтем.

- Так мы деремся наконец?

- Да! - прокричал Робби.

- С кем?

- Со всеми!

- Как раз вовремя, черт дери! - буркнул Скалли и обрушил свой меч косым ударом на человека, пытающегося вылезти из-под плаща.

Тот упал с залитым кровью лбом, и Скалли разрезал мечом веревки, которыми три лошади были привязаны к кольцу в стене.

Он кольнул одну из лошадей острием меча, и животное рвануло вперед, вызвав хаос в рядах спящих людей. Он стукнул двух оставшихся, и все лошади во дворе заржали и встали на дыбы.

- Подъемный мост! - прокричал Роланд. Перед ним появились двое, оба с мечами, но его неожиданно охватило спокойствие. Это было привычным ему занятием. До сих пор он дрался лишь на турнирах, но победы на состязаниях являлись результатом многих часов тренировок, и он быстро ударил по широкому клинку врага, потом в ответ сделал ложный выпад, шаг вперед, и его меч прошел между ребер мужчины слева, а он уже наступал на второго, яростно махая мечом, отвел руку с клинком, так что локтем заехал противнику в живот.

- Готов, - провозгласил Робби, - в точности так же, как если бы это было меле во время турнира.

Роланд отступил влево и произвел короткий замах, и первый воин выбыл из битвы, он едва мог дышать. Теперь из надвратной башни вышли двое стражников, и он быстро побежал к ним.

Один был вооружен копьем, которым попытался его ткнуть, но Роланд видел нервозность на лице противника и даже не подумал парировать удар, а просто быстро взметнул меч вверх, так, что острие проделало жуткую рану на лице стражника.

Разрезало ему губы, нос и бровь, глаз наполнился кровью, а он повернулся ко второму стражнику, который запаниковал, отступая к надвратной башне.

- Приведи леди Женевьеву, - крикнул Роланд Мишелю, - к воротам!

Роланд исчез в помещении для стражников, а Робби и Скалли расчистили вход в длинный арочный проход, дальний конец которого был закрыт подъемным мостом.

- Проклятые щеколды, - пробормотал Скалли.

Мишель не говорил по-английски, но увидел щеколды и вытащил ту, что находилась справа, из каменного углубления. Женевьева протянула руку, чтобы вытащить остальные, но они не сдвинулись с места, а плащ соскользнул с ее плеч.

Мужчины во дворе увидели ее обнаженную спину и закричали, что хотят рассмотреть остальное. Мишель подошел к ней, чтобы помочь, и огромная железная щеколда со скрипом подалась.

- Удерживай их, Скалли! - крикнул Робби.

- Дуглас! - Скалли прорычал свой боевой клич людям во дворе.

В помещении остался один из стражников, но он отпрянул от проигнорировавшего его Роланда, который взобрался по винтовой лестнице, что вела в большое помещение над проемом ворот.

Там никого не было, но стояла полная темнота, лишь тусклый лунный свет пробивался через амбразуры, но Роланд различил огромный ворот с намотанными цепями подъемного моста.

Барабан ворота был шириной с арочный проход и четырех футов в высоту. На каждом конце находились большие ручки, но Роланд не смог сдвинуть ближайшую. Он услышал крики внизу и лязг клинков. Затем донесся вопль. Заржала лошадь.

Несколько секунд он беспомощно стоял, гадая, как привести в движение механизм, потом его глаза привыкли к темноте, и он заметил большой деревянный рычаг у дальней ручки.

Он подбежал к нему и надавил. Мгновение рычаг сопротивлялся нажиму, но внезапно подался, раздался громогласный треск, и огромный барабан начал быстро разматываться, а цепи соскальзывали с бобины резкими толчками и вибрируя, одна из них порвалась, и сломанные звенья отскочили, полоснув Роланда по лицу, как раз в тот момент, когда жуткий грохот возвестил о том, что подъемный мост опущен.

Он покачнулся, слегка оглушенный ударом, потом пришел в себя, подобрал меч, который бросил, чтобы нажать на рычаг, и начал спускаться по лестнице.

Ворота были открыты.

- Сэр? - Сэм дотронулся до плеча Томаса.

- Господи, - выдохнул Томас. Он почти заснул, вернее, его мысли витали где-то далеко, как неясный туман, поднимающийся от залитого луной рва замка Лабруйяд.

Он думал о Граале, о чаше из обычной глины, которую швырнул в море, и гадал, как он часто делал, был ли то настоящий Святой Грааль.

Иногда он в этом сомневался, а иногда его повергала в трепет та смелость, с которой он скрыл его под вечными перекатами волн.