Том 4. Пожиратели огня (с илл.) - Жаколио Луи - Страница 129

— Да, князь, может, вы и правы… Надо обдумать, как лучше всего управиться с этим негодяем, если только позволите вашему старому слуге принять участие в ваших планах.

— Да, я именно с этой целью и рассказал тебе обо всем, мой милый Баринов!

— Но не следует ли опасаться, что смерть Ивановича вызовет жажду мести со стороны этих влиятельных и могущественных сообщников, о которых вы только что упоминали?

— Этого нечего опасаться; напротив, устранив этого человека, мы многим окажем серьезную услугу, избавив неосторожных, завлеченных им в его сети и обманутых им людей от этого Дамоклова меча, который теперь висит над ними. До тех пор, пока его ловкие махинации оставались в тайне, все были довольны, но с тех пор, как в Петербурге стали поговаривать, что какие-то смелые авантюристы, прикрываясь влиянием Общества Невидимых, злоупотребляют им в своих низких целях, большинство влиятельных лиц, впутанных Ивановичем в его дела, дорого бы дали, чтобы вырваться из когтей этого негодяя; но они боятся его!

— Понимаю, князь, но во всяком случае нужно соблюдать крайнюю осторожность! Я бы советовал воспользоваться опытностью нашего Данилова. Он предан вам всей душой; к тому же степь не имеет от него тайн… В этом деле он незаменим!

— Делай как знаешь! — отвечал князь.

Управляющий поспешил вызвать Данилова, который при виде князя выразил такие знаки трогательного почтения, что князь прослезился.

Не теряя времени, Свечин сообщил ему подробности своего пленения Невидимыми, рассказал о графе и его друзьях и заявил, что хочет во что бы то ни стало овладеть Ивановичем.

Внимательно выслушав князя, Данилов ответил.

— Здесь один только человек может помочь нам. Это — атаман Черных Всадников Хашим-Баши, которому мне удалось спасти жизнь. Он в долгу передо мной и обещал помочь мне, когда бы мне это ни понадобилось!

— А где можно найти его?

— Нужно отправиться в странноприимную общину и там спросить отца Николая!

— Так идем же туда.

XXI

БЫЛА НОЧЬ. ВСЕ СПАЛО В ГОРОДЕ, КРОМЕ бродячих псов и голодных волков, которые после заката солнца обычно рыщут вокруг города. Двое мужчин, крадучись, вышли из задней калитки дворца Свечиных и темным переулком направились к окраине, где находилась странноприимная община. Молча добрались они до громадного каменного здания, похожего скорее на неприступную крепость, чем на мирную обитель.

В России кроме обычных, узаконенных монастырей существует немало добровольных общин, не подчиняющихся никакому уставу; живут они, как правило, на пожертвования. В народе эти монастыри иногда пользуются большим уважением, а иногда к ним относятся совершенно безучастно. Нередко случалось, что под скромным одеянием таких братьев скрывались самые заправские бродяги, фальшивомонетчики, грабители, беглые каторжники.

Особенно дурных слухов о странноприимной общине не было, но и хорошего говорили мало. А шепотом, украдкой передавали кое-какие темные слухи, рисовавшие жизнь ее обитателей совсем не так, как ее выставляли напоказ. Но не будем забегать вперед.

Данилов еще днем разузнал, когда ему можно видеть о. Николая. Ему назначили время от десяти до одиннадцати часов вечера. И вот он вместе со своим господином отправился на свидание.

Таинственные незнакомцы, пробиравшиеся в эту ночь к странноприимному монастырю, были именно они.

Подойдя к воротам общины, они только хотели было постучаться, как услышали позади себя шум приближающихся шагов. Они инстинктивно притаились за одной из массивных колонн входа, и почти тотчас же мимо них скользнула, как тень, какая-то мужская фигура. Незнакомец сделал несколько сильных равномерных ударов в стену, в ответ на что маленькая боковая калиточка в стене беззвучно отворилась и слабый луч света упал прямо на лицо входящего.

— Иванович! — прошептали почти в один голос князь и его слуга.

— Зачем он пришел сюда и в такое время? — сказал князь. — По-видимому, он здесь свой человек?

— Не войти ли и нам за ним? — спросил Данилов.

— Ты не думаешь, что мы, поступив так, совершим неосторожность?

— А чем мы рискуем? — спросил Данилов. — В сущности мы ведь пришли к назначенному времени; нас ждут!

С этими словами он подошел к калитке, куда прошел Иванович, и убедился, что она осталась незапертой. Он тихонько толкнул ее, и глазам пришедших открылся длинный слабоосвещенный коридор. Они смело сделали несколько шагов вперед, а затем стали осторожно пробираться дальше. Пока они не замечали ничего особенного, но этот длинный, едва освещенный коридор, конца которого не было видно, навевал на них какое-то смутное ощущение опасности.

— Не вернуться ли нам назад? — спросил Данилов.

— Может быть, нам действительно следовало бы быть осторожнее! — согласился князь и остановился.

В этот момент до их слуха донесся шум голосов и что-то вроде криков и пения, но за отдаленностью трудно было различить, что это были за голоса.

— Это не церковное пение! — с уверенностью заметил князь.

— Да, скорее застольные песни. Слышите топот ног, словно там где-то пляшут и пируют!

— Ты прав! — сказал князь, и звуки этой пирушки побудили его идти дальше. — У тебя оружие при себе? — обратился он к Данилову.

— При себе, ваше сиятельство!

— Ну, так вперед!

И они стали осторожно продвигаться дальше. Крики и песни раздавались все громче и яснее; вскоре не осталось ни малейшего сомнения, что в общине пировала многочисленная шайка грабителей.

Еще несколько шагов — и сквозь арку, ведущую в обширное подземелье, князь и его слуга увидели около сотни бражничавших бородатых людей. Все они были уже навеселе.

Вдруг один из присутствующих громко провозгласил:

— За твое здоровье, Хашим-Баши! Так значит, я могу положиться на твое слово? Ты не забудешь того, что обещал мне?

— Ваше превосходительство, Хашим-Баши всегда держит свое слово. Будьте здоровы!

— Это голос Ивановича, — сказал князь, — этот негодяй явился сюда подговорить Черных Всадников помочь ему.

— Ваше сиятельство, Хашим-Баши встает; нам пора уходить! — прервал его Данилов.

В этот момент со всех сторон раздались сиплые голоса собутыльников:

— Куда ты, Хашим-Баши?.. Останься с нами… Или тебе наскучило пить с нами!? Полно, не уходи, ты должен быть нашим атаманом и за столом, как в бою! — кричали ему со всех концов.

Но Хашим-Баши оставался непреклонен.

— Молчите, друзья! Я сейчас жду к себе гостя!

— Слышите, ваше сиятельство? Нам надо спешить! — снова шепнул князю Данилов, и оба направились к выходу, к монастырским воротам, у которых Данилов постучался довольно громко. Им отпер сам отец Николай, уже преобразившийся из Хашима-Баши в степенного инока.

— Чего вы желаете, братия? — спросил он, ласково глядя на пришедших.

— Мы желаем говорить с отцом Николаем!

— Он перед вами!

— Мы испросили разрешения повидать вас, и вы сами назначили нам это время!

— Так, так! — проговорил отец Николай. — Прошу пожаловать. Ночь прохладна; нам с вами лучше будет побеседовать в моей скромной келье, чем здесь, на дворе! Следуйте за мной!

И мнимый монах повел их в другой конец здания, противоположный тому, где его товарищи все еще продолжали свою оргию. Вскоре посетители очутились в опрятной, скромно и бедно обставленной келье обычного монастырского вида.

— Милости прошу садиться, гости дорогие! — пригласил мнимый монах. — Расскажите, что привело вас ко мне!

Данилов, назвав себя, но умолчав о князе, рассказал, что, полагаясь на обещание Хашима-Баши помочь ему в случае нужды, явился сюда по данному атаманом адресу.

— Так, так, — кивал головой мнимый отец Николай. — Ну, а скажите, какую же услугу вы просите оказать Хашима-Баши!