Невеста на одну ночь - Роджерс Розмари - Страница 3

– На тебя за три сезона никто не позарился, приходится брать что есть. – Сайлас одним глотком опрокинул бренди, и взгляд его опустился с мертвенно-бледного лица Талии на носки собственных сапог. – Это как с гнедой кобылой – той, что я весной продавал. Когда торгуешь, иной раз надо и уступить…

Талию передёрнуло. Отцу не раз случалось задеть её гордость и ранить чувства, но так далеко он заходил редко.

– Я не кобыла и не товар.

Отец упрямо выпятил челюсть.

– А жалко – с кобылой-то намного проще. У тебя, как погляжу, больно много запросов, а сама, того и гляди, в девках останешься.

– Разве это так страшно?.. – робко проговорила Талия.

– Хватит пороть чушь! – нетерпеливо рявкнул отец. – Не для того я состояние зарабатывал, чтоб оно какому-нибудь лентяю-племянничку досталось.

Отойдя от стола, отец ткнул в её сторону пальцем.

– Будешь делать, что говорю, и родишь мне внука, наследника. Он пойдёт учиться в Оксфорд, а потом членом парламента станет. Или даже премьер-министром. – Отец самодовольно заулыбался. – Неплохо для внука мясника, а?

– Может, вы его сразу на трон усадите? – не сдержавшись, пробормотала Талия.

– И усадил бы, не будь ты такая бестолковая. – Сайлас развернулся и с грузным топотом зашагал к двери, давая понять, что разговор окончен. Он своё решение принял, и теперь Талии надлежало подчиниться. – Свадьба в конце июня.

– Отец…

– И учти – я хочу, чтоб об этом торжестве целый год говорили, так что без фокусов, – перебил Сайлас, пропустив мимо ушей робкую мольбу дочери, и бросил на неё предостерегающий взгляд. – А будешь артачиться – собирай вещи, отправишься к тётке Пенелопе в Йоркшир.

От такой угрозы у Талии внутри всё сжалось.

Пенелопа Добсон была старшей сестрой её отца. Озлобленная на весь мир старая дева, она только и делала, что молилась целыми днями и всячески старалась отравить жизнь окружающим.

После смерти матери Талия почти год прожила в убогом тётином коттедже, где с ней обращались как с бесплатной служанкой и запрещали лишний раз выходить из тесной комнаты. И всё бы ничего, но эта кошмарная женщина вдобавок завела милую привычку стегать Талию хлыстом за малейшую провинность.

Отец отлично знал, что она скорее в Темзу кинется, чем снова поедет в Йоркшир.

Оставалось только уповать на милость Божию.

Глава 2

К немалому удивлению Талии, рассвет в день её свадьбы был прекрасным и лучезарным, на золотисто-розоватом небе – ни единого облачка. Утро обещало быть прекрасным. Талия ожидала увидеть мрачные серые тучи, которые гораздо больше соответствовали бы её угнетённому состоянию духа.

И что совсем уж невероятно, Талия казалась почти красивой в шёлковом платье цвета слоновой кости с чехлом из серебристого газа и россыпью бриллиантов, украшающей низкий корсаж и подол, из-под которого чуть виднелись атласные туфельки того же оттенка. Тёмные кудри были тщательно уложены в высокую сложную причёску, увенчанную массивной бриллиантовой диадемой. На шее красовалось такое же тяжёлое ожерелье, а уши оттягивали серьги из того же комплекта.

От отца ничего другого ожидать не приходилось.

Сайлас мечтал, чтобы о свадьбе Талии ходили легенды. Тщетно она пыталась объяснить, что такие пышные торжества отдают дурновкусием, особенно учитывая тот факт, что брак заключается по расчёту.

Однако Сайлас считал, что скромные свадьбы – для тех, у кого не хватает денег на пышные празднества.

Смирившись с тем, что земля, увы, не разверзнется и не поглотит её, Талия молча села в лакированную чёрную карету и позволила отвезти себя в маленькую церковь, где должна была состояться закрытая церемония, после чего надлежало вернуться на Слоан-сквер, где всё уже было готово для торжественного приёма на двести персон.

Талия предвидела, что в этот день произойдёт катастрофа, но, только стоя у алтаря, узнала, что ситуация ещё хуже, чем она думала.

Круглолицый священник в нарядных одеждах был торжественно-серьёзен. Отец, облачённый в лучший чёрный костюм и серебристый жилет, держал Талию под руку. С другой стороны стояла единственная подруга Талии, Ханна Ленсинг, дочь баронета и такая же серая мышка.

Не хватало только одного человека, зато какого!

Шло время, но мистер Гарри Ричардсон всё не появлялся.

Жениха прождали почти два часа, атмосфера в церкви царила угрюмая. Так же мрачно было и на сердце у Талии.

Казалось, она наблюдала за происходящим со стороны, будто униженная, брошенная у алтаря невеста – вовсе не она, а другая девушка.

Даже когда отец выбежал из церкви, ругаясь на чём свет стоит и клянясь, что проклятый ублюдок ещё поплатится – никто не смеет делать дурака из Сайласа Добсона, – Талии продолжало казаться, что всё это происходит не с ней. И потом, когда Талия вернулась домой и двум сотням сгорающих от любопытства гостей объявили, что бракосочетание, увы, откладывается, она так и не вышла из оцепенения.

В этом же состоянии Талия сидела в собственной гостиной, декорированной в умиротворяющих тонах лавандового и слоновой кости.

Сидя на диванчике у окна и глядя, как в розовом саду толпятся гости, с восторгом смакующие главный скандал сезона, Талия удивлялась, почему ничего не чувствует.

Ни гнева, ни унижения, ни боли…

Только отстранённое спокойствие.

Талия рассеянно наблюдала, как Ханна меряет шагами персидский ковёр. Шорох её розового атласного платья был единственным звуком, нарушавшим тишину. Бедняжка явно не знала, как вести себя в подобной ситуации.

– Наверное, у него что-то случилось, – в конце концов пробормотала Ханна. Круглое лицо раскраснелось, пышные каштановые кудри выбились из серебряных гребней.

Талия пожала плечами – откровенно говоря, ей было глубоко безразлично, почему Гарри не явился на собственную свадьбу.

– Думаешь? – вяло произнесла она.

– Ну конечно. – В карих глазах Ханны читалось неприкрытое сочувствие. – Должно быть, по дороге в церковь у мистера Ричардсона перевернулась карета, и пострадала вся семья.

– Вполне возможно.

– Ах, что я говорю! – Ханна прижала ладонь к пышной груди. – Не подумай, будто я желаю им зла…

– Конечно нет.

– Просто это объяснило бы…

– Почему меня бросили у алтаря?

Ханна состроила смущённую гримасу:

– Д-да…

В гостиной повисло неловкое молчание, и Талия попыталась придумать повод избавиться от подруги. На ум ничего не шло.

Талия, разумеется, была благодарна Ханне за поддержку, но сейчас ей больше всего хотелось побыть одной.

Кашлянув, Талия оглянулась на дверь:

– Отец ещё не вернулся?

– Хочешь, пойду узнаю?

– Если тебе нетрудно.

Ханна была только рада – наконец-то понятно, что делать!

– Ну что ты. Заодно велю подать тебе чаю.

При одной мысли о еде Талию передёрнуло.

– Я не голодна.

– Ты такая бледная. – В добрых глазах Ханны светилась искренняя тревога. – Надо хоть немного перекусить.

– Хорошо, уговорила. – Талия выдавила улыбку. – Спасибо.

– Не за что. Я же твоя подруга.

Ханна вышла из комнаты и прикрыла за собой дверь. Талия облегчённо вздохнула. Позже она сможет по достоинству оценить преданность Ханны. Ведь подруга могла использовать скандал в личных интересах и повысить собственный статус среди светских сплетниц.

Но Ханна не отходила от Талии ни на шаг, готовая поддержать и утешить.

Не её вина, что Талии не хочется ни рыдать, ни заламывать руки, как подобает публично отвергнутой невесте.

Нахмурившись, Талия открыла окно, чтобы впустить в комнату свежий воздух. Отчего-то ей было душно. Слишком поздно Талия заметила двух гостий – те отошли от банкетных столов и стояли прямо под её окнами.

– Боже, Люсиль, что тебя так взволновало? – ахнула одна из леди.

– Разве ты не слышала последние новости?! – воскликнула вторая.

Талия хотела опустить раму, но потом замерла в нерешительности.

Глупо! Какое ей дело до слухов? Никакие пересуды не могут оказаться унизительнее того, что она сегодня пережила.