Невеста на одну ночь - Роджерс Розмари - Страница 14

– Неужели графиня настолько жестока?

– Нет, это не жестокость. Скорее равнодушие, – задумчиво произнёс Джек. – Аристократы, подобные графине, просто не считают всех остальных за людей.

Талия отодвинулась от Джека – тот так и не убрал руки с её плеч – и облизнула пересохшие губы. Потрясённая рассказом, она и не заметила, с какой жадностью тёмные глаза викария следили за её языком.

– А что говорят про…

Талии до сих пор было трудно называть этого человека, который лишил её невинности, а затем отослал подальше, мужем.

– …графа? Слуги и крестьяне отзываются о нём с большим уважением.

– Можно подумать, у них есть выбор, – сухо произнёс Джек.

У Талии упало сердце. Почему-то ей не хотелось, чтобы Габриэл оказался одним из никчёмных прожигателей жизни, пользующихся плодами труда своих крестьян и не интересующихся, в каких условиях те живут. Талии неприятно было разочаровываться в нём.

– О чём это вы?

Джек на секунду запнулся, затем тяжело, порывисто вздохнул:

– Простите, Талия. Я к нему не вполне справедлив.

Талия растерянно заморгала.

– В каком смысле?

– Слышал, ваш муж – рачительный хозяин. Следит, чтобы в хозяйстве всё было по последнему слову…

– Но… – поторопила Талия. Нет, Джек определённо чего-то недоговаривал.

– Простите?

– О чём вы не хотите мне рассказывать?

Джек поднял руки, будто сдаваясь.

– Графа в округе побаиваются. Люди избегают лишний раз к нему обращаться. Вот почему многие страдают молча.

Талия немного приободрилась. Выходит, никаких страшных преступлений Габриэл не совершил – он просто отпугивает всех своей холодностью. Хотя, если бы постарался, смог бы без труда завоевать их доверие. Правда, сама она ни за что бы не осмелилась высказать графу это соображение. От одной мысли по спине пробежал холодок.

Судя по плохо скрываемой усмешке, Джек был того же мнения.

– Вы, кажется, невысокого мнения о моём муже? – спросила Талия. Интересно, они с Джеком знакомы?

– Не люблю аристократов, которые злоупотребляют доставшимися по рождению правами, однако предпочитают забыть про обязанности перед ближними.

Пыл Джека насторожил Талию.

– Вы, часом, не революционер-якобинец?

Джек, как ни в чём не бывало, тут же расплылся в лучезарной улыбке.

– Что вы, я всего лишь скромный викарий, заботящийся о своей пастве.

– Хм. – Талия задумчиво склонила голову набок. – А вот у меня создалось впечатление, что вы не так просты, как кажетесь.

Не успела Талия опомниться, как Джек слегка потянул за свободную прядь, свисавшую возле её щеки.

– Признаюсь, с тех пор, как вы прибыли в Кэррик-Парк, моё мнение о графе изменилось в лучшую сторону, – произнёс Джек. Тёмные глаза взирали на неё с искренним восхищением. – Ни за что бы не подумал, что ему хватит ума взять в жёны достойную женщину, а не какую-нибудь банальную дебютантку.

От прикосновения его пальцев к щеке Талия вспыхнула.

– На самом деле граф женился на мне против воли, – дрожащим голосом проговорила она.

Большой палец Джека задел её нижнюю губу.

– Думаете?

– Ну конечно.

Вопрос удивил Талию. Разумеется, необходимость связать себя узами брака с дочерью Сайласа Добсона могла вызвать у Габриэла лишь отвращение.

– Граф даже не замечал меня, пока отец не вынудил его на мне жениться.

– По моему опыту, джентльменов этого типа практически невозможно заставить что-то сделать против воли. Особенно если речь идёт о такой серьёзной вещи, как брак.

Талия поморщилась.

– Вам просто не приходилось встречаться с моим отцом. Уверяю, он произвёл бы на вас неизгладимое впечатление.

– Не сомневаюсь, ваш батюшка отличается…

– Ослиным упрямством и полным отсутствием моральных принципов, – мрачно закончила за него Талия.

– Даже самый упрямый человек на свете не в силах подчинить себе графа Эшкомбского, – невозмутимо продолжил Джек. – Граф ни за что не женился бы на вас, если бы сам не желал того же – видимо, вмешательство вашего батюшки оказалось просто удобным предлогом.

В душе Талии пробудилась было робкая надежда, однако она тут же сказала себе, что Джек говорит глупости.

Он явно недооценивает гордость Габриэла. Он бы кого угодно взял в жёны, хоть дикарку из колоний, только бы предотвратить скандал. Теперь же Габриэл всем сердцем ненавидит постылую супругу. Она его за это не винила.

– Боюсь, вы ошибаетесь.

Джек иронично улыбнулся:

– Всё может быть.

Талия покачала головой и хотела было возразить, но тут её отвлёк звук тяжёлых шагов, доносившийся со стороны кладбища за церковью.

Она настороженно обернулась и увидела двоих мужчин в моряцких куртках и широких брюках из грубой шерсти. Заметив её, оба застыли как вкопанные.

Отчего-то от вида их мускулистых фигур и обветренных, потемневших от долгого пребывания на открытом солнце лиц Талии стало не по себе. Однако напугала её вовсе не суровая внешность незнакомцев. От них словно веяло опасностью – казалось, эти люди способны на что угодно. Талии отчаянно захотелось кинуться наутёк и спрятаться.

Она инстинктивно попятилась, толком не осознавая, в чём заключается опасность. И вдруг Джек решительно встал у неё за спиной и покровительственным жестом приобнял.

Один из моряков поглядел на викария, и Талия застыла, готовясь к неминуемому нападению.

На некоторое время повисло напряжённое молчание, но тут моряки уважительно кивнули и прошагали мимо, направляясь внутрь церкви.

Ошеломлённая, Талия только покачала головой.

– Боже. – Она повернулась к Джеку и пристально вгляделась в его напряжённое лицо. – Кто эти джентльмены?

– Да так, никто. Не забивайте голову пустяками, – проговорил Джек.

Талию такой ответ отнюдь не обнадёжил.

– У них вид отъявленных головорезов.

Джек пожал плечами:

– Головорезы тоже нуждаются в духовном наставлении. Даже больше, чем остальные.

– Но…

– Уже поздно, Талия. – Без предупреждения Джек наклонился и, едва коснувшись губами, поцеловал её в щеку. – Вам пора домой.

Талия даже не стала выговаривать ему за вольность. Она поняла, что Джек нарочно старается поскорее отправить её восвояси.

Но зачем?

Боится, что те моряки могут представлять для неё опасность? Или дело в чём-то другом?

– Может, всё-таки вызвать констебля?

– Не надо. – Джек чуть-чуть подтолкнул её в спину. – Не волнуйтесь за меня. Увидимся завтра.

Она послушно зашагала прочь, а когда тропинка резко повернула, и Талия определила, что Джек больше не может её видеть, стрелой добежала до ближайшей рощицы и начала красться обратно к церкви.

Нет, в этих незнакомцах определённо есть что-то подозрительное. Конечно, Джек достоин всяческого восхищения за то, что двери его церкви открыты для всех, однако нельзя допустить, чтобы кто-то воспользовался добротой священника. Негодяи могут причинить ему вред.

Или даже убить.

Придерживая юбки, чтобы не цеплялись за кусты, Талия пробиралась между деревьями, стараясь подавить болезненно сжимающий сердце страх. Да и кто бы на её месте не испугался?

В первый раз с тех пор, как покинула Лондон, Талия осознала, насколько близко находится к дикой природе. В кустах шныряли какие-то зверьки, время от времени тишину нарушало далёкое уханье совы. А ещё страшнее было то, что вокруг не было ни души.

Если что-то случится, криков о помощи никто не услышит.

Талия упрямо помотала головой. Нет, она не отступится и не бросит Джека в беде из-за собственных нелепых страхов.

Наконец она достигла края рощицы. Пригнувшись, перебежала через открытый двор и оказалась около задней стены церкви. Талия прижалась спиной к холодному кирпичу, сердце колотилось где-то в горле.

Изнутри слышались голоса. Решив действовать быстро, пока храбрость ей не изменила, Талия подобралась к открытому окну, молясь, чтобы никто её не заметил.

Хорошенькая будет история – графиня Эшкомбская крадётся по округе в потёмках и подслушивает чужие разговоры!