Найди своего принца! Большая книга историй о любви для девочек - Щеглова Ирина Владимировна - Страница 37

Ну да, я пожаловалась, написала, как меня этот дебил Лисовский обозвал быдлом, из-за того, что я ему списать не дала. Ну да, не дала! Мало того, что за весь класс учатся четыре человека, мало того, что на самостоятельной я решала шесть вариантов, за себя и за того парня, как говорится. Ну, хорошо, решала. Так они хоть молчали в тряпочку. Ждали подачки в клювики. Знаааают, что меня нельзя отрывать, их много, я – одна. Да, они нормальные. Но только не Лисовский! Он чуть ли не на весь класс орал! Требовал, швырялся бумагой. Ужас! Я так взбесилась, что решила: даже не посмотрю в его сторону. Кузьминична чуть не выгнала нас вместе с ним из класса. Все на волоске висело!

А после урока, когда я, как скаковая лошадь после забега, вся в мыле, успела-таки, дописала последнюю задачу и, чуть живая, положила свой листок на стол, этот Лисовский поймал меня в коридоре и нагло так заявил, что я быдло!

Я чуть не села! Даже ответить сразу не смогла. Онемела, можно сказать. Да он хоть знает значение этого слова?! Это, выходит, я – та, у кого списывает весь класс, – быдло? А он кто? Суперинтеллигентный мальчик? Интеллектуал, в слове из трех букв делает четыре ошибки… Орангутанг!

Конечно, за меня заступились. Парни Лисовского отогнали, пообещали накостылять, если что. Девчонки вокруг собрались, ручками всплескивали, кивали, ужасались, сочувствовали, одним словом.

А я вот теперь думаю, вдруг вся эта любовь показная. Вдруг весь класс думает так же, как Лисовский, но вслух не произносит, потому как «не плюй в колодец».

Одноклассники и в комментах к моей записи рассыпались сочувствием. Да… а заодно просили дать английский списать, алгебру, химию… вот так-то.

Кое-кто из друзей советовал вообще не давать списывать никому. Наверное, они правы, но они не из нашего класса. А издалека советы легко давать. Я посоветовалась с Дашкой, Вовкой и Иркой, они плечами пожали. «Жалко, что ли?» Да мне не жалко. Просто противно, когда тебя вот так используют. А они «не обращай внимания…». Я и не обращала. Раньше. Но ведь 11-й класс! Задают столько, что мозги пухнут! Да еще курсы! Мне что, больше всех охота домашнее задание делать? Я бы тоже, может, лучше погуляла, так нет, сижу, кропаю!

Интересно, а если я не сделаю домашку? Что будет?

Вот сейчас уже одиннадцать. Я приехала час назад. Глаза слипаются, ничего не соображаю. Мама зашла в комнату, велела спать ложиться. Ну и черт с ним! Завалюсь спать. А завтра… спишу… у Дашки…

Светка зевнула, потянулась и закрыла ноутбук.

Выбралась из-за стола, сгребла в кучу учебники и тетради и затолкала в рюкзак.

В этот момент запел мобильник. Светка отшвырнула рюкзак и схватила трубку. Звонил Димка. Светка улыбнулась:

– Привет! – услышала она бодрый Димкин басок. – Я, наверно, поздно, извини…

– Нет, нормально, – быстро ответила она.

– Ну, как? На курсах была?

– Ага, недавно вернулась. Так устала! – пожаловалась Светка. – А ты где?

– Я ща дома, в Инете сижу… Слушай, я что хотел спросить, ты алгебру сделала?

– Нет, – радостно ответила Светка, хотя Димкин вопрос ее немного расстроил, неужели он только затем и звонит, чтоб про алгебру спросить.

– Не сделала? – задумчиво переспросил Димка. – Ну, ладно, я тогда на первый урок не пойду, соврите там чего-нибудь…

– Дим, ну ты что! Опять?! – возмутилась Светка. – Тебя же Кузьминична убьет! Она же предупреждала! Ты что, хочешь, чтоб опять к директору вызвали?

– Не убьет, отобьюсь как-нибудь. – Светка услышала, как он усмехнулся. – Я уже миллион раз говорил, не нужна мне математика. Я в ней ничего не понимаю, это же просто бред какой-то! Я сразу забуду о ее существовании, как только получу аттестат.

– Да, но, чтоб его получить, надо сначала сдать экзамены, – залепетала Светка.

– Да брось!

– Дим, послушай, приходи завтра к первому уроку! – взмолилась Светка, она страшно переживала за шалопая Димку, за него, казалось, переживали все, вся школа, включая директора, в общем, все, кроме него самого. – Я тоже не сделала домашку, у Дашки спишем. Ну, пообещай мне!

– Ну, не знаю…

– Димыч!

– Светик, я не проснусь…

– Я тебя разбужу, хочешь?

– Слушай, меня даже мама разбудить не может.

– А я разбужу!

– Попробуй, – милостиво согласился он.

– Отлично! Тогда спокойной ночи?

– И тебе того же.

– Чмоки-чмоки, – нежно проворковала она и нажала отбой. Все-таки он такой обаяшка, этот Димка, несмотря на все его закидоны. Светка блаженно зажмурилась, представив себе, как встретится с Димкой утром у подъезда. Как они рука об руку пойдут в лицей, он будет рассказывать что-нибудь интересное, он всегда интересно рассказывает…

Ой – всполошилась Светка. А Дашка как же? Ведь живут в одном подъезде и в лицей всегда вместе ходят… К тому же Дашка ведь была влюблена в Димку, давно, конечно. Но была. Подруги даже чуть не поссорились из-за него. Правда, потом помирились и даже устроили Димке розыгрыш. Развели как младенца! Светка усмехнулась, вспомнив, как Димка пускал слюну перед красавицей Риткой и как она его отшила. Ладно, дело прошлое. Зато теперь они друзья. «Да, друзья, это точно», – строго напомнила себе Света. А с друзьями надо вести себя честно.

Глава 3

Лицей

Утром Светка с трудом добудилась Димку. Он ответил охрипшим со сна голосом и сразу же стал отказываться идти на первый урок. Светка сначала уговаривала, потом пригрозила, что зайдет за ним лично.

На улицу выскочила раздраженная, увидела Дашку, поджидавшую ее у подъезда.

– Подождем немного, – сказала Светка, – Димка сейчас выйдет.

Подруга поежилась, но смолчала. Неужели до сих пор влюблена? Светка отогнала от себя эту мысль, спросила, придав голосу беспечности:

– Кстати, домашку сделала?

– Угу…

– Дай списать, я не успела.

Дашка вздохнула, но безропотно полезла в рюкзак, достала тетрадь.

– Что же ты вчера не попросила?

– Да поздно пришла, – отозвалась Светка, схватив тетрадь.

– Не успеешь переписать, – предупредила Дашка, – может, без Димы пойдем? – предложила она.

– Нет, – отрезала Светка, – да вон он, идет!

Дверь соседнего подъезда обиженно грохнула. Сонный и недовольный Димка, нахохлившись, направился к девчонкам. Дашка потупилась. Светка радостно махнула рукой.

– Ну, ты и язва! – заметил Димка.

– Ага, – засмеялась Светка, – и тебе доброе утро.

– Привет… привет, Даш.

Светка подхватила его под руку.

– Все, ребят, давайте, быстрее, а то еще домашку надо успеть содрать. Дим, ты хоть тетрадь-то не забыл? – с издевкой спросила она.

– Еще и тетрадь надо было взять! – возмутился Димка. – Мы так не договаривались, мало того, что ты меня подняла ни свет ни заря, заставила выйти из дома, так я еще и тяжести должен таскать!

Димка хохмил по обыкновению, значит, проснулся и не слишком злился. Светка рассмеялась и потащила его к лицею. Даша хоть и шла рядом, но чуть в стороне. Как бы сама по себе.

Домашнее задание списали, устроившись на подоконнике. Светка заглянула в Димкину тетрадь и пришла в ужас.

– Да ты что, Кузьминична в жизни не станет разбирать твои каракули!

– Нормально, – лениво отмахнулся Димка.

И, как всегда, оказался прав. Вера Кузьминична, проверив его тетрадь, только кивнула благосклонно. Что же это получается? У них с Димкой договор? А почему бы и нет? Димочка, не стесняясь, провозгласил себя гуманитарием, открыто спорит с учителями, доказывая, что ему в дальнейшей жизни не пригодятся те знания, которыми напичкана школьная программа. Многие так думают, но говорить открыто не решаются. Только он бунтует.

Алгебра прошла благополучно. Лишь Дашка сидела притихшая, уткнулась в учебник и до конца урока не отрывалась от него.

– Ты чего такая? – не выдержала Светка.

– Да так, – отозвалась Дашка, – просто…

21 сентября