Июнь 41-го. Окончательный диагноз - Солонин Марк Семенович - Страница 131

Состояние первичных документов войск Западного фронта (о чем многократно говорилось выше), да и состояние штабов, в которых эти документы должны были составляться, таково, что ни о каких точных цифрах не может быть и речи; все, что возможно, — это зыбкие ориентировочные оценки на основании разрозненных и противоречивых документальных источников.

6-я и 42-я стрелковые дивизии. Это те самые, «брестские дивизии», разгромленные в первые два дня войны, именно они в Оперсводке № 1 штаба 4-й Армии уже вечером 24 июня были охарактеризованы как «остатки, не имеющие боеспособности». Тем не менее составители ЖБД фронта включили их в перечень вышедших из окружения, правда, с уточнением «небольшие остатки (до 1000 человек)». Есть еще и Оперсводка № 10 штаба фронта от 4 июля, в этом документе приведены такие данные: «6-я стрелковая дивизия — 340 человек, 42-я стрелковая дивизия — 4000 человек, из них 50 % не обмундировано». [480] Четыре тысячи человек в дивизии, которая вместе с 6-й сд за неделю откатилась от Бреста до Днепра, — это фантастика; возможной разгадкой может быть то, что уже за Днепром в дивизию зачислили мобилизованный личный состав (отсюда и странная фраза про «50 % не обмундировано»).

Упомянута в Оперсводке № 10 и 55-я стрелковая дивизия, в ней к 4 июля было 800 человек.

Включен в состав вышедших 14-й мехкорпус; в соответствии с докладом о боевых действиях 14 МК к моменту вывода корпуса на переформирование (29 июня) в его дивизиях оставалось: 285 человек в 205-й мд, 450 — в 22-й тд, 1090 — в 30-й тд. [386] В среднем по 600 человек на дивизию.

В августовский «Перечень войсковых частей» был включен 17-й мехкорпус. В докладе командования корпуса вполне самокритично констатируется: «Характер и количество действительных потерь в корпусе установить не представилось возможным». Тем не менее в докладе есть несколько слов, позволяющих ориентировочно оценить численность вышедшего из окружения личного состава: «В течение 14, 15, 16, 17 июля из состава частей и остатков корпуса был выделен отряд в 1400 человек, который оборонял рубеж р. Сож… 22.7 по приказанию генерал-майора Борзикова из остатков корпуса сформирован и отправлен на передовые позиции в район Ярцево мотострелковый полк под командой майора Шипилюк и 25.7 сформирован мотострелковый батальон». [403] Даже если предположить, что все три формирования («отряд», полк и батальон) составлялись из разных людей, и исключить возможность получения корпусом свежего пополнения, то и при этих, отнюдь не бесспорных допущениях, на одну дивизию 17 МК в среднем придется по 1,6–1,8 тыс. человек.

В предыдущей главе была упомянута докладная записка батальонного комиссара Диброва (представитель политуправления фронта), где сказано, что из остатков трех дивизий, вышедших за реку Волма, было сформировано два батальона общей численностью в 1200 человек. Три дивизии — это 155-я, 100-я и 108-я сд. Первая из них, заметим, упомянута в ЖБД фронта в перечне «наиболее многочисленных». Примечательно и то, что эти три дивизии из трех разных корпусов, вполне уместно предположить, что где-то вышли из окружения и другие остатки этих дивизий. В частности, 44 СК (64-я и 108-я сд вместе с примкнувшими к ним подразделениями других соединений фронта) вывел из окружения порядка 3 тыс. человек.

Возможно, самой многочисленной и успешной — на этом ужасающем фоне — оказалась 24-я Железная дивизия, в которой из окружения вышло порядка 2 тыс. человек.

Резюме: при самой оптимистичной оценке средняя численность личного состава вышедших из окружения дивизий Западного фронта составляла не более 1,5 тыс. человек. Дальше все считается очень просто: 18 дивизий (12 стрелковых плюс два мехкорпуса) по 1,5 тыс. человек в каждой. В сумме набирается 27 тысяч. Округлим до 30. Увеличим получившееся число в полтора-два раза (кроме дивизий в составе фронта были еще и корпусные, армейские, тыловые, военно-учебные и прочие части и учреждения). Итого: 45–60 тыс. человек, и это все, что осталось от Западного Особого военного округа. А было в нем накануне войны — как указано в знаменитом «Статистическом сборнике № 1» — 600 тыс. человек (и это не считая 71 тыс. призванных на «учебные сборы»).

600 — 60 = 540.

Безвозвратно потеряно девять десятых личного состава. В абсолютных числах — больше полумиллиона. Косвенное подтверждение правильности такой оценки потерь можно обнаружить в известном и вполне официальном статсборнике Кривошеева («Гриф секретности снят»), в соответствии с которым Западный фронт с 22 июня до 9 июля потерял 521 тыс. единиц стрелкового оружия.

Несколько слов (без претензий на энциклопедический охват) о судьбе командного состава разгромленного фронта.

Убиты в первых боях и при выходе из окружения: командир 6-го мехкорпуса генерал-майор М.Г. Хацкилевич и начальник артиллерии корпуса генерал-майор А.С. Митрофанов, командир 13-го мехкорпуса генерал-майор П.Н. Ахлюстин, командир 21-го стрелкового корпуса генерал-майор В.Б. Борисов, командир 27-й стрелковой дивизии генерал-майор А.М. Степанов, командир 29-й танковой дивизии полковник Н.П. Студнев.

Пропали без вести (погибли при невыясненных обстоятельствах): командир 5-го стрелкового корпуса генерал-майор А.В. Гарнов, его заместитель генерал-майор Ф.И. Буданов и начальник артиллерии корпуса генерал-майор г. П. Козлов, заместитель командира 13-го мехкорпуса генерал-майор В.И. Иванов, начальник штаба 11-го мехкорпуса полковник С.А. Мухин, начальник штаба 6-го мехкорпуса полковник Е.С. Коваль, командир 6-й стрелковой дивизии полковник Попсуй-Шапко, командир 8-й стрелковой дивизии полковник Н.И. Фомин, командир 55-й стрелковой дивизии полковник Д.И. Иванюк, командир 25-й танковой дивизии (13 МК) полковник Н.М. Никифоров, командир 36-й танковой дивизии (17 МК) полковник М.З. Мирошников, командир 209-й моторизованной дивизии полковник А.И. Муравьев.

Попали в плен: командир 4-го стрелкового корпуса генерал-майор Е.А. Егоров, командир 6-го кавкорпуса И.С. Никитин, начальник штаба 21-го стрелкового корпуса генерал-майор Д.Е. Закутный, начальник АБТУ 10-й Армии полковник г. И. Антонов, заместитель командира 11-го мехкорпуса генерал-майор П.Г. Макаров и начальник артиллерии корпуса генерал-майор Н.М. Старостин, командир 13-й стрелковой дивизии генерал-майор А.З. Наумов, командир 49-й стрелковой дивизии полковник К.Ф. Васильев, командир 4-й танковой дивизии генерал-майор А.Г. Потатурчев, командир 29-й моторизованной дивизии генерал-майор И.П. Бикжанов, командир 36-й кавдивизии генерал-майор Е.С. Зыбин. После окончания войны Егоров, Наумов, Зыбин, Закутный были казнены, Потатурчев умер в тюрьме до суда, Антонов активно сотрудничал с Власовым, но смог избежать репатриации в СССР.

Получили ранения: начальник штаба 3-й Армии генерал-майор А.К. Кондратьев, командир 85-й стрелковой дивизии генерал-майор А.В. Бондовский, командир 86-й стрелковой дивизии полковник М.А. Зашибалов, командир 6-й кавдивизии генерал-майор М.П. Константинов, командир 31-й танковой дивизии (13 МК) полковник А.С. Калихович. [488]

Итого — 34 старших командира (генералы или полковники на генеральских должностях).

Судьба высшего командования Западного фронта была еще более трагична. Командующий войсками фронта генерал армии Д.Г. Павлов, начальник штаба генерал-майор В.Е. Климовских, начальник артиллерии генерал-лейтенант Н.А. Клич, начальник связи генерал-майор А.Т. Григорьев, заместитель командующего ВВС фронта генерал-майор Таюрский были арестованы и расстреляны. По одному делу с Павловым был осужден и расстрелян командующий 4-й Армией генерал-майор Коробков. Командующий ВВС Западного фронта генерал-майор И.И. Копец застрелился (или был убит при аресте). Начальник оперативного отдела штаба фронта генерал-майор И.И. Семенов был арестован и приговорен к 10 годам тюрьмы, в октябре 1942 г. досрочно освобожден, восстановлен в звании. [382]