Таинственная история Билли Миллигана (Множественные умы Билли Миллигана) - Киз Дэниел - Страница 66

– Эй, большой мальчик, – сказал мужчина-женщина, – дай мне пососать твоего петушка.

Денни затряс головой и осторожно двинулся к выходу, но в это время вошел другой мужчина.

– Смотри-ка, – воскликнул он, – а этот ничего, симпатичный. Может, скооперируемся?

Мужчина схватил Денни за ворот и придавил его к стене. Переодетый женщиной потянулся к ширинке. Денни испугался и закрыл глаза…

Рейджен схватил чью-то руку, выкрутил ее и шмякнул мужчину головой о стену. Пока тот мешком сползал на пол, Рейджен коленом ударил его в грудь и приемом карате рубанул ладонью по горлу.

Он повернулся, увидел женщину и остановился. Рейджен не мог ударить женщину. Но, услышав: «Черт, никогда бы не подумал», он понял, что это мужчина, переодетый женщиной. Рейджен протянул руку, повернул «женщину» к себе лицом и прижал локтем к стене, следя, чтобы другой мужчина не поднялся с пола.

– Быстро на пол, к своему дружку! – приказал Рейджен, сильно ударив трансвестита в живот.

Мужчина согнулся пополам и свалился на пол. Рейджен забрал кошельки, но когда он направился к выходу с их документами, трансвестит вскочил с пола и схватил Рейджена за пояс:

– Отдай, ублюдок!

Рейджен развернулся и со всей силой ударил его ногой в пах, а когда тот свалился, ударил в лицо. У мужика пошла носом кровь, он выплюнул выбитые зубы.

– Выживешь, – хладнокровно сказал Рейджен. – Я знаю, какие кости ломать.

Он посмотрел на другого мужчину, лежавшего на полу. Хотя он и не бил его в лицо, у того шла изо рта кровь. Как и было рассчитано, удар в солнечное сплетение вызвал давление на надгортанник и порвал сосуды. Впрочем, и этот будет жить. Рейджен снял часы «Сейко» с его руки.

Выйдя на улицу, он увидел две пустые машины, поднял камень и разбил фары. Вслепую по шоссе не погонятся. Спокойно добравшись домой и войдя в квартиру, Рейджен осмотрел все, чтобы убедиться, что опасности нет, и сошел с пятна…

Аллен открыл глаза, думая, пойти в сортир или нет. Но вдруг он понял, что находится дома и ему уже не надо в туалет. Суставы пальцев болели. А что это на его правом ботинке? Он потрогал и посмотрел на пальцы.

– О боже! – заорал Аллен. – Чья это кровь? Кто тут, черт подери, дрался? Я хочу знать. Я имею право знать, что происходит!

– Рейджен должен был защитить Денни, – сказал Артур.

– Что случилось?

Артур объяснил им:

– Младшие должны знать, что по ночам места отдыха у обочины дороги опасны. Всем известно, что с наступлением темноты это любимое место гомосексуалистов. Рейджен должен был вытащить Денни из опасной ситуации, в которую поставил его Аллен.

– Мне следовало быть там, – сказал Филип. – Я бы над ними потрудился.

– Тебя бы убили, – сказал Аллен.

– Или ты совершил бы какую-нибудь глупость, – сказал Артур, – например, убил кого-нибудь. А обвинили бы всех нас.

– А-а-а…

– Кроме того, тебе не разрешается вставать на пятно, – твердо сказал Артур.

– Я знаю, но все равно хотел бы там оказаться.

– Я начинаю подозревать, что ты крадешь время, пользуясь периодом «спутанного времени», чтобы совершать свои антиобщественные дела.

– Кто, я?

– Я знаю, что ты выходил. Ты наркоман, ты жестоко обращаешься со своим телом и умом.

– По-твоему, я вру?!

– Это одно из твоих качеств. Ты – дефектный андроид, человекоподобный робот, и уверяю тебя, что, пока я в силах препятствовать этому, ты никогда не завладеешь сознанием.

Филип отошел в темноту, недоумевая, что это еще за андроид. Он не собирался спрашивать об этом Артура. Не собирался доставлять чертову англичанину удовольствие вновь говорить о нем. Все равно, как только представится возможность, он встанет на пятно. Он знал: со времени Зейнсвилля власть Артура ослабла. Пока есть травка, «спид» или даже ЛСД, он тайком будет выходить и портить жизнь Артуру.

На следующей неделе, пока Филип был на пятне, он рассказал Уэйну Лафту, одному из своих клиентов, что случилось на дороге в Ланкастер.

– Черт, – сказал Лафт. – Разве ты не знал, что такие места кишат голубыми?

– Я здорово удивился, – сказал Филип. – Эти подлые гомики ловят на крючок себе подобных. Я ненавижу их.

– Не больше, чем я.

– Почему бы нам не встретиться с ними? – сказал Филип.

– Зачем это?

– Мы знаем, что по ночам они всегда паркуются около мест отдыха на дорогах. Мы пойдем туда и разделаемся с ними. Очистим эти заразные места.

– Можно и грабануть, – сказал Лафт. – У нас будут деньги на Рождество, и мы разгоним гомиков к черту. Сделаем место безопасным для порядочных людей.

– Ага, – засмеялся Филип, – вроде нас.

Лафт вынул дорожную карту и пометил все места отдыха в округах Фэрфилд и Хокинг.

– Поедем на моей машине, – сказал Филип. – Она быстрее.

Филип взял декоративную шпагу, которую нашел в квартире.

На месте отдыха недалеко от Рокбриджа в округе Хокинг они заметили «фольксваген» с двумя пассажирами, припаркованный у мужского туалета. Филип поставил свою машину с другой стороны дороги и проглотил пару таблеток «спида», которые дал ему Лафт. Полчаса они сидели, наблюдая за машиной. Никто не входил в туалет и не выходил оттуда.

– Это наверняка голубые, – сказал Лафт. – Какой еще идиот полночи проторчит у сортира?

– Я первый, – ответил Филип. – Со шпагой. Если они сунутся за мной, заходи с пушкой.

Филип чувствовал себя уверенно, он был на подъеме после таблеток. Перейдя дорогу со шпагой под пальто, он направился в туалет. Как он и ожидал, двое последовали за ним.

Когда они приблизились к нему, он почувствовал, как по телу побежали мурашки. Он не знал, были ли причиной эти люди или принятый «спид», но выхватил шпагу и схватил переодетого женщиной. Второй парень был жирный растяпа. Когда Лафт подошел и ткнул пистолетом в его спину, гомик затрясся, как гора желе.

– А ну-ка, задницы, – прорычал Лафт, – брюхом на пол, мордой вниз! Живо!

Филип забрал у жирного кошелек, кольцо и часы, Лафт сделал то же самое со вторым.

Потом Филип приказал обоим идти в машину.

– Куда вы нас повезете? – спросил жирный, рыдая.

– В лес, прогуляться.

Они свернули с шоссе на пустынную проселочную дорогу, где и оставили парочку.

– Всего и делов-то, – сказал Лафт.

– И ничего за это не будет, – ответил Филип. – Потому что на благо общества.

– Сколько там капусты?

– Полные кошельки! Да еще кредитки.

– Слушай, – сказал Лафт, – брошу я к черту свою работу и буду этим заниматься.

– Общественная служба, – ухмыльнулся Филип.

Вернувшись в квартиру, Филип рассказал Кевину о своей работе на общественное благо. Почувствовав подступающую ломку, принял пару таблеток депрессанта, чтобы заглушить боль…

3

Томми поставил елку, надел на нее гирлянду, а снизу разложил подарки для Марлен и всей семьи. Позже он хотел пойти на Спринг-стрит увидеться с матерью, Делом, Кэти и ее другом Робом.

Вечер на Спринг-стрит проходил спокойно, пока в гостиную не вошли Роб и Кэти, а на пятне не оказался Кевин.

– Слушай, у тебя классная куртка, – сказал Роб. – И часы.

Действительно, на нем была новая кожаная куртка, а на руке поблескивали дорогие «Сейко». Кевин выставил руку:

– Лучшие, какие есть.

– Меня это удивляет, Билли, – сказала Кэти. – Ты так много не зарабатывал на «Энкор Хокинг». Откуда у тебя деньги?

Кевин улыбнулся:

– Нарушаю закон на пользу обществу. И себя не забываю.

Кэти метнула на него быстрый взгляд. Она почувствовала, что в Билли опять появилось что-то другое – какое-то жесткое, насмешливое хладнокровие.

– О чем ты говоришь?

– Снял с гомиков на придорожной стоянке. Они никогда не узнают, кто это сделал. Не оставил ни отпечатков, ни других следов. Да эти парни и не пойдут к копам. Теперь у меня есть бабки и кредитки.

Кэти не могла поверить услышанному. Билли так никогда не разговаривал.

– Ты пошутил, да?