Таинственная история Билли Миллигана (Множественные умы Билли Миллигана) - Киз Дэниел - Страница 37

– Билли, прежде чем вы произнесете что-то еще, мы должны сформулировать некоторые правила. Я хочу быть уверен, что ничто из того, что вы скажете мне, никогда не будет использовано против вас. Если вы когда-нибудь скажете мне что-то, что могло бы быть использовано против вас, просто скажите: «Это не для записи», и я выключу диктофон. В моих записях не будет ничего, что имело бы для вас какие-то последствия. Если вы об этом забудете, я вас остановлю и сам выключу диктофон. Вам понятно?

Билли кивнул.

– И еще одно. Если вы захотите преступить закон, не говорите мне об этом. Если вы мне скажете, я должен буду сразу пойти в полицию. Иначе мне предъявят обвинение в соучастии.

Билли был в шоке:

– Но я не хочу совершать преступлений!

– Я рад это слышать. А теперь поговорим о тех двух именах, Кевин и Филип. Что они значат для вас?

Билли посмотрел в зеркало.

– Ничего. Не помню… Но в голове все время вертится одно слово – «нежелательные». Это имеет какое-то отношение к Артуру, но не знаю какое.

Писатель наклонился вперед:

– Расскажите мне об Артуре. Кто он, что за человек?

– Спокойный, даже холодный. Знаете, напоминает мистера Спока из «Звездного пути». Может выразить недовольство в ресторане и поставить кого надо на место. Не утруждает себя объяснениями, но раздражается, когда его не понимают. Может, у него просто нет времени быть терпимым, он постоянно занят – что-то приводит в порядок, планирует, устраивает.

– Он расслабляется когда-нибудь?

– Иногда он играет в шахматы – обычно с Рейдженом, причем Аллен двигает фигуры, – но он не любит попусту тратить время.

– Звучит так, словно вы не любите его.

Билли пожал плечами:

– Артур не тот человек, кого можно любить или не любить. Такого человека уважают. И я его уважаю.

– Артур выглядит так же, как вы?

– Он почти моего роста и весит почти столько же – шесть футов и сто девяносто фунтов. Но он носит очки в тонкой металлической оправе.

Эта вторая беседа длилась три часа. Они поговорили о некоторых личностях Билли, упоминавшихся в газетах, о семье Билли, о его детских годах. Писатель пытался нащупать метод обработки поступающего материала.

Пожалуй, главной проблемой будет амнезия Билли. При таких пробелах в памяти невозможно многое узнать о его детстве или о критических семи годах, в течение которых Билли спал, а другие личности жили его жизнью. Писатель решил, что хотя он и может драматизировать некоторые эпизоды, но в основном будет придерживаться фактов. За исключением нераскрытых преступлений все будет описано так, как это преподнесет Билли. Главной проблемой оставалось то, что в этой истории могло оказаться множество досадных пробелов. И в этом случае книги не получится.

2

Доктор Кол поднял голову: его внимание привлекли громкие голоса за дверью кабинета. Секретарь говорила кому-то:

– Доктор Кол занят. Он сейчас не может вас принять.

Ей ответил человек, говоривший с сильным бруклинским акцентом:

– Плевать я хотел, занят он там или нет. Мне нужно ему кое-что передать.

Кол поднялся с кресла, но в этот момент дверь открылась – на пороге стоял Билли Миллиган.

– Вы психиатр Билли?

– Я доктор Кол.

– Ага, ну а я – Филип. Кое-кто из нас считает, что вы должны это иметь.

Вошедший шлепнул на стол лист казенной желтой бумаги, повернулся и вышел. Кол посмотрел на бумагу и сразу понял, что это длинный список имен: десять известных личностей Билли и еще несколько. Последним стояло не имя, а слово «Учитель».

Доктор хотел было последовать за пациентом, но передумал. Он поднял трубку и попросил позвать техника из кабинета микроволновой терапии.

– Джордж, – сказал он, – на сегодня у меня назначены сеансы с Билли Миллиганом и Дэйвом Малавистой. Я хочу, чтобы ты снял это на пленку.

Затем он положил трубку и стал изучать список. Так много незнакомых имен – всего двадцать четыре. Кол не осмеливался даже подумать о том, что пришло ему в голову. Как можно справляться со всем этим? И – о господи! – что еще за Учитель?!

После ланча доктор Кол поднялся в отделение и постучал в комнату Билли. Через несколько секунд Билли открыл дверь, заспанный и взъерошенный:

– Да?

– Билли, сегодня сеанс. Давай просыпайся.

– А, ну конечно. Сейчас, доктор Кол.

Билли последовал за этим энергичным невысоким человеком вверх по лестнице и вышел из отделения интенсивной терапии. Они прошли по коридору в современное здание гериатрического отделения, в кабинет микроволновой терапии.

Джордж, устанавливающий телекамеру в комнате для совещаний, кивнул вошедшим – Билли и доктору Колу. Справа стулья были расставлены словно для воображаемой аудитории; слева, за гофрированной дверью, помещались телекамера и монитор. Билли сел в указанное кресло, и Джордж помог ему прикрепить микрофон. В этот момент в комнату вошел темноволосый молодой человек – Дэвид Малависта, старший психолог. Джордж дал сигнал о готовности камеры, и Кол начал сеанс.

– Скажи нам для протокола, как тебя зовут?

– Билли.

– Хорошо, Билли. Мне нужна твоя помощь, чтобы получить некоторую информацию. Нам известно, что всплыло несколько новых имен «твоих людей», как ты их называешь. Знаешь ли ты кого-нибудь еще?

Билли удивленно посмотрел на Кола, потом на Малависту.

– Э-э-э… вот в Коламбусе один психолог спрашивал меня о ком-то по имени Филип.

Кол заметил, что колени Билли начали нервно трястись.

– Тебе говорят о чем-нибудь имена Шон, Марк или Тоберт?

Билли подумал немного, вглядываясь куда-то вдаль и шевеля губами. Затем он пробормотал:

– Я сейчас слышал у себя в голове разговор. Артур с кем-то спорил. Прозвучали имена. Я не знаю, кому они принадлежат. – Он помолчал. – Артур сказал, что Шон отсталый. Не умственно. Он родился глухим, и у него замедленное развитие. Для своего возраста он ненормален… До того как я уснул и с тех пор как доктор Уилбур меня разбудила, внутри меня не перестает идти война.

Его губы опять задвигались, и доктор Кол взглядом попросил Джорджа дать крупный план, чтобы было хорошо видно выражение лица Билли.

– Вы хотите, чтобы кто-то объяснил? – нервно спросил Билли.

– Как ты думаешь, с кем мне следует поговорить?

– Я не уверен. За последние дни все так запуталось. Не знаю, кто бы мог дать вам информацию.

– Билли, ты можешь сам сойти с пятна?

Билли удивился и немного обиделся, словно почувствовал, что доктор Кол отсылает его прочь.

– Нет, Билли, я не имел в виду…

Взгляд Билли остановился. Несколько секунд он сидел неподвижно. Затем огляделся, словно вдруг проснувшись, подозрительный и настороженный. Он хрустнул пальцами и пристально посмотрел на доктора:

– Вы нажили себе врагов, доктор Кол.

– Объясни, пожалуйста.

– Ну, в данный момент речь не обо мне, а об Артуре.

– Почему?

– Потому что прорвались «нежелательные».

– Кто эти «нежелательные»?

– Те, кого Артур заставлял молчать, потому что их функции больше не нужны.

– Если они больше не нужны, то почему же они все еще существуют?

Рейджен сердито посмотрел на него:

– Вы хотите, чтобы мы их убили?

– Понимаю, – сказал Кол. – Продолжай.

– Я недоволен действиями Артура. Он тоже должен защищать, как и я. Мне одному со всем не справиться.

– Ты можешь рассказать еще что-нибудь об этих «нежелательных»? Почему они «нежелательные»? Они что, преступники? Агрессивные, вспыльчивые?

– Только я один вспыльчивый. И то лишь тогда, когда для этого есть причина.

Внезапно Рейджен увидел на своей руке часы и удивился.

– Это твои часы? – спросил Кол.

– Понятия не имею, откуда они взялись. Разве что Билли купил, когда меня рядом не было. Как я уже говорил, другие не воры. – Он улыбнулся. – Артур относится к «нежелательным» с отвращением и приказал другим людям даже не упоминать о них. Они должны быть засекречены.