Дозор. Трилогия - Лукьяненко Сергей Васильевич - Страница 238

— Почему не сказал раньше? — резко спросил Эдгар.

— Значения не придал. Тогда вся история с «Фуараном» казалась чистой выдумкой… А тут Костя упомянул, что его коктейль состоит из крови двенадцати доноров… и до меня дошло.

— Понятно. У Витезслава не было под рукой дюжины человек, — кивнул Эдгар. — Если бы ты сказал сразу… если бы ты сказал…

— Ты знал про состав коктейля?

— Да, конечно. В Инквизиции обсуждали «коктейль Саушкина». Никаких чудес эта штука не делает, силу выше, чем от природы дано — не подымет. Но, действительно, позволяет вампиру подняться до своего максимума не убивая людей…

— Подняться или опуститься? — спросил я.

— Если не убивая — то подняться, — сухо ответил Эдгар. — А ты и не знал… ну, дела…

Я смолчал.

Да, не знал. Не хотел ничего знать. Молодец я. И теперь двое инквизиторов лежат в черном полиэтилене, и никто уже им не поможет…

— Оставим это, — решил Эдгар. — Что толку теперь… Он летит, видишь?

Я покосился на «компас». Да… пожалуй. Расстояние до Кости, точнее — до книги, не менялось, хотя поезд мчался со скоростью не меньше семидесяти-восьмидесяти километров в час. Значит — летит следок. Не убегает!

— Ему действительно что-то нужно в Средней Азии… — растерянно сказал Эдгар. — Вот только что,

— Надо вызвать Великих, — сказал я.

— Сами придут, — отмахнулся Эдгар. — Я им все сообщил, портал провесил… они решают, что делать.

— Понимаю, что они там решают, — пробормотал я. — Завулон требует отдать ему проштрафившегося Костю. А главное — «Фуаран».

— Никто книги не получит, успокойся.

— Кроме Инквизиции? Эдгар промолчал.

Я уселся поудобнее. Потрогал челюсть.

Не болит.

Но зубы жалко. Придется либо идти к стоматологу, либо к целителю. Но беда в тон, что даже самые лучшие светлые целительницы не умеют лечить зубы безболезненно! Не умеют — и все тут…

Стрелочка «компаса» подрагивала, держа направление. Расстояние не менялось — километров десять-двадцать. Значит, Костя разделся, превратился в летучую мышь… или в какую-то другую тварь? В гигантскую крысу, в волка… Не важно. Превратился в мышь и летит за поездом, сжимая в лапах узел с одеждой и книгой. Где же он ее прятал, паршивец? На теле? В потайном кармане одежды?

Паршивец… но какая выдержка! Какая наглость и смелость — охотиться на самого себя, придумывать какие-то версии, советовать…

Всех обвел.

Но зачем? Захотелось абсолютной власти? Шанс победить все-таки невелик, а Костя никогда не отличался чрезмерным честолюбием. Нет, честолюбив, конечно, но без маниакальных идей о власти над мирон.

А почему не убегает сейчас? На его руках — кровь троих инквизиторов. Такое уже не простят, хоть с повинной иди, хоть книгу возвращай. Ему бы бежать… для гарантии — уничтожив книгу, к которой привязано следящее заклятие. Нет, тащит книгу с собой и следует рядом с поездом. Безумие какое-то… Или он еще рассчитывает на диалог?

— Как ты хотел выявить Витезслава среди пассажиров? — спросил я Эдгара.

— Что? — погруженный в свои мысли Инквизитор ответил не сразу. — Да ерунда, то же самое, что ты использовал, непереносимость спирта. Обрядились бы в белые халаты и прошли с медобследаванием по всем вагонам. На предмет поиска больных атипичной пневмонией. И каждому давали бы градусник, обильно смоченный спиртом. Кто не сможет его взять руками или получит ожог — тот наш подозреваемый.

Я кивнул. Могло и прокатить. Конечно, мы при этом рисковали, но рисковать — наша работа. А Великие были бы где-нибудь поблизости, — «на подхвате», чтобы в случае нужды ударить всей силой.

— Портал открывается… — Эдгар схватил меня за руку, потянул на полку. Мы уселись рядом, поджав ноги. В купе возникло дрожащее белое сияние. Послышался негромкий возглас — Гесер, выходя из портала, приложился головой о полку.

Следом появился Завулон — в отличии от шефа благостный и улыбающийся.

Гесер, потирая макушку, мрачно посмотрел на нас, пробурчал:

— Еще бы в «Запорожец» портал провесили… Как ситуация?

— Пассажиры умиротворены, кровь смыли, пострадавшего лечат, — отрапортовал Эдгар. — Подозреваемый Константин Саушкин движется параллельно поезду со скоростью семьдесят километров в час.

— Чего уж теперь… «подозреваемый»… — едко произнес Завулон. — Ах, какой был способный мальчик… какой перспективный.

— Не везет тебе на перспективных, Завулон, — тихо сказал Эдгар. — Как-то они у тебя не задерживаются.

Два темных мага смерили друг друга неприязненными взглядами. У Эдгара с Завулоном давние счеты — еще с той истории с Фафниром и финской сектой. Никто не любит быть пешкой.

— Воздержитесь от колкостей, господа, — попросил Гесер. — Я тоже мог бы кое-что сказать… и в твой адрес Завулон, и в твой, Эдгар… Насколько он силен?

— Очень силен, — все еще глядя на Завулона, сказал Эдгар. — Парень и без того был Высшим…

— Вампиром, — Завулон презрительно усмехнулся.

— Высшим Вампиром. Конечно, опыта мало… вам он уступал. Но использовав книгу он стал сильнее Витезслава. А это уже серьезно. Я склонен считать, что Витезслав стоял на одном уровне с вами, Великие.

— Как он упокоил Витезслава? — спросил Завулон. — Версии есть?

— Теперь — есть, — кивнул Эдгар. — У вампиров существует своя иерархия. Мальчик вызвал его на поединок за лидерство. Это… не очень зрелищно. Схватка разумов, поединок воли. Что-то вроде игры в гляделки. Несколько секунд — и один уступает, полностью покоряется чужой воле. Когда Инквизиции приходилось сталкиваться с вампирами, Витезслав легко подчинял их себе. Но в этот раз он проиграл.

— И погиб, — кивнул Завулон.

— Это не обязательный финал, — заметил Эдгар.

— Костя мог сделать его своим рабом. Но… либо побоялся потерять контроль, либо решил идти до конца. В общем — он приказал Витезславу развоплотиться. И тот был вынужден подчиниться.

— Способный мальчик, — с иронией сказал Гесер.

— Не стану врать, окончательная гибель Витезслава меня не огорчает… Ладно, Константин стал сильнее Витезслава. Оцени его силу?

Эдгар пожал плечами:

— Как? Он сильнее меня. Предполагаю — сильнее каждого из вас. Возможно, сильнее всех нас вместе взятых.

— Не гони панику, — пробормотал Завулон. — Он неопытен. Магия — не соревнование силачей, магия — это искусство. Если в твоих руках шпага, то важно нанести точный укол, а не ударить со всей дури…

— Я не паникую, — мягко сказал Эдгар. — Я лишь оцениваю его силу. Очень высока. Я применил «хрустальный щит» — Костя его едва не продавил.

Великие переглянулись.

— Хрустальный щит не продавливается, — заметил Гесер. — Да и откуда у тебя… впрочем, понимаю. Снова артефакты из спецхрана.

— Он едва не пробил щит, — повторил Эдгар.

— Ты-то как выжил? — спросил меня Гесер. То ли мне почудилось, то ли в его голосе и впрямь появилась нотка сочувствия.

— Костя не хотел меня убивать, — просто сказал я. — Он пер на Эдгара… я вначале ударил «серым молебном»… — Гесер одобрительно кивнул, — …а потом под руку подвернулась водка — плеснул в лицо. Костя завелся. Но все равно не хотел меня убивать. А тут отвлекся на инквизиторов, разметал их — и ушел.

— Чисто русский способ — решать проблемы при помощи стакана водки, — мрачно сказал Гесер. — Зачем? Зачем ты его дразнил? Он же не новичок. Неужели непонятно было — не справишься? А мне потом везти Светлане твои останки?

— Я и сам завелся, — признался я. — Слишком все неожиданно было. А уж когда Костя стал звать — «пошли со мной, я зла не хочу…»

— Зла он не хочет, — горько сказал Гесер. — Вампир-реформатор. Прогрессивный властелин мира…

— Гесер, надо что-то решать, — тихо сказал Завулон. — Я могу поднять истребители с военного аэродрома.

Маги замолчали.

Я представил себе, как реактивные истребители гоняются в небе за летучей мышью, паля по ней из пушек и пускают ракеты…

Фантасмагория.

— Тогда уж вертолеты… — задумчиво сказал Гесер. — Нет. Это ерунда, Завулон. Людей он сметет с пути.