Дозор. Трилогия - Лукьяненко Сергей Васильевич - Страница 228

Но в следующий миг я понял, что схватки не будет.

Во всяком случае, немедленной схватки.

Мы стояли на железнодорожной платформе Казанского вокзала. Рядом с нами никого не было — люди чувствуют, когда поблизости открывается портал и непроизвольно отходят в сторону. Но вот вокруг царило столпотворение, которое даже в Москве можно застать только летом и на вокзале. Люди шли к электричкам, люди сходили с поездов и волокли багаж, люди покуривали у табло, в ожидании, пока объявят из поезд, люди пили пиво и лимонад, ели чудовищные вокзальные пирожки и не менее подозрительную шаурму. Наверное, не меньше двух-трех тысяч человек сейчас находилось в радиусе ста метров.

Я посмотрел на призрачный «компас» — стрелка лениво вращалась.

— Срочно требуется Золушка, — сказал Гесер, озираясь. — Надо найти маковое зернышко в мешке проса.

Один за другим рядом с нами появлялись Инквизиторы. Лицо Эдгара, уже собравшегося и приготовившегося к жестокой схватке, стало растерянным.

— Он пытается скрыться.. — сказал Завулон. — Прекрасно, прекрасно…

Но и его лицо особой радости не выражало.

К нашей группе приблизилась какая-то заполошеная женщина с полосатыми клеенчатыми сумками на тележке. На потном красном лице была написана решимость, доступная лишь русской женщине. работающей «челноком» и кормящей мужа-охламона и трех-четырех детей.

— Ульяновский не объявляли, нет? — поинтересовалась она.

Светлана на миг закрыла глаза и ответила:

— Подадут на первый путь через шесть минут, отправится с опозданием на три минуты.

— Спасибо, — ничуть не удивившись точности ответа, женщина двинулась к первой платформе.

— Все это очень мило, Светлана, — пробормотал Гесер. — А какие предложения есть по поводу поиска книги?

Светлана только развела руками.

Кафе было уютным и чистым настолько, насколько может быть уютно и чисто в привокзальном кафе. Может быть потому, что располагалось оно странно — в подвальном этаже, рядом с камерами хранения. Многочисленные вокзальные бомжи сюда не совались, видимо — были отучены владельцами. Немолодая русская тетка стояла за прилавком, а еду таскали из кухни молчаливые вежливые кавказцы.

Странное место.

Я взял себе и Светлане сухого вина из трехлитрового пакета. На удивление дешевого и еще к большему удивлению — приличного. Вернулся к угловому столику, где мы сидели.

— По-прежнему здесь, — сказала Светлана, кивая на записку Арины. Стрелка в «компасе» лениво вращалась.

— Возможно, книгу спрятали в камере хранения? — предположил я.

Светлана отпила вина, кивнула, то ли соглашаясь с догадкой, то ли примиряясь с краснодарским «Мерло».

— Тебя что-то смущает? — осторожно спросил я.

— Почему вокзал? — вопросом ответила Светлана.

— Уехать. Скрыться.

— Похититель должен был догадываться о погоне.

— Аэропорт. Самолет. Любой, — отпивая маленькими глотками вино, лаконично ответила Светлана.

Я разве я руками.

Это и впрямь было странным. Иной-предатель, кем бы он ни был, захватив «Фуаран» мог либо попытаться затаиться, либо броситься в бега. Он выбрал второй вариант. Но почему поезд? В двадцать первый вех — поезд как средство бегства?

— Вдруг он боится летать? — предположила Светлана.

Я только фыркнул. Конечно, при авиакатастрофе даже у Иного немного шансов выжить. Но просмотреть линии вероятности на три-четыре часа вперед, выяснить, не грозит ли самолету катастрофа способен даже самый слабенький Иной.

А убийца Витезслава слабым не был.

— Ему нужно туда, куда не летают самолеты, — предположил я.

— По крайней мере можно улететь из Москвы, подальше от погони.

— Нет, — с удовольствием поправил я Светлану. — Это ничего не даст. Мы бы определили примерно его местонахождение, поняли, на каком самолете улетел похититель, допросили бы пассажиров., сняли данные с камер наблюдения в аэропорту — и выяснили его личность. Потом Гесер или Завулон открыли бы портал… да куда бы он ни делся, туда бы и открыли. И все вернулось бы к нынешней ситуации. Вот только мы бы знали врага в лицо.

Светлана кивнула. Посмотрела на часы, покачала головой. На миг прикрыла глаза, успокоено улыбнулась.

Значит, с Надюшкой все в порядке.

— Зачем ему вообще убегать… — задумчиво сказала Светлана. — Вряд ли совершение ритуала, описанного в «Фуаране», требует много времени. Ведь колдунья превратила в Иных большое количество слуг, когда ее атаковали. Убийце куда проще было воспользоваться книгой, стать Великим… самым Великим. А дальше либо вступить с нами в схватку, либо уничтожить «Фуаран» и затаиться. Если он станет сильнее нас, мы его просто не сможем разоблачить.

— Может быть он и стал сильнее, — заметил я. — Раз уж Гесер повел речь об инициации Нади…

Светлана кивнула:

— Невеселая перспектива. Вдруг «Фуараном» воспользовался сам Эдгар? А теперь ломает комедию, изображает поиски. С Витезславом у него были сложные отношения, он сам себе на уме… захотел стать сильнейшим в мире Иным…

— Но тогда зачем ему книга? — воскликнул я. — Оставил бы ее на месте, и все! Мы бы даже не поняли, что Витезслав был убит. Списали бы все на защитные заклинания, которые вампир не заметил.

— А это мысль, — согласилась Светлана. — Нет, убийце нужна была не сила. Или — не только сила. Ему еще нужна и книга.

Я вдруг вспомнил Семена. Кивнул:

— Есть кто-то, кого убийца хочет сделать Иным! Он понимал, что воспользоваться книгой ему не дадут. Поэтому убил Витезслава… сейчас неважно, как именно. Провел ритуал и стал очень сильным Иным. Спрятал книгу… где-то здесь, на вокзале. И теперь надеется ее вывезти.

Светлана протянула мне руку и мы обменялись над столом торжественным рукопожатием.

— Вот только как «вывезти»? — уточнила Светлана. — Здесь и сейчас два самых сильных мага Москвы…

— Три, — поправил я. Светлана поморщилась и сказала:

— Тогда уж четыре. Костя, все-таки. Высший…

— Сопляк он, хоть и высший… — пробормотал я. Как-то в голове у меня не укладывалось, что парень за несколько лет убил десяток человек.

А еще противнее было то, что это мы давали лицензии…

Светлана поняла, о чем я думаю. Погладила меня по ладони. Тихо сказала:

— Не переживай. Он не мог пойти против своей природы. Что ты мог сделать? Разве что убить его…

Я кивнул. Естественно не мог.

Но не котел в этом признаться даже себе.

Мягко открылась дверь — и в кафе вошли Гесер, Завулон, Эдгар, Костя… и Ольга. Судя по тому, что они что-то оживленно обсуждали все вместе, Ольга уже была в курсе дела.

— Эдгар согласился привлечь резервы… — тихо сказала Светлана. — Плохо дело.

Маги подошли к нашему столику, я заметил, как их взгляды быстро скользнули по «компасу». Костя прошел к стойке и заказал бокал красного вина. Буфетчица заулыбалась — то ли он пустил в ход чуточку вампирского обаяния, то ли просто понравился. Эх, тетенька… не улыбайся этому юноше, вызывающему у тебя не то материнские, не то вполне женские чувства. Этот юноша умеет целовать так, что на твоем лице навсегда застынет улыбка…

— Костя с инквизиторами обшарил все камеры хранения, — сказал Гесер. — Пусто.

— А мы прочесали весь вокзал, — добродушно усмехнулся Завулон. — Шестеро Иных, явно непричастных.

— И неинициированная девочка… — с ответной улыбкой добавила Ольга. — Да, да, я заметила. ЕЙ займутся.

Завулон улыбнулся еще шире — это был целый сеанс обмена улыбочками:

— Извини, Великая. ЕЙ уже занимаются.

В обычной ситуации разговор бы на этом только начался.

— Хватит, Великие, — рявкнул Эдгар. — Речь не одной потенциальной Иной. Речь о нашем существовании!

— И то верно! — согласился Завулон. — Не поможете, Борис Игнатьевич?

Вместе с Гесером они придвинули к нашему столику еще един. Костя молча притащил стулья — и вот уже вся компания уселась рядом. Обычное дело — едут люди на отдых или в командировку, коротают время в вокзальном кафе…

— Либо его здесь нет, либо он способен маскироваться даже от вас, — сказала Светлана. — В любом случае, я бы просила разрешения удалиться. Потребуюсь — позовете.