Сокол. Трилогия - Посняков Андрей - Страница 154

– Тейа-а-а-а!!! – закричал Макс… и тут же захлебнулся, принялся отплевываться… почувствовав вдруг, что кто-то фыркает рядом… Бата!!!

– Бата! Бата!!!

– О господин!

– Где Тейя?!

– Царица… ффф… царица только что была рядом…

Супруга вынырнула прямо под носом.

Довольная, сразу же принялась целовать мужа в губы:

– Дорогой мой… я уж думала, ты не выплыл.

– А я – что ты…

Тейя фыркнула:

– Ну да! Я же плаваю куда лучше тебя!

– Да уж куда нам за тобой, рыбина.

Охватившее Макса радостное чувство внезапно сменилось тревогой: поблизости не было видно ни лодки, ни гребцов, ни шкипера с Алкинаем. Что же они, их не ищут, что ли? Да не может такого быть!

– Плывем к югу, вон там – остров!

И в самом деле, стоило оглянуться, чтобы увидеть торчавшие, казалось, прямо из моря верхушки кипарисов. И плыть-то всего ничего… Ну, километр, полтора…

– Рванули! – Фараон улыбнулся и решительно погреб к берегу.

И естественно, оказался там куда позже Баты и Тейи. Те уже лежали на песочке, блаженствовали под какими-то аккуратно подстриженными кустиками… рядом с которыми была аккуратно укреплена белая эмалевая табличка с французской надписью: «Propriete Privee» – «Частная собственность».

– Вот это да! – Максим так и застыл. – Вот это ни фига себе, попали!

Вверху, в нежно-голубом небе, медленно растворялся белый инверсионный след недавно пролетевшего самолета.

Глава 8

Propriete Privee

Наши дни. Средиземное море

– Что это вы здесь делаете, молодые люди? Вы что, не видите надпись?

Вальяжный молодой человек в белом костюме, при черных очках и широкополой шляпе – этакий денди – повторил эту фразу на трех языках – итальянском, французском и английском. И, хмуро ухмыльнувшись, добавил:

– Попрошу вас немедленно покинуть остров!

– Да мы бы рады. – Нацепив на лицо улыбку, Максим виновато развел руками. – Нашу лодку унесло бурей, и…

– Не понимаю, о какой буре вы говорите? – Сняв очки, «денди» недоверчиво прищурился, а внезапно возникшие за его спиной двое мускулистых парней – в футболочках, с короткими стрижками – хмыкнули.

– А может, не будем с ними возиться, Димон? – сплюнув на песок шелуху от семечек, с некоторой ленцой произнес тот амбал, что стоял справа. Произнес, между прочим, по-русски, чего Макс поначалу не понял, а когда понял, то решил выждать – уж больно интересная беседа пошла между парнями дальше.

Тот, что плевал семечки, просто-напросто предложил выкинуть незваных гостей обратно в море. Всех, кроме девчонки, которую, как он выразился, «можно пока и оставить, телочка классная!».

– Кто вы такие и откуда? – «денди» Димон между тем продолжал опрос по-французски – именно на этом языке отвечал ему Макс, настороженно разглядывавший амбалов – у каждого на поясе имелась кобура с пистолетом! Наверное, травматическими или газовым – охранники все ж, положено.

– Не, правда, Димон, давай девку оставим, а? Потом просто сунем ее к нашем стаду.

– Ага, а кто поручится, что они не менты?

– Ну, тогда валить надо всех! А телочку сначала…

– Далась тебе эта телка! Наших, что ли, мало?

– Наши-то уже сломаны. – Амбал снова сплюнул, и мокрая от слюны шелуха пристала к его квадратному подбородку. – Наши сломаны, – причмокнув с некоторой даже мечтательностью, негромко повторил он. – А я люблю ломать.

– Мы… э… мы… словенцы, – поглядев на светловолосого Бату, тут же соврал Максим. – Плавали вот себе на лодке, и вдруг унесло в море.

– А лодка-то ваша где?

– Так сдулась… резиновая.

– Ага… Так вы с Крита? В каком отеле остановились?

– Мы… как бы сказать… частным образом. В палатке.

– Понятно… – Димон обернулся к амбалам и дальше продолжил уже по-русски: – Говорят, что они словенцы, отдыхали на Крите, не в отеле, в палатке – в общем, дикари…

– Это хорошо, что дикари, – потер руки тот, что плевал семечки.

Напарник же его – этакая скала с огромными ручищами – ничего не сказал, такое впечатление, что он вообще не умел говорить и не испытывал никаких эмоций – этакий киборг, Терминатор.

– Нет, все же хорошо бы эту телочку…

– Да подожди ты с телочкой, Вовик! Достал уже. Прямо как подросток, честное слово!

– А я че? – Вовик обиделся совершенно по-детски, даже семечки лузгать перестал. – А ничо! Что, про девку спросить нельзя? Смотри, какие сиськи! Вон как торчат под платьицем, ух…

– Маленькие, – неожиданно заметил второй амбал, до того угрюмо молчавший. Он произнес это слово весомо и глухо, но так, что Димон и Вовик немедленно обернулись:

– Чего ты сказал, Игнат?

– Сиськи, говорю, маленькие. – «Терминатор» махнул ручищей и презрительно сплюнул. – Разве это сиськи? Вот у нас в деревне…

– О, о! Смотри-ка, разговорился, – криво ухмыльнулся Димон. – Где – так и слова не вытащишь, а тут заладил – сиськи, сиськи… Вот что, вы их тут постерегите, а я отойду позвоню «папе», посоветуюсь.

Слово «папа» было произнесено таким тоном, что Макс ни минуты не сомневался – речь шла о владельце острова.

Вытащив из кармана телефон, «денди» отошел за деревья, и что он там говорил – было не очень слышно. Только некоторые фразы – «подозрительные типы», «девка», «нудисты»…

Нудисты – это потому, что и с Макса, и с Баты волны давно уже сорвали всю скудную одежонку, оставив лишь полупрозрачное платье на Тейе. Да, ну еще уцелел золотой сокол на груди Макса, жалко, теперь уж никак не успеть его где-нибудь спрятать – а это было бы сейчас неплохо.

– Я полагаю, мы оказались во владениях какого-то могущественного царя? – воспользовавшись образовавшейся в разговоре паузой, быстро спросила Тейя. – В таком случае его слуги ведут себя дерзко! Особенно тот, что справа, – так на меня смотрит, что даже страшно. Ты скажи им, что мы – правители Черной земли, и пусть они относятся к нам со всем подобающим почтением!

– Боюсь, они нам не поверят. – Фараон улыбнулся. – Возникли из морской пучины какие-то голые люди, утверждают, что они цари, – ты бы сама-то поверила?

– Н-нет, – подумав, согласилась юная женщина. – Что же нам тогда с ними делать? Попросить, пусть доставят в страну Кефтиу?

– Попросим, милая. – Макс оглянулся на переминавшегося с ноги на ногу Бату. – Ты что-то хочешь сказать, парень?

– С разрешения твоей милости, великий царь! – парнишка почтительно поклонился, чем вызвал смешок у амбалов.

– Говори, – разрешил царь.

Бата предложил немедленно же бежать. Вот прямо сейчас – кинуться в море.

– Угу, кинуться. – Тейя хмыкнула. – И куда потом? Вплавь доберемся до Кефтиу? Или уж поплывем прямо к Черной земле? Ты, парень, думай, что говоришь! Нет… вот если бы удалось украсть какую-нибудь лодку…

– Хорошо, госпожа, я буду высматривать лодку и, как только увижу, скажу. – Бата снова поклонился и замолчал, косясь на вышедшего из-за деревьев пижонистого Димона. Между прочим, выглядевшего вполне довольным и деятельным – ну, конечно, по всему видно – уже получил ценные указания насчет незваных гостей.

– «Папа» сказал – всех задержать, вдумчиво опросить, а уж там он решит.

– Ну и славно. – Пошарив в кармане, Вовик бросил в рот целую горсть семечек. – А что насчет телочки-то? Можно ее или нет, не спрашивал?

– Ну, ты вообще офонарел, Вован! – возмутился «денди». – Краев уже не видишь, в натуре! Если хочешь, так сам у «папы» про эту девку спроси… Трубку дать?

– Своя имеется. – Амбал обиженно засопел и, повернувшись к… пленникам – а пожалуй, именно так – к пленникам, – жестом показал: шагайте.

– Да, вот еще… – «Денди» показал на сокола. – Эту вещь лучше передать нам. На временное хранение.

Максим не стал спорить – не хотелось провоцировать конфликт раньше времени. Спокойно сняв амулет, протянул… Посмотрел, как, сверкнув на солнце, волшебный сокол исчез в кармане белого пиджака.