Легенды II (антология) - Хэйдон Элизабет - Страница 87

— Просто делать свою работу, босс, — в голосе Бизли звучала обида. — Я всего лишь твой мохноногой специалист по связям с общественностью. Мы уже потолковали об обеде с твоими родителями, поэтому я знаю, что ты помнишь о нем. И ты помнишь, что Фредерикс первая в расписании, так?

— Да. Мы встречаемся здесь.

— Здорово. Уверен, что вы оба повеселитесь. Могу я рекомендовать Зал Бесконечного Ностальгического Пения? Или Серебристый Хихикающий Бар?

— Твой сарказм замечен, успокойся.

Нельзя сказать, что у Орландо не было непочтительных мыслей относительно реалий, созданных Толкином, но все же этот мир он более всего склонен был считать своим домом в сравнении со всеми остальными мирами. Когда-то, начиная постоянную жизнь в сети, Орландо был сильно подавлен тем, что с ним произошло. В тот момент Средиземье — и Ривендейл, в частности, — стало для него благословенным приютом, привычным, любимым местом, где он мог расслабиться, залечить раны, примириться со своими проблемами и даже с мыслью о бессмертии, ибо оно окружало его со всех сторон в древней резиденции Элронда.

— Кстати, сегодня вечер первой пятницы месяца в мире Вудхауса, — продолжал Бизли. — Об этом ты тоже помнишь?

— О нет, фенфен, я забыл. Сколько у меня времени?

— Собрание примерно через три часа.

— Спасибо. Я там буду. — Но Бизли продолжал стоять в выжидательной позе, заставляя Орландо спросить: — Ну что еше?

— Поскольку я должен остаться в образе до тех пор, пока не выйду из этого заросшего травой мотеля и не проделаю весь путь через мост, а потом я покину эту симуляцию, быть может, навсегда, то ты по крайней мере, мог бы сказать: «Прощай, Бонго Флаффенаттер, старый друг»…

Орландо кинул на него сердитый взгляд.

— Развлекаешься?

— Исключительно из вежливости.

— Фенфен. — Но Бизли всем своим видом демонстрировал, что просто так он не уйдет. — Ну ладно. Прощай, Бонго Флаффенаттер, старый друг.

— Не забудь: «И пусть шерсть на твоих пальцах будет — гуще некуда!»

— Все, вали отсюда!

— Прощай и ты, Тарагорн, друг эльфов.

Сэм Фредерикс опоздала почти на час, но это было в порядке вещей: в Ривендейле гости могли получить еду и питье в любом количестве и в любое время суток, если они ничего не имели против ограниченного меню. Люди, которые запрограммировали этот сим-мир много лет назад (команда из Нидерландов, как выяснил Орландо) отнеслись к оригиналу весьма бережно. В книгах не упоминалась, что в Имладрисе — эльфийское название великолепного дома Элронда — к столу подавалось мясо, поэтому предложения местной кухни были очень ограничены и сводились к хлебу, меду, фруктам, овощам и молочным продуктам. Орландо, который в течение ранних дней своего существования в сети провел много времени в сим-мире Толкина, помнил, как несколько раз ему страшно хотелось пробраться в Мордор за мясной пиццей.

Когда Сэм появилась, то выглядела она точь-в-точь как во время прошлого визита: одежда а-ля эльф-мужчина, светящаяся кожа цвета кофе со сливками, беспорядочное великолепие кудрей едва держалось с помощью повязки из ткани, которая придавала ей слегка пиратский вид. Они обнялись. Сэм разомкнула руки первой.

— Что-нибудь съешь?

— Да нет, я не голодна, — сказала она. — А ты давай, если хочешь.

— Сэм, здешней пищей не наешься. И вообще я не нуждаюсь в еде. Это так, для общения. — Он провел ее на один из крытых балконов. Отсюда им слышно было журчание реки внизу, в долине, хотя огни Ривендейла освещали только верхушки деревьев.

Сэм плавно опустилась на скамью. Орландо сел рядом с ней и вытянул длинные ноги. Проведя долгие годы прикованным к постели, он поклялся себе, что любой ценой постарается избежать существования в нездоровом или ущербном теле.

— Как ты? — спросил он. — У тебя все в порядке?

— Все отлично. А ты?

— Да так. Осматриваюсь, разбираюсь, что к чему. В целом, работа во многом отличается от того, что я ожидал. Сначала, когда я согласился выполнять работу Смотрителя, я думал: я буду, ну я не знаю… останавливать войны, что ли.

Сэм улыбнулась:

— Как супермен?

— О господи, нуда. Я и не ограничиваю свои амбиции. — Он сделал паузу; смех Сэм слегка запоздал. — Но с тех пор как Селларс и Кунохара убедили всех остальных разрешить свободное передвижение в пространстве, я являюсь кем-то вроде антрополога.

Именно Патрик Селларс возглавил в свое время борьбу с Братством Грааля, группой людей столь же неприятных, сколь богатых и могущественных. Кунохара, бывший когда-то младшим членом Братства, позже выступил против него и объединился с Селларсом ради спасения сети и, в сущности, сохранения жизни всех сложных сетевых симов, таких как сам Орландо, который был скопирован в сеть перед своей физической смертью и теперь существовал только виртуально в виде информации. Селларс также вскоре после этого покинул свое умирающее тело для того, чтобы начать существование в Сети Иноземья, но в отличие от Орландо его поступок был добровольным.

— Антрополога? — Сэм ждала продолжения.

— Ну да. За исключением исправления очевидных ошибок кодирования, которых не слишком много, я в основном составляю кучу отчетов и отслеживаю все интересное и необычное. Но с тех пор как Седларса уже нет и Кунохара по уши погряз в своих делах, я уж и не знаю, для кого теперь пишу отчеты.

— Для остальных, наверное. И всех других людей, которые когда-нибудь смогут их изучить, — пожала плечами Сэм. Ты скучаешь по нему? По Селларсу?

— Да. Не могу сказать, что мы с ним были близкими друзьями, вроде нас с тобой… — Орландо надеялся увидеть ее улыбку, но она только кивнула. — Он был слишком… не знаю, как это сформулировать. Старым. Мудрым. Но мне он очень нравился, особенно после того как я узнал его ближе. И он был единственным, кто был здесь со мной, Сэм. Я знал, что он рядом не навсегда — что он устал, что он хочет уйти в великое Нечто. Но я думал, что он пробудет с нами еще несколько лет.

Он преуменьшал, конечно, но это ради Сэм. Он был потрясен даже больше, чем ожидал: когда Селларс оставил его, Орландо почувствовал себя брошенным на произвол судьбы, лишенным всего. Как-никак искалеченный экс-пилот был единственным человеком во вселенной, который понимал странность ощущения себя живым только в сети, когда твое физическое тело обратилось в пепел, когда большинство людей, которые знали тебя, думают, что ты мертв, и они более-менее правы…

К тому же Селларс был добрым человеком и — благодаря или вопреки собственным страданиям — хорошим слушателем. Он был единственным, кто видел, как Орландо Гардинер плачет. Конечно, это было давно, в начале существования Орландо: в сети. Больше он не плакал никогда. У него не было времени на подобные глупости.

Сэм и Орландо просидели на балкончике в Ривендэйле еще полчаса, болтая обо всем на свете, даже обменялись несколькими анекдотами, но все же в поведении Сэм ему померещилась некая неловкость. Его души коснулось какое-то чувство, которое он совсем не ожидал испытать рядом с Сэм Фредерикс; ему понадобились долгие секунды, чтобы распознать, что это страх: его ужаснула мысль, что ей могло быть неинтересно здесь рядом с ним и их дружба стала для нее в конце концов не более чем принятым на себя обязательством.

Их разговор опять вернулся к проблемам Сети Иноземья. К его удивлению, она, кажется, считала, что он из тех людей, которых надо утешать и подбадривать.

— Все-таки у тебя поразительная работа — смотритель целой вселенной. Ты в ответе за все эти миры.

— Триста девяносто штук на настоящий момент и несколько временно схлопнутых, но скоро они начнут новый цикл. Это четверть от того, что было, но Селларс прикрыл многие миры, потому что они были слишком жестоки, слишком омерзительны, порочны или криминальны.

— Я знаю, Орландо. Я тоже была на той встрече.

— С тобой все в порядке. Сэм? Ты выглядишь… печальной что ли, — он оглядел ее с головы до ног. — И, кстати, почему ты не поменяешь свой сим?