Любовь тебя настигнет (Великий побег) - Филлипс Сьюзен Элизабет - Страница 37

– Мне тридцать один.

Ее взгляд переметнулся на волосы Люси, кольцо в брови и татуировку на шее в виде дракона.

– Типичный случай задержки в развитии, – пошутила Люси, чтобы объяснить ситуацию.

– Понимаю.

Но Бри явно не понимала, и Люси почувствовала, что будет неправильно и дальше скрывать, кто она такая. Она решила рискнуть.

– Я вроде как… скрываюсь. – Она поколебалась. – Я… Люси Джорик.

Глаза Бри расширились, она выпрямилась и выронила из рук сигарету. Видимо, она могла спокойно курить в присутствии странной девочки, которая жила на другой стороне леса, но чувствовала себя некомфортно, делая это перед дочерью президента.

– О… я…

– Мне нужно было ненадолго спрятаться, – пожала плечами Люси. – И показалось, что это место как раз подойдет.

Бри поняла, что слишком откровенно таращится на нее.

– Простите. Просто это… немного неожиданно. – Она снова дотронулась до волос, пытаясь их пригладить. – Почему вы мне рассказали? Я никогда не догадалась бы.

– Мне показалось, что будет неправильно приходить сюда, не сказав об этом. Сложно поверить, но я стараюсь быть честной.

– Но… вы едва меня знаете. Я могу сообщить кому угодно.

– Надеюсь, что не станете. – Она захотела сменить тему. – Это сборище страдальцев, о котором вы упомянули. Не хотите со мной поделиться?

Проезжавшая мимо машина притормозила, но не остановилась. Бри посмотрела ей вслед.

– Это скучная история.

– Мне неприятно в этом признаваться, но иногда, когда слышу о проблемах других людей, это помогает мне приободриться.

Бри рассмеялась, обстановка разрядилась.

– Мне знакомо это чувство. – Она вытерла руки о шорты. – Вы действительно хотите это выслушать?

– Это делает меня плохим человеком?

– Только не говорите, что я вас не предупреждала. – Она с отсутствующим видом почесала пятно краски у себя на руке. – В ноябре прошлого года я приехала домой после обеда в загородном клубе и увидела, как муж грузит вещи в машину. Он сказал, что устал от нашей шикарной жизни, хочет развестись и, между прочим, начать все сначала со своей новой избранницей, девятнадцатилетней стажеркой из офиса, которая куда лучше меня.

– О…

– Дальше – хуже. – Солнечный свет, пятнами проникавший сквозь деревья, неровно ложился на лицо, делая ее и моложе и старше одновременно. – Он сказал: понимает, что должен мне кое-что за десять лет брака, поэтому я могу забрать все, что угодно, после уплаты долгов, о которых я ничего не знала.

– Хороший парень.

– Он не был хорошим, даже когда мы только познакомились. Я знала об этом, но он был красив и умен, и все мои однокурсницы сходили по нему с ума. Наши семьи дружили много лет. Он был одним из чудо-мальчиков в «Дженерал моторс», до того как в автомобильной отрасли Детройта начались проблемы. – Она стряхнула пепел в траву. – Скотт и его стажерка направились в Сиэтл в поисках счастья, а долги съели все накопления. Я закончила только один курс. У меня не было опыта работы и ни малейшего представления о том, как себя содержать. Некоторое время я жила у одного из своих братьев, но после того как несколько месяцев просидела сложа руки, жена брата дала мне понять, что в их доме мне больше не рады.

Бри забыла о том, что стеснялась курить перед дочерью президента, и потянулась за очередной сигаретой.

– В тот самый момент со мной связался адвокат Майры и сказал, что она умерла и оставила мне дом и внука. Я видела Тоби пару раз несколько лет назад, когда Майра приезжала ко мне в гости. И вот я здесь. Хозяйка поместья. – Она оглядела ларек и невесело рассмеялась. – Вы слышали когда-нибудь историю более грустную? У меня было все, кроме твердого характера. – Она положила сигарету обратно в пачку. – Могу представить, что вы думаете после всего, что вам удалось достичь в жизни.

– Вроде побега с собственной свадьбы?

– А этого – в особенности. – В глазах Бри появилось почти мечтательное выражение. – Как вам хватило храбрости?

– Я бы не назвала это храбростью.

– А я назвала бы. – Тут остановилась машина. Бри положила сигареты в карман. – Спасибо за доверие. Я вас не выдам.

Люси надеялась, что она сдержит слово.

По пути домой Люси поняла, что забыла мед, но, учитывая тот факт, что она не сможет намазать его на теплый хлеб, решила не возвращаться. Куча сломанных двухъярусных кроватей, старых матрасов и уродливых виниловых занавесок со второго этажа лежала в конце подъездной аллеи, ожидая, пока ее увезут. Грузовика не было видно, и, входя в дом, она услышала, как на втором этаже тащат по полу что-то тяжелое. Жаль, что нет никакой надежды, что это труп Панды.

Она прошла через кухню, направляясь на улицу, и заметила, что старый холодильник исчез. На его месте стоял современный двухдверный холодильник из нержавеющей стали. После скудного завтрака она так и осталась голодной, поэтому открыла его.

И обнаружила, что все ее продукты исчезли. Арахисовое масло и желе, деликатесный окорок и идеально выдержанный швейцарский сыр. Никакого йогурта с черешней, соуса для салата или пикантных маринованных огурчиков. Ничего из уже приготовленной еды, которую она хотела съесть на обед. Даже джем Панды – и тот исчез.

Морозилка выглядела не менее ужасно. Вместо блинчиков быстрого приготовления и замороженных вафель, которыми лакомилась в выходные, она увидела ряды диетических продуктов в индивидуальных упаковках. Она открыла ящики для овощей. Где морковь? Голубика? Свежий пучок салата романо, который она купила только вчера? Замороженные вафли – это одно, но зачем забирать салат?

Взбешенная, она помчалась наверх.

Глава 12

Типичный запах спортзала ударил в нос еще до того, как она дошла до дверей. Спальня преобразилась с прошлого вечера. Новые блестящие тренажеры стояли на девственно черных резиновых ковриках, пол был чисто выметен, а солнце заливало всю комнату через открытые окна. Панда сражался с одной из погнувшихся сеток на окне, он так извернулся, что футболка задралась, обнажив мускулистый и твердый как камень пресс. Насколько она видела, на футболке не было непристойных надписей, и тот факт, что ее это несколько разочаровало, она отнесла на счет Вайпер.

Темпл изо всех сил трудилась на эллипсе, пот струился по вискам, к шее прилипли мокрые завитки темных волос. Люси оказалась в самом пекле тренировочного ада.

– Похоже, из холодильника исчезла моя еда.

Темпл пожала плечами и вытерла лоб рукавом.

– Панда, разберись.

– С радостью. – Он закрепил сетку и вышел за Люси из комнаты так быстро, что та поняла: он ищет предлог, чтобы сбежать. Прежде чем она успела открыть рот и обрушить на него совершенно не свойственную для Люси тираду, он схватил ее за локоть и повел по коридору.

– Нам нужно поговорить внизу. Громкие голоса расстраивают Темпл. Если только не она сама повышает голос.

– Я все слышала! – прокричала Темпл из комнаты.

– Я знаю, – прокричал Панда в ответ.

Люси направилась к лестнице.

Быть может, Панде казалось, но он был готов поклясться, что видел, как клубы пыли вылетали из-под дурацких армейских ботинок Люси, когда она топала по потертому бежевому ковру. Ковру, от которого, как он подозревал, она хотела избавиться. А этого он, черт возьми, делать не собирался.

Она добралась до нижней ступеньки. Раньше там стоял комод лилового оттенка, но он куда-то пропал вместе с вешалкой для одежды из оленьего рога и тем черным стеллажом, что стоял теперь на крыльце и служил подставкой для растений, которые он не покупал и не хотел покупать.

Какого черта она не уехала, как собиралась? Такого, что прикипела к этому месту. Есть такая особенность у людей, которые росли в обеспеченной семье. Ощущение вседозволенности заставляло их верить, будто они могут получить все, что пожелают, даже когда это им не принадлежит. Как этот дом. Но как бы он ни старался думать о Люси как об испорченной особе, он знал, что это неправда. Она была исключительно приличным человеком, хоть и злилась сейчас.