Любовь тебя настигнет (Великий побег) - Филлипс Сьюзен Элизабет - Страница 22

– Поверь мне. Это было нелегко. – Он прекратил продувать пистолет и оглядел ее прическу и татуировку с окровавленными шипами.

– Надеюсь, это не навсегда. Ты выглядишь странно.

«Да пошел ты, – сказала бы Вайпер. – Иди к черту!» Но Люси такие слова произнести не могла.

– Уверена, тебе понравился маленький бонус, который ты получил в конце. Рассказы о том, как ты переспал с дочкой президента, сделали тебя звездой раздевалки для телохранителей.

Теперь Панда разозлился почти так же, как и она.

– Ты действительно так думаешь?

«Я думаю, что окончательно распрощалась с чувством собственного достоинства, когда приехала сюда».

– Я думаю, что ты профессионал и должен был вести себя соответственно. То есть сказать, кто ты. И, что еще важнее, держать руки при себе.

Он вскочил.

– И мне это отлично удавалось! Все эти дни, которые мы провели в этой дерьмовой дыре на озере Каддо. Мы постоянно сталкивались. Ты бегала, обернувшись куском черного эластика, который называла купальником, в розовом топе – через него даже слабовидящий мог тебя разглядеть. И тогда я держал руки при себе.

Ей удалось пробить его броню и хоть немного потешить уязвленное самолюбие.

– Ты знал обо мне все, Панда. Или как там тебя зовут. У тебя было на меня целое досье, но ты не раскрыл ни одного правдивого факта о себе. Ты держал меня за идиотку.

– Я тебя ни за кого не держал. То, что произошло той ночью, не имело никакого отношения к работе. Мы были людьми, которые захотели друг друга. Вот так все просто.

Но для нее все было не так просто. Если бы все было просто, она не приехала бы сюда.

– Я выполнил свою работу, – произнес он. – Никаких объяснений я давать не должен.

Ей нужно было узнать, спросить… И Вайпер изобразила ухмылку, пытаясь скрыть, насколько важен для нее этот вопрос.

– В твои обязанности входил этот жалкий, призванный загладить вину поцелуй в аэропорту?

– О чем ты говоришь?

Его смятение еще немного повысило ее самооценку.

– Этот поцелуй был пропитан укорами совести, – заявила она. – Ты жаждал отпущения грехов, потому что прекрасно сознавал, насколько гнусен.

Он стоял перед ней с каменным лицом.

– Если ты видишь это так, то я не собираюсь тебя переубеждать.

Люси хотела, чтобы он ее переубедил. Если бы он что-то сказал, это помогло бы ей иначе посмотреть на то, что произошло с тех пор, как она запрыгнула на его мотоцикл. Но Панда молчал, а если бы она сама сказала больше, то выглядела бы еще более жалко.

Он не пытался задержать ее, когда она уходила с дока. Она остановилась у уличного душа. Прямо в одежде вымыла шампунем голову, потом обернулась пляжным полотенцем и вошла в дом. Она оставила цепочки мокрых следов на кухонном полу. Она закрыла замок на двери спальни, сорвала мокрую одежду и натянула черную майку, пышную зеленую юбку с поясом из кожи и армейские ботинки. Еще пару минут потратила на то, чтобы подвести глаза черным и накрасить губы коричневой помадой, а потом вставила в нос кольцо. Потом напихала как можно больше вещей в рюкзак. Паром отправлялся через полчаса. Настало время ехать домой.

Темно-серый внедорожник последней модели с номерами штата Иллинойс стоял на подъездной аллее. Странно представлять его за рулем машины. Она села на велосипед и отправилась в город.

Утро выдалось жарким и солнечным. До четвертого июля лето было не особенно теплым, но туристы в шортах и шлепанцах уже наводняли бульвар Бичкоумер, сливаясь с местным населением. Запах картофеля фри поднимался над крышей «Догз’н’Молтс» – пляжной хибары со скрипучей сетчатой дверью и потрескавшимися столиками. Люси миновала кафе «Пейнтед фрог», где накануне покупала капуччино. Рядом в тени у входа в «Магазинчик Джерри» дремала собака. Она, оглядевшись, подумала, как сильно ей здесь нравится и как не хочется уезжать.

«Магазин Джека для дайверов» работал и как касса, где продавались билеты на паром. В нем пахло старой резиной и густым кофе. Она купила билет в один конец и поставила велосипед на специальную стоянку у муниципального дока. Быть может, Панда найдет его, быть может, и нет. Ей все равно.

Люси присоединилась к очереди туристов, которые ожидали посадки на паром. Из толпы высунулась мать, чтобы поймать беспокойного малыша. Сколько раз Люси представляла себя с ребенком от Теда. Теперь она задавалась вопросом, будут ли у нее дети вообще.

Она жалела, что не задала Панде больше каверзных вопросов, например о том, какой профессиональный телохранитель мог бы решить, что это хорошая идея – посадить клиента к себе на мотоцикл и отправиться путешествовать по стране? Стоявший за ней в очереди человек подошел слишком близко и толкнул в рюкзак. Она продвинулась вперед, но это повторилось. Люси обернулась и увидела перед собой холодные голубые глаза.

– Я сказал тебе правду. – Его голос звучал хрипло, на лице не было и тени улыбки. – Эти наклейки уже были на мотоцикле, я их туда не приклеивал.

На нем была та же самая одежда, в которой он оказался в воде, и его волосы не совсем высохли. Она твердо решила вести себя достойно.

– Это не имеет никакого значения.

– А эти футболки я надевал, чтобы позлить тебя. – Его взгляд опустился на ее юбку и армейские ботинки. – Ты похожа на девочку-тинейджера, которая занимается проституцией, чтобы достать денег на кокаин.

– Одолжи мне одну из твоих футболок, – парировала она. – Уверена, это дополнит мой образ.

На него, как обычно, все уставились, и Панда заговорил тише.

– Послушай, Люси, ситуация была гораздо сложнее, чем ты готова признать. – Он двигался за ней, по мере того как очередь ползла вперед. – Весь мир следил за твоей свадьбой. Тебе нужен был собственный телохранитель.

Она ни за что не собиралась сдаваться.

– Три слова. «Я твой телохранитель». Это несложно.

Они добрались до края пристани. Подобравший ее тупица, который так любил почесать грудь, превратился в мистера Рассудительность.

– Меня наняли твои родители. Они давали мне указания. Они знали, что ты будешь возражать против частной охраны, особенно во время медового месяца, поэтому хотели, чтобы за тобой присматривали втайне.

– Во время медового месяца? – почти закричала она. – То есть планировалось, что на протяжении всего медового месяца меня будут охранять?

– Неужели ты об этом не догадывалась?

Она подала контролеру билет. Панда махнул проездным. Люси ступила на палубу, шурша армейскими ботинками по доскам. Он последовал за ней.

– Даже если ты не понимала, что охрана необходима, это прекрасно понимал Тед.

– Тед знал об этом? – Ей захотелось топнуть, устроить истерику, ударить кого-нибудь.

– Он реалист, Люси. Как и твои родители. Я в первый же вечер позвонил твоему отцу. Он приказал не раскрывать себя. И сказал, что, если я во всем признаюсь, ты найдешь способ от меня избавиться. Я не купился на это, но ведь это он меня нанял. Поэтому нет, я не намерен извиняться за дальнейшие распоряжения клиента. – Люси пыталась уйти, но Панда схватил ее за руку и повел на корму. – Уговор был таков, что как только заканчивается медовый месяц и вы возвращаетесь в Уайнет, мы прекращаем наблюдение. Только все пошло иначе. Ты сбежала, а повсюду дежурили папарацци. Скандал принимал немыслимые масштабы. Все внимание было обращено на тебя.

– Никто меня не узнал.

– Почти узнали, и, если бы ты была одна, это обязательно случилось бы.

– Возможно, да, а может, и нет. – Паром подал сигнал об отправлении, когда они добрались до кормы. Один из пассажиров с тревогой посмотрел на Люси. Она вспомнила, как молодо выглядит и какой угрожающий вид у Панды, и подумала, что он размышляет, стоит вмешаться или нет. Мужчина решил не рисковать. Она прошла вперед.

– Ты сказал, вы с Тедом друзья.

– Мы познакомились за три дня до свадьбы.

– Опять ложь.

– Я стараюсь выполнять свою работу так хорошо, как только могу.

– Ты настоящий профессионал! – выпалила она. – Телохранители часто сажают клиентов на мотоциклы?