Маленькие боги (Мелкие боги) - Пратчетт Терри Дэвид Джон - Страница 43

* * *

Урн лазал среди полок, как обезьяна, вытаскивая книги из их отсеков и швыряя их вниз, на пол. — Я могу унести двадцать. сказал он, — Но которые двадцать?

— Всегда мечтал сделать это, бормотал Дидактилос радостно. Оберегать истину перед лицом тирании и все в таком роде. Ха! Один человек, не боящийся… — Что взять? Что взять? — кричал Урн. — Нам не нужны “Механики” Гвидо, сказал Дидактилос. — Эй, хотел бы я видеть выражение его лица! Дьявольски хороший бросо, учитывая обстоятельства. Надеюсь, кто-нибудь опишет, что я…

— Принципы приводного механизма! Теория расширения воды! кричал Урн, — Но нам не нужны Ибидовское “Государство”, или Гномоновская “Эктопия”, действительно, это… — Что? Они принадлежат всему человечеству! — огрызался Дидактилос. — Тогда пусть все человечество придет и поможет нам их унести. — сказал Урн. — Но, поскольку нас только двое, я предпочел бы нести нечто полезное. — Полезное? Книги о механизмах?

— Да! Они покажут людям, как жить лучше!

— А эти покажут людям, как быть людьми, сказал Дидактилос. — Это напомнило мне. Дай мне другой фонарь. Я чувствую себя совсем слепым без него… Дверь библиотеки вздрогнула под громоподобным стуком. Это был стук людей, не ожидающих, что им откроют. — Мы можем выбросить некоторые другие в…

Петли выскочили из стен. Дверь с глухим звуком грохнулась вниз. Солдаты с вытащенными мечами вскарабкались на нее. — А, джентльмены, сказал Дидактилос, — Умоляю, не нарушайте мои окружности. С разбегу капрал тупо взглянул на него, потом вниз на пол. — Какие окружности?

— Эй, как насчет того, чтобы дать мне пару компасов и вернуться сюда, скажем, через пол часа?

— Оставь их, капрал, сказал Брута. Он перешагнул через дверь. — Я сказал, оставьте их. — Но я получил приказ… — Ты глух? Если да, то Квизиция сможет это излечить. — сказал Брута, сам удивляясь твердости своего голоса. — Ты не принадлежишь к Квизиции, сказал капрал. — Нет, но я знаю человека, который принадлежит, — сказал Брута. — Вы здесь чтобы искать в этом дворце книги. Оставьте его со мной. Он стар. Что может он сделать?

Капрал в сомнении переводил взгляд с Бруты на своих пленников. — Отлично, капрал. Я беру командование на себя. Все повернулись. — Вы меня слышали? сказал Сержант Симони, проталкиваясь вперед. — Но дьякон приказал нам… — Капрал?

— Да, сержант?

— Дьякон далеко. Я здесь. — Да, сержант. — Пошли!

— Да, сержант. Сержант прислушивался, пока солдаты маршировали прочь. Затем он воткнул свой меч в дверь и повернулся к Дидактилосу. Он сжал левую руку в кулак и положил свою правую поверх, вытянув ладонь. — Черепаха Движется , сказал он. — Все относительно, сказал философ опасливо. — Я имею ввиду, я…друг, сказал он. — Почему мы должны тебе верить? — сказал Урн. — Потому, что у вас нет выбора, сказал Сержант Симони резко. — Вы можете вывести нас отсюда? — сказал Брута. Симони взглянул на него. Ты? — сказал он, почему я должен выводить отсюда тебя? Ты — инквизитор! — он схватил меч. Брута попятился. — Нет!

— На корабле, когда капитан провозгласил тебе, ты ни чего не сказал, — сказал Симони. — Ты не один из нас. — Я не думаю, что я один из них, так же, сказал Брута, — Я свой собственный. Он бросил на Дидактилоса умоляющий взгляд, что было совершенно зря, и вместо этого повернулся к Урну. — Я не знал об этих солдатах, сказал он. — Я знал только, что Ворбис задумал убить вас, и что он подожжет Библиотеку. Но я могу помочь. Я придумал это по пути сюда. — Не слушайте его, сказал Симони. Он пал на одно колено напротив Дидактилоса, словно умоляя. — Сир, здесь… несколько наших. . . тех, кто знает, что значит ваша книга…, смотрите, у меня есть копия… Он нащупал что-то за своим нагрудником. — Мы скопировали это, сказал Симони, — Единственная копия! Все, что у нас есть! Но это распространяется. Те, кто умеет читать, читают это остальным! Это производит такое впечатление!

— Э…-сказал Дидактилос, — Что?

Симони в возбуждении замахал руками. — Ибо мы знаем, это, я был в тех местах, это правда! Великая Черепаха существует . Черепаха действительно движется ! Нам не нужны боги!

— Урн? Еще никто не ободрал медь с крыши? — сказал Дидактилос. — Не думаю. — Тогда, напомни мне, чтобы я не разговаривал с этим малым снаружи. — Я не понимаю! — сказал Симони. — Я могу спасти вас. У вас есть друзья в самых неожиданных местах. Пошли. Я только убью священника… Он взялся за меч. Брута попятился. — Нет! Я тоже могу помочь! Вот, почему я пришел. Когда я увидел вас напротив Ворбиса, я понял, что могу сделать!

— И что же ты можешь сделать? — усмехнулся Урн. — Я могу спасти Библиотеку. — Что? Положить на спину и убежать? — издевался Симони. — Нет. Не в этом смысле. Сколько здесь свитков?

— Около семи сотен, сказал Дидактилос. — Сколько из них важны?

— Все! — сказал Урн. — Может, пара сотен, — сказал Дидактилос, мягко. — Дядя!

— Все прочее просто изданный вздор и суета, сказал Дидактилос. — Но это книги !

— Возможно, я смогу взять больше, сказал Брута медленно. — Отсюда есть выход наружу?

— Отсюда… возможно, сказал Дидактилос. — Не говори ему! — сказал Симони. — Тогда все ваши книги сгорят, сказал Брута. Он указал на Симони. — Он сказал, что у вас нет выбора. Так что вам нечего терять, верно?

— Он свя…-начал Симони. — Все заткнитесь, сказал Дидактилос. Он смотрел в сторону брутиного уха. — Отсюда может быть путь наружу, сказал он. — Что ты собираешься делать?

— Не верь ему! — сказал Урн. — Омнианцы вокруг, а ты говоришь, что есть другой путь наружу!

— Сквозь эту гору есть туннели повсюду, сказал Дидактилос. — Возможно, но мы не говорим об этом людям!

— Я склонен верить этой личности, сказал Дидактилос, — У него честное лицо. Философски выражаясь. — Почему мы должны ему доверять?

— Любой, кто настолько туп, чтобы надеяться на то, что в подобных обстоятельствах ожидает, что мы будем ему доверять, должен быть достоин доверия, сказал Дидактилос. — Он должен быть слишком глуп, чтобы быть предателем. — Я могу уйти прямо сейчас, сказал Брута, — И что тогда будет с вашей Библиотекой?

— Видите? — сказал Симони. — Просто, когда все кажется беспросветным, вдруг у нас появляются неожиданные друзья повсюду, сказал Дидактилос, — Каков твой план, юноша?