Интересные времена - Пратчетт Терри Дэвид Джон - Страница 70

— Подавайте мясо, приказал он. А соус сам о себе позаботится.

Собравшиеся наблюдали за происходящим с интересом, смешанным с ужасом. Применение ядов было неотъемлемой частью жизни гункунгского двора, однако отраву в блюда, как правило, подмешивали украдкой — это считалось хорошим тоном.

— Кто-нибудь желает высказаться? — осведомился лорд Хон.

Его взгляд был подобен серпу. Ощутив этот взгляд, человек потом долго себя ощупывал все ли на месте.

— Очень хорошо, — сказал лорд Хон. — Я скорее умру, чем увижу… варвара, восседающего на Императорском троне. Пусть ест свое… мясо. Подайте блюдо сюда.

В подполе зашебуршались, послышалась ругань, потом кто-то кого-то огрел палкой. Наконец, из толпы показался крестьянин, катящий на тележке огромное прикрытое крышкой блюдо.

— Не смею лицезреть ваш… сад в благоприятном положении… черт… сиятельный облик, о господин.

Лорд Хон поддернул носком распростершуюся фигуру.

— Приятно видеть, что искусство уважения еще не совсем умерло, — заметил он. — Сними крышку.

Человек встал и, не переставая приседать и кланяться, поднял крышку.

Лорд Хон перевернул пузырек и держал его так, пока не вытекла, зловеще зашипев, последняя капля. Зрители наблюдали в почтительном молчании.

— А теперь подай варварам завтрак.

— Разумеется, ваша небесная… чернильная кисть… ивовый забор… праведность.

— Откуда ты, крестьянин?

— Из Бес Пеларгика, о господин.

— А. Я так и подумал.

Большие бамбуковые двери скользнули по желобам. Вошел свежеиспеченный лорд-камергер, следом за которым спешил целый караван слуг с тележками.

— Завтрак, о господин на тысячу лет, — провозгласил он. — Большие куски свинины, большие куски козлятины, большие куски вола и журенный рис семь раз.

Один из слуг снял крышку с блюда.

— Но прислушайтесь к моему совету и не дотрагивайтесь до этой свинины, — произнес он. — Она отравлена.

Камергер рывком обернулся.

— Дерзкая свинья! За это ты будешь казнен.

— Эй, да это же Ринсвинд! — узнал Коэн. — Во всяком случае, очень похож…

— Могу предъявить шляпу, — торопливо сказал Ринсвинд. Сейчас, она где-то тут, в штанах…

— Значит, свинина отравлена? — переспросил Коэн. — Ты уверен?

— Отравлена или нет, но ее полили из черного пузырька с черепом и костями на этикетке. Кроме того, жидкость зловеще дымилась и шипела, — — ответил Ринсвинд, пока Профессор Спасли помогал ему привести себя в порядок. — Ты спросишь: а может, это была анчоусовая эссенция? Так вот, вряд ли.

Стало быть, яд, заключил Коэн. — Терпеть не могу отравителей. Самый мерзкий тип людей. Лазают в твою тарелку грязными руками, подкладывают туда всякую гадость… Он в ярости воззрился на камергера.

— Это ты сделал? Он опять посмотрел на Ринсвинда и ткнул большим пальцем в сторону съежившегося камергера. — Это он сделал? Если это так, я поступлю с ним так же, как в свое время поступил со Змеежрецами Нового Начала. Но на этот раз я использую оба больших пальца!

— Нет, качнул головой Ринсвинд. — Это какой-то тип по имени лорд Хон. Но все они стояли рядом и смотрели.

Лорд-камергер издал приглушенный вопль. Он кинулся на пол и потянулся было губами к ногам Коэна, но вовремя сообразил, что целовать ноги героя-варвара не менее вредно для здоровья, чем есть отравленную свинину.

— Милосердия, о небесное создание! Все мы пешки в руках лорда Хона!

— И что же такого особенного в этом Хоне?

— Он… замечательный человек! — затараторил лорд-камергер. — Слова плохого про него не скажу! Я же не верю, что у него повсюду шпионы! Да здравствует лорд Хон, совершенно искренне желаю ему долгой жизни!

Он рискнул посмотреть наверх и обнаружил прямо у своих глаз кончик меча Коэна.

— Ага, но сейчас ты кого больше боишься? Меня или этого лорда Хона?

— Э… Лорда Хона! Коэн приподнял бровь.

— Впечатляет. Говоришь, его шпионы повсюду?

Он оглядел огромный зал. Взгляд Коэна остановился на очень большой вазе. Небрежно, слов но бы прогуливаясь, он подошел к вазе и поднял крышку.

— Ты там как? Все в порядке?

Э-э… да? послышался голос из глубины вазы.

Тебе всего хватает? Запасной блокнот? Гор шок?

— Э-э… да?

— А не хочешь ли, скажем, галлонов этак шестьдесят кипятка?

— Э-э… нет?

— Ты скорее умрешь, чем предашь лорда Хона?

— Э-э… а можно минутку подумать? Никаких проблем. Чтобы воду нагреть, все

равно время уйдет. Ладно, до встречи. Он вернул крышку на место.

Эй, Одна Большая Мать? позвал он.

— Одна Большая Река, Чингиз, поправил Профессор Спасли.

Стражник с рокотом пробудился к жизни.

— Следи за вазой! Попробует удрать, сделай с ним то, что я некогда сделал с Зеленым Некромантом Ночи, понятно?

— Но, господии, я не знаю, что вы с ним сделали, — пожал плечами стражник.

Коэн объяснил. Одна Большая Река просиял. Из кувшина донеслись звуки, характерные для человека, который с трудом сдерживает рвоту.

Широким шагом Коэн направился обратно к трону.

— Расскажи мне еще о лорде Хоне, велел он.

— Он великий визирь, ответил камергер.

Коэн и Ринсвинд переглянулись.

— Тогда все понятно, — кивнул Ринсвинд. Известный факт, все до одного великие визири…

…Отъявленные и законченные подонки, завершил Коэн. Ума не приложу почему. Стоит надеть на человека тюрбан с колпачком посредине, как все нравственные… эти, как их там, в общем, летят к чертям. С великими визирями я не церемонюсь. Увидел — убил. Кучу времени экономит.

— Он мне сразу, как только я его увидел, показался каким-то скользким, — заметил Ринсвинд. — Слушай, Коэн…

— Для тебя он император Коэн, — вмешался Маздам. — Никогда не доверял волшебникам. Да и вообще, мужикам в платьях я не доверяю.

— Ринсвинд нормальный парень… — начал Коэн.

— Спасибо! — поблагодарил Ринсвинд.

— …А как волшебник не стоит и ломаного гроша.

Между прочим, я только что, спасая тебя, рисковал собственной шкурой. Спасибо на добром слове, — буркнул Ринсвинд. — Слушай, несколько моих друзей сейчас томятся в темнице. Не мот бы ты… Император?

— Типа того, — отозвался Коэн. Временно, — подсказал Маздам.