Граница (СИ) - Авербух Наталья Владимировна - Страница 83

— Заклятые никого не убивают, — вмешалась Ашшас. — Когда очень нужно, это делают наши стражи.

— А мы не связываемся с нежитью, — подхватил Орсег.

— Банда идиотов! — припечатала я. — Неужели нежить вообще невозможно убить?

— Сложно, — уточнил страж. — Они ведь мгновенно восстанавливаются.

— Разве сжечь… — неуверенно предположила какая-то Заклятая.

— Но они собьют пламя, — возразила другая.

— Может, это поможет? — услышали мы низкий голос. Обернувшись, мы увидели Ватру. Торговец был небрит, волосы растрепались, в руке он держал свою хлопушку.

— Негасимое пламя! — воскликнула я, не успев еще осмыслить это эффектное появление.

— Именно, — самодовольно сказал Ватра. — Здесь целый склад моих игрушек. И я как раз сделал новый завоз.

Сирк удивленно вскрикнула и подбежала к нему.

— Что он тут вообще делает? — разозлилась я. — Преступник ходит по оцепленному зданию — и никто не пытается его задержать!

— Он пришел вместе с нами, Госпожа, — вступился Орсег. — Мы подумали, преступники могут пустить в ход негасимое пламя и решили перестраховаться.

— Господин Ватра любезно согласился нам помочь, — добавил Лоскол.

— Тогда прошу прощения, — церемонно проговорила я.

Ватра сделал ответный поклон, будто мы на каком-нибудь приеме в бальных нарядах, а не во взятой базе заговорщиков в городе, кишмя кишевшем нежитью.

— Кстати, а как Тиселе это удалось?

Орсег неохотно ответил:

— Ведьма может призывать нежить туда, где находится… Хотя мы не знали, что у Тиселе хватит на это Силы. Нежить будет лютовать до утра, днем затаится, а ночью опять выйдет на охоту. Их надо либо убить, либо…

— Либо — что?

Вместо него закончила Судья:

— Либо лишить Силы ведьму, которая призвала нежить. Лучше всего — убить.

Я содрогнулась.

— Миледи, — вмешался Лоскол. — Пока вы спорите, дело стоит. Чем опасна нежить?

— Это монстры.

— Они убивают.

— Их невозможно убить.

— Впечатляет, — ехидно прокомментировала я. — Очень емкое описание.

Заклятые синхронно пожали плечами.

— Мы больше не знаем.

— Они все сказали, — снова встрял Орсег. — Нежить — это оживший ночной кошмар, они убивают людей и животных, и от них нет спасения.

— А хлопушки? — настаивал Лоскол.

— Попробуйте, — отмахнулся страж. — Должно помочь.

В холле тут же развернулась кипучая деятельность. Туда стащили все хлопушки, какие нам удалось найти, и королевские воины срочно учились ими пользоваться. Как объяснил Ватра, у человека, не имеющего Силы, хлопушка даст не больше десяти «выстрелов».

— Сколько нежити может быть в городе?

— Около ста монстров, — предположила Судья. — Больше в лесах просто нет.

— Тогда по одной хлопушке каждому хватит? — предположила я.

— А жертвы?

— Какие жертвы? — не поняла я.

— Те люди, которых убьет нежить.

— Они ведь не станут нежитью, правда?!

— Бывает всякое…

— Да, Тиселе хорошо подготовилась к встрече!

— Она была очень умная Заклятая, — тихо сказала Ашшас. — И очень гордая.

Я хмыкнула, но спорить не стала. Гордая, так гордая, какая мне разница?

Хлопушки мгновенно расхватали, но осторожный Лоскол велел провести тренировку, благо хлопушек было ящиков десять. Тут же оказалось: неважно, как ты держишь эту гадость, главное, что ты при этом думаешь. Поэтому воином пришлось спешно учиться концентрации внимания. Ватра злорадно ухмылялся и говорил: его изделия не для средних мозгов.

У Заклятых не возникало проблем с концентрацией, зато были проблемы с иммунитетом, поэтому Ватре пришлось отвлечься от королевского отряда и заняться модификацией своего заклинания. Когда все со всем разобрались, целых хлопушек остался всего один ящик. Каждый воин взял по одной и вышел на улицу, где их строил капитан Лоскол. В холле остались только мы со стражем, Ватра, Ашшас и Судья. В ящике сиротливо лежала одна-единственная хлопушка. Биро Итель выразительно посмотрела на нас с Ашшас, поняла: мы не собираемся оспаривать ее старшинство, и величественно удалилась с последней хлопушкой.

— А мы? — переглянулись мы с Сирк.

Ватра засмеялся, направил руку на металлическую мишень, на которой все тренировались; мишень полыхнула и оплавилась, после чего торговец взял свою девушку под руку и вывел на улицу.

Мы с Орсегом остались вдвоем.

— Могли бы и мне хлопушку оставить, — недовольно пробурчала я.

— И все тебе неймется, Госпожа! Хватит с тебя, навоевалась!

Мне его тон совершенно не понравился. Чует мое сердце, меня ждет очередная нотация.

— Ты все еще сердишься? — робко спросила я.

— А ты как думаешь, Госпожа? — взорвался страж. — Ты меня оскорбляешь, потом говоришь — сделала это нарочно, чтобы иметь возможность умереть без помех, а теперь ждешь похвалы?!

— Если бы не моя идея, мы бы их никогда не нашли!

— Да, только когда мы подоспели, тебя уже допрашивали на полную катушку!

— Но вы же подоспели! — защищалась я. — И вообще, ты обещал простить любой мой поступок!

— Когда я мог сказать такую глупость?!

— А в доме твоей матери. Вспомни… я велела тебе это забыть… но сейчас можешь вспомнить… вспомнить… вспомнить…

Орсег тряхнул головой, выпутываясь из моих чар.

— Ты самая коварная Заклятая, которую я когда-либо видел! Ты уже тогда знала, как поступишь?

— Предполагала. Решила подстраховаться, вдруг понадобится?

— А зачем мне было забывать обещание?

— Иначе не получилось бы сюрприза, — обворожительно улыбнулась я. — Кстати, как ты меня нашел, да еще так быстро? Здесь ведь машина работала.

Теперь пришел черед стража улыбаться. Он осторожно расстегнул ворот моей рубашки.

— Вот, посмотри.

Я подозрительно ощупала ворот. К нему был пришит продырявленный в нескольких местах желудь, который я сорвала в городском парке. Как я его раньше не заметила? Не иначе, заколдовали. Даже понятно, кто.

— Твоя подруга с браслетом подала мне прекрасную мысль, — сообщил Орсег. — Я тайком нашил на твою рубашку желудь с моего дерева — и смог через него слышать все, что ты слышишь и знать, где ты находишься. Неужели ты думала: я отпущу тебя одну неизвестно куда, какой бы предательницей не считал?

— Ах, ты!..

— Договаривай, Госпожа, — предложил Орсег. — Кто я? Гнусный обманщик, который защищает тебя, не спрашивая твоего согласия?

— Прекрати! — обиделась я. — Но ты мог бы сказать.

— Иначе не получилось бы сюрприза.

— Сволочь, — наконец припечатала я. — Это невежливо — лезть в мою личную жизнь.

— Об этом мы уже разговаривали, — усмехнулся Орсег. — Ты знаешь мои мысли о твоей «личной жизни».

— Да уж… — проворчала я, отрывая желудь. — Спасибо за заботу, но больше он мне не понадобится.

— Надеюсь, — страж взял желудь и спрятал его в карман. Не иначе как задумал снова пришпилить его, как только я расслаблюсь! — Ладно, Госпожа. Если мы все обсудили, пойдем на улицу, к остальным?

— Можно подумать, это я нас задерживаю!

Страж благоразумно пропустил мои слова мимо ушей и вывел меня на улицу. Я чувствовала себя почти нормально, хотя действие иммунитета после поломки машины все еще сказывалось, поэтому я не протестовала против того, чтобы страж меня поддерживал. И плевать, как это смотрится со стороны!

На улице было темно. Даже масляные фонари, освещавшие округу, когда я подъезжала к дому, не горели. Отряд королевских воинов стоял в полной боевой готовности. И не двигался. Рядом сбились в кучку Заклятые во главе с Судьей. И тоже не никуда не двигались.

Ватра и Лоскол бегали туда-сюда и отчаянно спорили.

— Что происходит? — изумилась я.

— Свет, — сообщила мне Судья. — Эти твари гасят любой свет, кроме волшебного.

— А Заклятых слишком мало, — добавил Лоскол, — чтобы обеспечить отряд светом.

— А в темноте всех перебьют поодиночке, — догадался Орсег.

— Вот именно.

— И это все проблемы? — не поняла я. — Тогда надо найти городских волшебников и подключить к операции. Свет может вызвать любой маг, сколько я знаю.