Граница (СИ) - Авербух Наталья Владимировна - Страница 73

— Ты так и будешь все дни спать?

— Тебе какое дело? — зло огрызнулась я. Страж дословно повторял мои опасения.

— Да так, — Орсег с независимым видом повернулся к окну, за которым медленно светлело небо. — Хочу знать, когда мы вернемся в мой лес.

— Когда закончим работу здесь!

— Да, Госпожа? — иронично спросил страж. — Тогда почему мне кажется: ты не хочешь работать?

— Я за твои ощущения не отвечаю! — Я с трудом держала глаза открытыми и в упор не понимала, почему страж ко мне прицепился.

— Думаю, ты делаешь все, чтобы подольше остаться в этом городе, — продолжил страж, все так же глядя в окно.

— С чего ты взял? — вяло поинтересовалась я.

— Ты целыми днями только спишь и ничем больше не занимаешься.

Я встряхнулась и решительно повернулась к Орсегу. Похоже, он от меня не отцепится.

— Слушай, чего ты от меня хочешь?

Не успел страж ответить, как я злобно закончила:

— Смерти моей хочешь, да?

— Госпожа! — отшатнулся Орсег.

— То-то. Я устала, неужели нельзя дать мне хоть немного поспать? Оставь меня в покое!

Страж, к моему глубокому огорчению, быстро взял себя в руки и выслушал эту тираду с полным спокойствием.

— Госпожа, я понимаю, ты устала, — мягко произнес он, подходя ко мне. — Но ты не можешь спать целыми днями.

Я подняла на него несчастные глаза и Орсег смешался.

— Ладно, — сдался страж. — Поспи немного, а днем поговорим.

— Тогда брысь отсюда, — буркнула я, уже проваливаясь в сон.

Глава 13

— Госпожа!

— Отстань.

— Госпожа, пора вставать!

— Иди отсюда.

— Госпожа, вставай, день в самом разгаре.

— Это его проблемы.

— Госпожа, ты обещала встать.

— Это ты обещал. То есть ты решил. В общем, иди отсюда, я сплю.

— Ты уже не спишь, а только притворяешься — резонно возразил Орсег. — Из упрямства притворяешься.

Я с трудом оторвала голову от подушки и осоловело уставилась на стража.

— И за какие грехи мои ты такой умный?

— Проснулась? — обрадовался страж.

— Да. И подай умываться.

Страж посмотрел на меня так, будто я сожгла его любимую елку, и выполнил приказ.

— Я думал, — сказал он, протягивая полотенце, — мы еще весной договорились, что ты можешь сама о себе позаботиться.

Я покаянно взглянула на него.

— Прости. Но я не могла глаз разлепить.

— Тогда могла бы попросить, — обижено сообщил страж.

— Ну, прости, пожалуйста! — заканючила я, но была прервана собственным зевком.

— Хорошо, Госпожа, — вздохнул страж.

— Ладно, — хмуро ответила я. — Зачем ты меня разбудил?

Страж скорчил недоумевающую физиономию.

— Ты ничего не собираешься делать по своему заданию? — спросил он.

— Нет, — решительно ответила я. — Ничего. Сейчас иди на почту и получи мои чемоданы, а я посплю.

Орсег укоризненно покачал головой.

— Зачем ты меня обманываешь?

— Я обманываю? Да с чего ты взял? — очень натурально изумилась я.

— Разве я не прав?

— Не прав!

— Врешь.

— Да как ты смеешь, мне говорить такое?

— Смею, Госпожа. Потому что ты меня обманываешь.

— С чего ты взял? — пробурчала я, отворачиваясь.

— Не скажу. Так я прав?

— Чего ты ко мне привязался? Неужели сложно сходить на почту и получить мои вещи? Я тебе и доверенность приготовила, сходи, а?

— А когда вернусь, обнаружу: ты исчезла из своей комнаты.

— Не обнаружишь! — запротестовала я. — А если и отлучусь, неужто сложно подождать? Я быстренько.

— Госпожа, — строго проговорил Орсег. — Выкладывай, что задумала?

— Ничего я не задумала! Мне всего лишь надо одно место посетить.

Страж выразительно поднял брови.

— Мне казалось, ты боишься остаться одна.

— Я… Не важно, сегодня мне твое общество не нужно.

— Почему? — настаивал страж.

Я тяжело вздохнула.

— Тебе обязательно нужно это знать? Не волнуйся, ничего со мной не случится.

— То есть у меня есть причины волноваться? — уточнил страж.

— Послушай, тебе это совсем не нужно знать! Отпусти, я скоро вернусь!

Орсег злорадно усмехнулся.

— А вот этого я никогда не смогу сделать. Я не могу тебя отпустить — ты сама взяла такую клятву. Поэтому ты или никуда не пойдешь, или пойдешь со мной.

Я поняла: страж не отстанет.

— Тебе это не понравится, — предупредила я.

— Это уж предоставь решать самому, — предложил страж.

— Хорошо, — сдалась я. — Тогда вели подать завтрак. И узнай, как там с моей одеждой и башмаками.

Мы позавтракали в полном молчании. Страж все время поглядывал на меня, наверное, ожидая жутких признаний, а я подбирала слова. Когда тарелки были унесены, откладывать разговор дальше стало невозможным.

Я побарабанила пальцами по столу.

— Слушай, ты можешь обещать мне одну вещь?

— И не одну, но какую?

Я скривилась.

— Пока — выслушать меня спокойно и не делать ничего такого, чего я не скажу.

— Ты не очень понятно объясняешь. Но если ты боишься за чью-то жизнь, я могу пообещать тебе ее.

Я облегченно выдохнула.

— Хорошо, тогда слушай.

Только обещание удержало стража на одном месте после того, как я ему рассказала все услышанное от Сирк.

— И ты требуешь пощадить этого… человека?! — Последнее слово страж выплюнул со страшной ненавистью. Я твердо встретила его взгляд.

— Да, предлагаю. И не только предлагаю, но и хочу пойти к нему.

— Зачем? — оскалился страж.

— Торговцы не используют свой товар, Орсег. — Сказав так, я почувствовала, как натянулась невидимая связь между нами. По тому, как страж сначала дернулся со злобной гримасой, а потом расслабился, поняла: он тоже это почувствовал. — Ты злишься, но на твой лес покушался не этот человек, а те, кто купил у него товар.

Надо отдать ему должное, соображал страж неплохо. Когда хотел.

— Ты уверена: они купили негасимый огонь именно у него? — быстро спросил Орсег.

Я пожала плечами.

— Гарантии не дам, конечно. Но вряд ли торговцев негасимым огнем так много. Занятие нелегальное, опасное, рынок сбыта ограничен. Если нам не повезет, может, он выведет нас на других торговцев.

— Тогда идем туда?

Я покачала головой.

— Я иду. А тебе лучше сходить на почту за вещами.

Страж поразился.

— Госпожа, ты в своем уме? Ты собираешься идти в лавку к подпольному торговцу одна?

— Да, а что?

— Это опасно!

— Это моя работа.

— Нет уж. Никуда ты одна не пойдешь, Ашатан.

— Ты же обещал так не делать! — взвизгнула я. Страж смотрел на меня без малейшего раскаяния.

— Ты никуда не пойдешь.

Минуту мы буравили друг друга взглядами. Я сдалась первая.

— Хорошо. Но тогда мы сначала пойдем на почту.

— Зачем? — поразился страж.

— Я не поведу к торговцу негасимым огнем мужчину в зеленой одежде.

— Что-то не так?

— Да ничего особенного, только даже незнакомый с лесными обычаями торговец может догадаться, что ты… немного не человек. Нормальные люди не ходят в зеленом с головы до ног. А этот торговец знаком с Заклятыми, может знать.

Страж раздраженно пожал плечами.

— И причем тут твои чемоданы?

— Я отправила вместе с ними твою одежду — которую мы купили тебе в столице, помнишь?

По лицу стража можно было прочесть «И я сам тащил эту дрянь на почту?!».

— И помни — ты обещал мне жизнь этого человека.

Страж очень удивился, но протестовать не посмел, когда я, перед тем, как выйти из гостиницы, села за стол и настрочила письмо родителям. В конце концов, родители — дело святое. Не меньше он удивился, когда я на почте отправилась не к тому столу, за которым выдавали посылки и письма, отправленные до востребования, а в отдел, заведующий голубиной почтой.

— Госп… Элесит, зачем посылать письмо твоим родителям голубиной почтой? — громко протестовал он, увидев большую очередь, которую нам предстояло выстоять. — Разве они обычного письма не дождутся?