Carpe Jugulum. Хватай за горло! - Пратчетт Терри Дэвид Джон - Страница 70

Его рука резким движением выхватила из кармана некую картонку.

– Отец, опять ты за сво… – Лакримоза застыла, а потом резко закрыла лицо ладонью. – Убери! Убери! Это же Агатский Хлонг Судьбы!

– Вот именно, и представляет он из себя три прямые линии, которые обвиты еще двумя…

– И я бы никогда о нем ничего не знала, если б ты не приставал ко мне со всякими глупостями, старый дурак! – закричала девушка, попятившись от отца.

Граф повернулся к сыну.

– И ты тоже так… – начал он.

Влад отскочил, прикрывая глаза руками.

– Мне больно! – закричал он.

– Ну и ну, вы двое, видимо, давно не практиковались, – удивился граф и стал переворачивать карточку, чтобы самому посмотреть на нее.

Он мгновенно зажмурился и отвернулся.

– Что ты с нами сделал? – закричала Лакримоза. – Ты постоянно тыкал в нас этими дурацкими картинками! Они были раскиданы по всему дому! У каждой религии – свой символ. Ты же сам учил нас, тупой козел! Линии, крестики, круги… – Она бросила взгляд на каменную стену за спиной изумленного брата и вздрогнула. – Куда ни глянь, везде увидишь что-нибудь святое. Ты научил нас разбираться в образах! – прорычала она, оскалившись на отца.

– Скоро рассвет, – взволнованно произнесла графиня. – Нам будет больно?

– Нет! Конечно нет! – воскликнул граф Сорокула, когда все посмотрели на струившийся из высокого окна бледный свет. – Это всего-навсего приобретенная психохроматическая привычка! Предрассудок! Все это происходит только в ваших головах!

– А что еще происходит в наших головах, отец? – холодно осведомился Влад.

Граф двинулся по кругу, не спуская глаз с Лакримозы. Девушка рычала, сжимая и разжимая пальцы.

– Я спросил…

– В наших головах содержится только то, что мы сами туда вложили! – взревел граф. – Я видел разум этой старой ведьмы! Он слаб. Она способна лишь на дешевые трюки. И она не могла проникнуть в нас! Нам что, нечего больше обсудить?

Он оскалился на Лакримозу.

Графиня принялась отчаянно обмахиваться.

– По-моему, мы все немного перевозбудились, – сказала она. – Думаю, нам надо успокоиться и выпить по чашечке… по чашечке… чая… чашечке…

– Мы – вампиры! – закричала Лакримоза.

– Тогда давайте поступать как вампиры! – заорал в ответ граф.

Агнесса открыла глаза, нанесла удар ногами, и мужчина с колом и молотком сразу же потерял всякий интерес к вампирам – вместе с сознанием.

– Вшз… – На этот раз Агнесса достала изо рта фигу. – Вбейте в свои тупые головы, я – не вампир. А это – не лимон. Это – фига. И не спускайте глаз с этого типа с колом. У него явно нездоровый интерес. Думаю, это какой-то психологический комплекс…

– Я бы не позволил ему довести дело до конца, – пробормотал рядом с ней Петр. – Но ты вела себя очень странно, госпожа, а потом и вовсе лишилась сознания. Вот мы и решили, что надо бы проверить, кто именно очнется…

Он выпрямился. Жители Воронау стояли среди деревьев. Мрачные лица освещало мерцающее пламя факелов.

– Все в порядке, она по-прежнему не одна из них, – объявил Петр.

Люди сразу подуспокоились. «А ты действительно изменилась», – сказала Пердита.

– А ты – нет? – огрызнулась Агнесса. Она чувствовала себя так, словно болталась на ниточке, которую дергали невидимые руки.

«Нет. Если ты не забыла, я та, которая наблюдает».

– Что? – переспросил Петр.

– Я действительно надеюсь, что это скоро пройдет, – сказала Агнесса. – У меня ноги заплетаются! И двигаюсь я как-то странно! Все мое тело стало другим!

– Э… Ну что, идем к замку? – предложил Петр.

– Она уже там, – промолвила Агнесса. – Не знаю как, но…

Замолчав, она оглядела обеспокоенные лица людей и вдруг осознала, что думает сейчас именно так, как думала бы матушка Ветровоск.

– Да, – медленно сказала она. – Полагаю… То есть нужно идти туда немедленно. Люди должны сами убивать своих вампиров.

Нянюшка торопливо спускалась по лестнице.

– Я же говорила тебе, там, внизу, матушка Ветровоск. Говорила же! Я знала, она просто выжидает подходящий момент! Ха! Хотела бы я посмотреть на того кровососа, который смог бы одержать над ней верх!

– А вот я не хотейт бы! – с жаром произнес Игорь.

Нянюшка перешагнула через вампира, который в темноте не заметил хитрую ловушку из проволоки, тяжелого груза и кола, и открыла дверь во двор замка.

– Эй, Эсме, приветик!

Матушка Ветровоск сразу оттолкнула Овса и самостоятельно шагнула нянюшке навстречу.

– С девочкой все в порядке? – спросила она.

– Маграт и Эсм… малышка Эсме заперлись в склепе. Там очень крепкая дверь.

– И их охраняйт Охвофток, – добавил Игорь. – Нафтоящий фторожевой пеф.

Матушка, удивленно подняв брови, осмотрела Игоря с головы до ног.

– Не уверена, что знакома с… этими господами, – промолвила она.

– О, это Игорь, – представила нянюшка. – Весьма разночеловечный человек.

– Именно так мне и показалось, – кивнула матушка.

Нянюшка смерила испепеляющим взглядом всемогучего Овса.

– А его ты зачем притащила?

– Не смогла отвязаться, – пожала плечами матушка.

– Лично я всегда прячусь за диваном, – посоветовала нянюшка.

Овес отвернулся.

Откуда-то с крепостной стены донесся крик. Феникс обнаружил очередного вампира.

– Все кончено, осталось только подмести пыль, – сказала нянюшка. – Кстати, не слишком-то они были умными…

– Граф все еще здесь, – констатировала матушка.

– Лично я за то, чтобы спалить этот замок дотла и вернуться домой, – сказала нянюшка. – Вряд ли граф в ближайшее время решит навестить Ланкр…

– Толпа идейт, – сообщил Игорь.

– А я ничего не слышу, – удивилась нянюшка.

– Я имейт хороший уши, – пояснил Игорь.

– Да, понимаю, не у каждого есть возможность выбрать.

Послышался топот множества ног по мосту, и волна людей перекатилась через обломки ворот.

– Кажется, это Агнесса? – удивилась нянюшка.

В обычной ситуации она ни с кем не перепутала бы Агнессу, но сейчас было что-то в ее походке, в каждом шаге, как будто ее башмаки вдруг поссорились с самой землей. А руки, как решительно она ими размахивала…

– Я этого не потерплю! – закричала Агнесса, подходя к матушке. – У меня путаются мысли. Это ведь все твоих рук дело, да? Ну, или не рук…

Матушка коснулась пальцами ран на ее шее.

– Понятно, – сказала она. – Один из них укусил тебя, да?

– Да! И ты почему-то стала разговаривать со мной!

– Не я. Думаю, это говорило то, что проникло в твою кровь, – объяснила матушка. – И кто эти люди? Почему этот мужчина пытается поджечь стену? Он что, не знает, что камни не горят?

– О, это Клод, он иногда бывает слишком уж уперт. Кстати, если он возьмет в руку кол, сразу предупредите меня, хорошо? И все они из Воронау. Это маленький городок неподалеку отсюда… Сорокулы обращались с ними как с… домашними животными. Как пытались обращаться с нами там, в Ланкре! Они превратили Воронау в какую-то ферму!

– Прежде чем уходить, надо разобраться с графом, – сказала матушка. – Иначе он обязательно вернется – тайком или…

– Э… Прошу прощения, – вмешался Овес, который, казалось, размышлял о чем-то своем. – По-моему, кто-то упомянул, что королева заперта в склепе?

– Безопаснее места даже не придумать, – кивнула нянюшка. – Там огромная толстая дверь, и она запирается изнутри…

– Но ведь дома тоже безопасны от вампиров? – спросил Овес. – Как бы?

Матушка резко повернулась к нему.

– Что ты имеешь в виду?

Овес машинально отступил на шаг.

– Ага, я поняла, – сказала нянюшка. – Все в порядке, мы не настолько глупы. Она откроет дверь только нам…

– Я имел в виду: разве дверь остановит вампиров?

– Это ведь дверь.

– Ну и что, что дверь… Они же умеют принимать иные обличья. Допустим, превращаться в туман… – Под испытующими взглядами ведьм Овес поежился. – По-моему, умеют. И по-моему, это известно всякому, кто хоть немного разбирается в вампирах…