Мистерия (СИ) - Мелан Вероника - Страница 68

— Ты как, лучше?

Дрейк стоял у кровати. Свет прикроватной лампы уже не резал глаза, и Баал мог различить его обеспокоенное лицо; зрение потихоньку приходило в норму, позволяло фокусироваться.

— Лучше. — Прохрипел он. — Уже вижу, слышу, голова болит меньше.

— Оклемаешься.

— Да, еще чуть-чуть, и встану.

— Ну, с этим ты не торопись — рано.

Регносцирос поморщился.

— Все равно уже хочется двигаться, мышцы затекают.

— Успеешь еще находиться. Отдыхай. Слушай, я знаю, что ты еще не восстановился, и от того, о чем собираюсь тебя попросить, — Начальник сконфуженно умолк, — чувствую себя почти сволочью, но обратиться мне с этим больше не к кому.

— Говори. — Благодушно разрешил Баал. — Если смогу, помогу.

— Да, хотел еще спросить, как наш друг? Приходит хоть изредка в себя? Мне докладывают, что приходит.

— Канн-то? Приходит, да, но пока не шевелится и не разговаривает. Изредка открывает глаза, мычит, но потом снова теряет сознание… Больно ему.

— Да, я знаю. Но он выправится.

— Я тоже так думаю. Хочу думать. — В палате повисло тягостное молчание. Ни один из них не знал наверняка, выкарабкается ли покалеченный стратег, но зачем толочь воду в ступе и множить сомнения? — Так о чем ты хотел попросить?

Дрейк втянул воздух и выпустил его наружу с тяжелым вздохом.

— Ты, если можешь, посмотри, нет ли Стива в Нижнем мире?

— Среди мертвых? Думаешь, он уже… все?

— Я не знаю. Но сигнала нет, время идет.

— Хорошо. Я посмотрю, если смогу. Подожди…

— Можешь попозже.

— Нет. Подожди.

И в палате снова стало тихо: тяжелое затрудненное дыхание с соседней кровати, фиксирующий сердечный ритм прибор с монотонным пикающим звуком, равномерное и едва уловимое гудение электроники.

Замерший Дрейк ждал ответа и почти не дышал. Какими будут новости — плохими, хорошими? Только бы не приговор… Один лишь Баал — человек-полудемон — был способен отследить перемещения энергии в Нижний Мир, и больше никто.

— Видишь что-нибудь?

Создатель, Начальник Комиссии в жизни не проявлял нетерпеливости, но тут не смог удержаться.

— Вижу. — Прохрипели с кровати. — Нет его там.

Замерший на середине вдох.

— Точно?

— Точно.

И громадное, столкнувшее с души валун облегчение.

— Где бы он ни находился, — в Коридоре или где еще, — он точно жив.

— Хвала Всевышнему, — прошептал стоящий у кровати человек и воздал небу мысленную благодарность. — Значит, ждем его. Ждем.

— Угу. Ждем. Не такой простак наш доктор, раз почти прижился там…

— Типун тебе.

— Сам знаю. Выйдет он наружу, вот увидишь. Так мне чутье подсказывает — выйдет.

— Если ты окажешься прав, куплю тебе… что ты там хотел больше всего?

— Лучше конечности мне новые купи — эти сильно затекли.

— Конечно, твои «оттекут». А про «бонус» подумай, пусть эта мысль придает тебе сил.

— Я подумаю. — Бледный черноволосый мужчина улыбнулся и на мгновенье стал почти прежним собой — уверенным и заносчивым Регносциросом. — Чего-нибудь хорошего напридумываю, будь уверен.

— А я уверен. Иначе бы не стал обещать.

Как только Начальник, лицо которого просветлело после хороших новостей, покинул пропахшую медикаментами палату, Баал повернул лицо к соседу и поморщился.

— Эй ты, увалень? Долго будешь лежать без движения? Давай уже, возвращайся ко мне, я не для того тебя из поганой дыры вытаскивал, чтобы ты потом мирно кони бросил. Кому мне свою историю рассказывать? А я, между прочим, ее еще не закончил. Ты помнишь об этом? Забыл? Вот то-то же.

Финляндия.

— Как думаешь, Элли она понравится?

Рен осторожно крутил в пальцах ажурную, украшенную россыпью бриллиантов бабочку. Дина, которая все это время «подвисала» у витрины с дизайнерскими кольцами, подошла, взглянула на брошь и улыбнулась.

— Ты спрашиваешь это у того, кому здесь нравится абсолютно все? Мы же женщины, нам нравится все, что блестит.

— Ну, понравится?

— Конечно, понравится. Даже не сомневайся.

— Просто это наша годовщина, хотелось бы подарить что-то особенное.

— Считай, что ты это «особенное» уже нашел.

Бабочка выглядела искусным воплощением стиля, дороговизны и чьего-то несомненного ювелирного таланта: тридцать два граненных алмаза, белое золото, в центре крыльев огромные овальные сапфиры. Вещь, на которую Бернарда в «старой» жизни не позволила бы себе даже посмотреть, а теперь не просто смотрела — восхищалась с легкостью человека, способного купить дюжину подобных. Пусть не на собственную зарплату, а с помощью «бездонной», выданной на общие нужды кредитки Дрейка, но все-таки.

О походе в салон дорогих украшений Декстер начал «поднывать» уже с обеда. Пришлось пошерстить сайты, отыскать поблизости лучший — благо, на страничке нашлись фото не только внутренних помещений, но и украшенного витиеватой вывеской входа, куда Дина и доставила Рена. И теперь тот ходил между идеально освещенными стендами и придирчиво приглядывался к золоту. Вокруг все блестело, переливалось, сверкало и манило взгляд. Повезло Элли, ничего не скажешь. Этим вечером она получит шикарный подарок от любящего мужчины; сердце с нежностью затрепетало, вспомнился Дрейк.

— Да, купим бабочку, она мне нравится.

Дорогой подарок упаковали в серебристую бархатную коробочку, перевязали лентой и положили в пакет.

— Куда теперь? — Поинтересовалась Бернарда, философски глядя из окна на уютную финскую улочку, названия которой она не знала. Да чего там, она не знала даже названия этого города, но улочка выглядела красиво: светло-бежевые дома с лепными фронтонами — нижний этаж пожелтее, верхний посветлее, под каждым окном горшок с бледно-розовыми гортензиями, мощеная неровными булыжниками мостовая, отражающаяся в окне напротив черная с золотым вывеска. Красиво, но букв не прочесть — сложный и незнакомый шрифт, — но витрина шикарная — хотелось внутрь.

— В магазин. Я бы хотел купить бутылку хорошего вина, цветов, дорогих конфет, фруктов, сыра, корзинку и скатерть для пикника, который хочу устроить на берегу. И надо бы нам успеть до того, как начнет темнеть, а то на озере становится прохладно.

Представив список мест, в который нужно попасть, причем без фотографии, а с бухты-барахты, Ди озадаченно нахмурилась.

— Ладно, попробуем. Но Халк — и ты будешь за это в ответе — сегодня в табачный магазин не попадет.

— И ладно. У него с собой еще много сигар, перетерпит до завтра. Ему просто любопытно взглянуть на местный ассортимент.

«Чудики вы, ей-богу», — подумала Дина, а вслух спросила:

— Так что у нас на очереди первое?

— Цветы? Конфеты? — Декстер задумался. — Корзинка?

— Понятно. В общем, как всегда, решать мне — ничего нового.

И усмехнулась, когда рука Рена дружески потрепала ее по макушке.

Логан ночь любил.

Ночью звуки стихали, жизнь замирала, засыпала, свет гас, и наступало «личное» время — время работы или же праздного удовольствия и безделья. Спал он мало — недоумевал, как можно много времени тратить на сон, тогда как жизнь продолжается и в темное время суток, — и потому нередко засиживался за компьютером до предрассветного часа.

Но сейчас, когда закат еще не наступил, звуки не стихли, а свет не погас, он сидел вместе с остальными в гостиной: общался, пил лимонад, поглядывал в телевизор и вполуха слушал задаваемые Ани вопросы — та с помощью браслета-переводчика пыталась отгадывать местный кроссворд, и, конечно же, проваливалась на каждом задании. Имена актеров неизвестные, названия мест незнакомые, пословицы странные, загадки мутные…

Логан ухмылялся в кулак и думал о том, что варить кофе, к которому он незаметно пристрастился, у нее получается много лучше, чем отгадывать местные ребусы. А еще он думал о девице под ником «ShyGirl», с которой вот уже вторую ночь переписывался, пытаясь заполучить ее настоящее фото. Нет, на самом деле фото (и не одно, а целую папку с ее личного компьютера) он слил уже через полчаса после знакомства и теперь наслаждался использованием психологических приемов, дабы заставить-таки скромную девушку показать настоящее, а не чье-то подставное, как то было сейчас в ее анкете на сайте, личико.