Неприкаянные души (ЛП) - Беннет Джен - Страница 50

Ее внимание привлекли тихие голоса где-то вдалеке.

Напротив ванной находилась другая дверь. Аида пошла на звуки и заглянула за нее. Похоже, комната для гостей. Кровать на четырех столбиках в дальней части комнаты была незастелена и без подушек. Значит, ею не пользовались, а теперь там валялась груда одежды.

Аида осмотрелась.

На комоде выстроились новые коробочки дорогой косметики, шампуни, электрическая плойка и фен. Такой роскоши Аида себе позволить не могла. Рядом стоял деревянный квадратный открытый чемодан. В одной половине – вешалки, а в другой – шесть отделений. Таким пользовались голливудские звезды, путешествуя по миру. Возле него высилась груда коробок с обувью. Из-под смятой бумаги виднелись коричневая и черная кожа. Несколько вечерних платьев со стеклярусом и блестками висело в открытом шкафу. Повседневная верхняя одежда, шляпки, сумочки валялись на постели, а на столе лежали открытые коробочки с драгоценностями, сверкающими в солнечном свете.

Симпатичная молодая служанка вместе с Астрид и портнихой Бенитой раскладывали все по местам. Похоже, девушки решили открыть магазин. Светленькая Астрид повернулась. При виде Аиды у нее загорелись глаза.

– О, вы проснулись – прекрасно! Как себя чувствуете?

– Бывало и лучше, – призналась Аида.

– Ох, я так вам сочувствую. Бо сказал, что проводка в старых домах вечно загорается.

– А…

– Вам повезло, что удалось выбраться. Но с другой стороны, вы получите все новенькое! – Астрид восторженно раскинула руки, показывая свою работу.

Аида закашлялась, и сестра Уинтера похлопала ее по спине.

– Вы в порядке? Может, воды? – Мисс Магнуссон что-то приказала по-шведски служанке, и та бросилась вон из комнаты. – Она принесет завтрак и сок. Бьюсь об заклад, вы умираете с голоду.

– Я…

– В общем, разве это не замечательно? Я вам так завидую. Я сказала Бо, что подожгу свою комнату, чтобы закупить себе новый гардероб. Но Уинтер пригрозил, что если я такое устрою, то прохожу в мешке для картошки до самого окончания учебы. Посмотрите, что я вам выбрала. Некоторая одежда может быть не по размеру, но Бенита обязательно все подгонит.

– Астрид, – взмолилась Аида, чувствуя легкую тошноту. – Я не могу себе это позволить.

– Не волнуйтесь, мы с Бенитой сохранили счета, – ответила Астрид, поднимая небольшой гроссбух. – Уинтер говорил, что вы пожелаете вернуть деньги, когда сможете. Тут все записано.

Аида смотрела на пункты списка, чувствуя, как растет тревога с каждой цифрой, написанной витиеватым женским почерком в конце каждой страницы, пока не дошла до последней записи с общей суммой в четыреста пятьдесят восемь долларов.

У нее челюсть отпала от удивления.

– На эти деньги можно купить машину… мои накопления составляли… – Примерно половину. Придется годами экономить. – Это безумие. Это…

Астрид улыбнулась, показав ямочки:

– Ну теперь будете знать, как связываться с членом семейства Магнуссон.

– Гуд миддаг [35]. – В комнату зашла экономка Уинтера в строгом повседневном костюме. – Держите.

Аида взяла объемный конверт:

– Что это?

– Билеты в первый класс, – нараспев ответила Грета. – Поезд уходит в тот же день, что и раньше ближе к полудню. Железнодорожная компания любезно прислала замену сгоревшему в пожаре билету. Вы должны Уинтеру только разницу в цене, а так вам будет удобнее спать. Он настаивал.

Боже правый! Аида в жизни не путешествовала первым классом. И Грета все устроила? Вероятно, кляла ее на чем свет стоит всю дорогу до станции.

Аида была ошеломлена. Прошлой ночью Уинтер накричал на нее, взбесился из-за отъезда в Новый Орлеан, а теперь почти что выпроваживает.

– Я немного не в себе, – призналась она, держа в руках билет.

– Йа [36], могу себе представить. Но подумайте, что вы потеряли только материальные вещи, которые легко заменить, а теперь пробудете в удобном безопасном месте до отъезда.

– Похоже, вы правы. А где Уинтер?

– Выслеживает негодяев, навредивших вам.

У Аиды сердце ушло в пятки.

– Довольно, давайте повеселимся. Ширма в углу, – задорно воскликнула Астрид.

– Да, конечно, – ответила Грета, складывая руки под грудью. – Астрид сейчас покажет, на что способна легкомысленная девчонка с неограниченным кредитным счетом.

Уинтер стоял в коридоре, глядя на выгоревшую дыру, где прежде была дверь в квартиру Аиды. Ничего не осталось: одежда и багаж обуглились, ее сбережения в тайнике обратились в пепел, а кулон расплавился на комоде.

– Очень мило с твоей стороны оплатить ремонт, – заметила Велма, осматриваясь рядом с ним.

Как владельцы смогут избавиться от резкой вони горелого, Уинтер не представлял.

– Аида и Бо симпатизируют хозяевам. Ты можешь что-то сделать?

Велма долго смотрела на плачевное состояние помещения, само спокойствие в элегантном светло-зеленом пальто. Глаза скрывала такого же цвета шляпка.

– Чего ты хочешь?

– Можешь сотворить выслеживающие чары?

– И привести тебя к поджигателям? – Она покачала головой. – Не думаю, что я настолько хороша. Проще найти их по уликам.

– На улице видели грузовик и двоих мужчин. Один свидетель уверял, что они были китайцами, а другой – что белыми. И никто не может определить марку грузовика.

– Иными словами, зацепок нет.

– Нет, и я уже поговорил с полицейскими. У них тоже ничего. Разве ты не можешь попробовать что-нибудь?

Велма потянула манжеты кремовых перчаток, чтобы те плотнее сели на руки.

– Я не знаю чар, которые бы выследили злоумышленников и вернулись со сведениями, касающимися их места положения. Однако в моих силах зажечь здесь фитиль, который будет гореть, пока их не найдет.

– Что это значит?

– Я смогу наложить на них проклятье. Но, прежде чем соглашаться, выслушай. С таким не шутят. Проклятье потом возвращает все сторицей тому, кто его наслал. Око за око. И когда я его запущу, чары уже не остановишь. Возможно, эти незнакомцы погибнут и, честно говоря, я не хочу, чтобы их смерть была на моей совести.

– Ладно, моя совесть с удовольствием возьмет на себя ответственность.

– Все не так просто, – ответила колдунья, проницательно глядя на бутлегера. – Проклятья создают новые разлады. Если дело связано с тем тайным тонгом, о котором ты рассказывал, и у них есть сильный чародей, он может устроить неприятности. Ты запустишь то, что не остановится, пока кто-то не пострадает или не умрет. Поэтому, если я сотворю заклятье, либо на тебя, либо на Аиду ляжет долг крови. Что бы я ни послала в мир, оно вернется и навредит одному из вас. Ты понимаешь?

Вообще-то не совсем, но если это проклятье вызовет войну, то враг хотя бы выползет из укрытия. Уинтеру уже надоело бороться вслепую.

– Я беру на себя полную ответственность, а не Аида. Она всего лишь свидетель, вся вина должна пасть на мои плечи.

Велма кивнула:

– Да будет так. Мне надо собрать немного пепла.

Почти весь день Аида примеряла и снимала одежду, а еще в полдень беззастенчиво слопала завтрак, состоящий из тостов-треугольников с масляным омлетом с укропом и копченым лососем. Астрид гордо заявила, что рыба – продукт предприятия Магнуссонов. А запила гостья снедь апельсиновым соком и крепким кофе.

Когда все новые вещи были распределены по разным кучкам – «оставить», «вернуть» и «подогнать», – Аида надела повседневное красно-коричневое платье. Астрид показала ей дом: кучу комнат, доверху заполненных предметами искусства из экзотических стран, включая гостиную, названную «Покои шейха», интерьер которой напоминал сказки «Тысячи и одной ночи».

Медиум познакомилась со слугами Уинтера, по большей части шведами: тремя горничными, прачкой, которая, как потом выяснилось, была матерью Бениты, разнорабочим и уже встречавшимся ей шофером Йонте. Управляла ими всеми Грета. Аида заинтриговала домочадцев Уинтера. Некоторые почти не говорили по-английски, и, к ее изумлению, Астрид с легкостью переходила с одного языка на другой.