Неприкаянные души (ЛП) - Беннет Джен - Страница 22

Аида рассмеялась, и Уинтер улыбнулся в ответ. Ее сердце затрепетало.

– Я провожу процедуру здесь, – пояснил Йип, указывая на длинную деревянную скамейку и кресло в глубине лавки.

– Иголка намного меньше, чем, ну не знаю, скажем, мой скальпель, – улыбаясь, продолжала Аида.

Уинтер театрально вздохнул и положил деньги на прилавок:

– Повержен хрупкой женщиной.

– Превосходно! Пожалуйте сюда, – пригласил Йип.

Травник по пути расспросил Уинтера о травме, передвинул резную деревянную ширму, наказал пациенту снять рубашку, а сам исчез в подсобке.

Аида посмотрела на Уинтера и вспомнила сцену в ванной Велмы. Ну а чего она ожидала? Доктор же не станет втыкать иголки через рукава рубашки. Похоже, ей сегодня повезло. Она плюхнулась в стоящее рядом кресло и попыталась вести себя непринужденно.

Уинтер положил фетровую шляпу на скамью, снял пальто и повернулся к спутнице:

– Подержите, пожалуйста.

Аида взяла тяжелую одежду и аккуратно сложила на коленях.

– И это.

Бутлегер стоял совсем близко, возвышаясь над ней и протягивая пиджак. Медиум и его сложила на пальто, поглядывая на пистолет на груди спутника. Расстегнув перевязь, Уинтер снял ремень через здоровое плечо и, отдавая тяжелую кожаную кобуру Аиде, заверил:

– Он сам не выстрелит.

Та поморщилась, но пополнила горку вещей на своих коленях.

Бутлегер продолжил раздеваться, пока не остался лишь в узких брюках, болтающихся на бедрах подтяжках и майке без рукавов, которая обтягивала все мышцы его широкой груди и обнажала голые и крепкие, словно стволы деревьев, руки. Аида взглянула на рану:

– Боже правый, Уинтер!

Левое плечо почти сплошь окрасилось в черный и фиолетовый цвет. Ей еще не доводилось видеть такого ужасного синяка.

Уинтер опустил голову и взглянул на плечо:

– Все не так плохо, как выглядит.

Йип выкатил из подсобки металлическую тележку и остановился, чтобы осмотреть пациента:

– О! Очень неприятно. Ну ничего, я помогу вам. Присаживайтесь.

На тележке травника на белом полотне веером лежали тоненькие иголки.

– Новейший вид, из нержавеющей стали. Острые и чистые.

Уинтер с опаской покосился на иглы:

– Именно острота меня и беспокоит.

– Ничего, вам понравится. Боль причиняют тупые иглы. Не двигайтесь. – Йип осторожно осмотрел повреждение, ощупал кожу вокруг и расспросил о подвижности плечевого сустава. Травник поворачивал руку пациента, пока тот не застонал от боли. Казалось, Йип остался доволен: – Повреждение связок. Синяк ужасный на вид, но поверхностный. Я вам помогу, расслабьтесь.

Уинтер позеленел. Раздвинув ноги, он наклонился, опершись здоровой рукой на колено, а доктор с помощью металлической трубочки поднес иголку к плечу и стукнул по ней пальцем. Уинтер зажмурился, Аида поежилась. Игла закачалась, гордо торча из Уинтера, как дротик для игры в «дартс».

– И это все?

– Да, все, – подтвердил Йип.

Уинтер улыбнулся Аиде:

– Совсем не больно.

Секунд тридцать спустя еще пять иголок торчали из его руки, как иглы дикобраза. Уинтер застонал.

– Чувствуете сонливость?

– Вы ведь не вымочили иголки в яде?

Йип рассмеялся:

– Вы чувствуете поток вашей «ци». Естественная энергия. Когда она заблокирована, вам больно. Я открыл канал вашей энергии. Просто расслабьтесь и наслаждайтесь какое-то время.

Зазвонил телефон. Доктор извинился, зашел за прилавок, чтобы ответить, и принялся что-то тараторить в трубку по-кантонски.

Из медной миски рядом с Аидой исходил запах жженого сандалового дерева из множества ароматических палочек.

– Твоя рука сейчас выглядит точно также, – заметила она, указывая на стойку с фимиамом.

– Я будто… опьянел, – проговорил Уинтер, закрывая глаза.

– В хорошем смысле?

– В очень хорошем.

У входа зазвенели колокольчики.

– Только не потеряй сознание. Я вряд ли смогу донести тебя до такси.

– М-м. – Магнуссон сделал несколько вдохов через нос и прошептал: – Думаешь, этот тип – тот, кто нам нужен? Черная Звезда?

– Надеюсь. Хотя интересно: раз он такой известный предсказатель, почему же Бо не смог ничего выяснить? Мне кажется…

– Аида.

– …если он работает в одном из храмов…

– Аида, – резко перебил Уинтер.

– Что?

– Живо прячься у меня за спиной, – натянуто приказал он, глядя куда-то позади нее.

Аида хотела спросить «зачем» и было повернулась посмотреть, что же привлекло внимание бутлегера, как вдруг кто-то схватил ее за плечи и резко потянул назад. Одежда Уинтера упала на пол. Медиум ударилась лодыжками о перекладины кресла, которое мужчина выбил из-под нее ногой. Незнакомец прижал пленницу спиной к своей груди.

Все произошло молниеносно.

Уинтер с рыком бросился на нападавшего, но рядом с Аидой возник другой мужчина – уже с пушкой – и резко приказал:

– А ну сидеть!

Уинтер поднял руки в знак поражения и сел. Доктор Йип, пошатываясь, пробрался мимо пленницы и тоже вытянул руки вверх.

Аида попыталась вырваться, царапая руку, держащую ее за плечи. Хватка нападавшего усилилась до боли. Пленница стала задыхаться и впилась ногтями в его кожу. Незнакомец резко наклонил ее голову набок и тихо проворчал что-то по-кантонски ей на ухо. Захватчик оказался не слабак; судя по ощущениям, не такой высокий, как Уинтер, но довольно крепкий. Изумление и смятение Аиды сменились паникой.

Уинтер, едва сдерживаясь, обратился к тому, что стоял рядом с Аидой:

– Вы только что совершили величайшую ошибку в своей жизни.

– Нет, ошибку совершил ты, Магнуссон. Это территория Джу.

– И Джу прислал вас сюда?

– До Джу дошли слухи, что Бо Йонг ошивается в округе, задает вопросы. А теперь и вы сюда заявились? Джу не обрадуется, когда узнает, что мы вас тут нашли. Совсем не обрадуется. Похоже, ты решил, что раз твой папаша в могиле, то можно наложить лапы на промысел тонга. – Мужчина в помятом черном костюме и криво нахлобученном котелке приблизился к Уинтеру. Ухо китайца было изуродовано: внутренняя часть выдавалась вперед и окружала верхнюю раковину. Старая травма. – Что вы забыли на территории Джу?

– Не твое собачье дело.

– Чего Бо разнюхивает?

– Отзови своего пса и отпусти ее. Тогда и поговорим.

Главный из парочки сказал что-то по-кантонски, и держащий Аиду головорез расхохотался и сжал толстыми пальцами ее грудь. Пленница попыталась вырваться:

– Убери от меня свои лапы!

Уинтер вскочил:

– Ты грязный чертов боров…

Мужик с изуродованным ухом прижал ствол пистолета ко лбу бутлегера, одновременно вдавив одну из иголок в раненое плечо. У Уинтера на глазах выступили слезы, и он выкрикнул нечленораздельные ругательства.

– Только не пролейте кровь! Это святое место! – выкрикнул доктор Йип.

Подручный Джу не обратил внимания на травника.

– Сядь, – приказал он Уинтеру, которому пришлось послушаться.

Паника Аиды переросла в гнев. Можно и дальше стоять и смотреть, как Уинтера мучают – а то и убьют, – а можно как-то ему помочь.

Мозг лихорадочно заработал: руки ниже локтей свободны. Китаец потерял бдительность, глядя, как его приятель издевается на Уинтером. Доктор Йип прижался к дальней стене и тихонько разговаривал сам с собой. Возможно, молился духам. Было бы чертовски неплохо, если б они его услышали.

Аиду затошнило от сильного запаха сандалового дерева. Она раздраженно опустила глаза: рядом стояла миска с фимиамом, и кончики ароматических палочек сияли оранжевым цветом.

Идея.

Аида поспешно сгребла несколько штук в охапку, почувствовала усилившуюся хватку, но нападавший поздно спохватился: пленница со всей силы ударила импровизированным оружием назад через плечо, надеясь, что попала ему в лицо.

Глава 11

Палочки вонзились в плоть, а крик бандита оглушил Аиду.

Она, спотыкаясь, рванулась прочь.

Отвлекшись на крик напарника, главарь с изуродованным ухом на секунду потерял бдительность. Уинтер подскочил со скамейки и двумя выверенными движениями выхватил пушку у нападавшего и заехал кулаком тому прямо в лицо. Грубая сила и большой опыт – Аида в жизни не видела, чтобы подобный удар наносился так четко. Послышался жуткий треск, словно бита вмазала по мячу. Китаец отлетел и рухнул на пол.