Их послал на смерть Жуков? Гибель армии генерала Ефремова - Мельников Владимир Михайлович - Страница 140

Во втором эшелоне должна была действовать 113-я стрелковая дивизия, которая одновременно являлась арьергардом западной группировки войск. Ее задача на первом этапе заключалась в том, чтобы сдержать натиск противника в районе Федотково, Семешково, Лутное, Красное и дать возможность оторваться основной группе. Выполнив эту задачу, дивизия должна была под прикрытием выделенных ею подразделений отойти в указанном направлении по маршруту 160-й СД.

Ефремов обратил внимание присутствующих на то, что обстановка совсем не благоприятствует выполнению поставленной в директиве фронта задаче и указанные сроки выхода из окружения могут быть подкорректированы. В первую очередь это было связано с тем, что 1288-й СП и штаб 113-й СД до сих пор находились в кольце врага западнее Дмитровки. Дело было даже не в том, что малочисленный 1292-й СП 113-й СД был не в состоянии выполнить роль арьергарда, а в том, что никто и не подумал бы бросить товарищей в беде. Генерал Ефремов мог начать прорыв из окружения только после того, как все части окруженной группировки смогли бы отойти в район Шпыревского леса.

Но была еще одна причина тому, что уж очень неспокойно было на душе у командарма накануне прорыва. Генерал Ефремов не стал заострять на этом внимания в ходе проводимого совещания, но сам он все больше переживал за судьбу более двух тысяч раненых, скопившихся к этому времени в полевых лазаретах. Западная группировка войск была буквально связана по рукам и ногам этим обстоятельством.

Получив днем телеграмму начальника тыла Западного фронта генерал-майора Виноградова, в которой тот просил доложить положение дел с ранеными, Михаил Григорьевич отправил в его адрес шифротелеграмму следующего содержания:

«Тов. ВИНОГРАДОВУ

Если Вы не сделали ничего в отношении раненых тогда, когда была полная возможность для этого, то есть всех эвакуировать, теперь же этого сделать невозможно. Вы довели до невозможного состояния – всюду здесь танки врага рыскают и погода плохая.

Дер. НАУМЕНКИ. М. ЕФРЕМОВ»[397].

По воспоминаниям бывшего командира партизанского отряда «Народный мститель» батальонного комиссара

В.И. Ляпина, также принимавшего участие в этом совещании, генерал М.Г. Ефремов в самом конце попросил его подобрать надежного проводника, хорошо знавшего лес в окрестностях близлежащих населенных пунктов. Василий Иванович назвал председателя колхоза из деревни Лытнево Сорокина Якова Алексеевича. Он и стал главным проводником колонны, в составе которой должна была выдвигаться оперативная группа штаба армии во главе с командармом.

Однако события, происшедшие 12 апреля, существенно изменили первоначальные планы.

110-я и 222-я СД занимали прежний рубеж обороны, совершенствуя его в инженерном отношении. Противник, периодически ведя артиллерийский и минометный огонь по боевым порядкам частей, в ночное время стал мелкими группами подразделений пытаться проникать в районы, занятые нашими частями.

Авиация армии в течение 11 апреля вновь боевой работы не вела, из-за не пригодности для взлета аэродрома Купелицы.

Из оперативной сводки № 202 к 20.00 11.04.42 г. штаба Западного фронта:

«Части западной группировки армии в течение суток

10.04 и с утра 11.04 вели напряженный бой с противником, продолжающим сжимать кольцо окружения пехотой и танками.

К 23.00 10.04 противник, наступая с севера из района МАНУЛИНО, овладел ТЯКИНО, КОЛОТОВКА, ЖУЛИНО, НОВ. ЖУЛИНО, ЖЕЛТОВКА, НЕОНИЛОВО, ДМИТРОВКА. К 10.00 11.04, перейдя р. УГРА в районе ДМИТРОВКА, овладел ФЕДУРНЕВО. К тому же времени противник, наступавший с юга, овладел АЛЕКСАНДРОВКА, ГАТИШИНО, ХМЕЛЬНИКИ.

К 10.00 основные силы западной группировки, отойдя за р. УГРА и организуя оборону по вост. берегу реки, вели напряженный бой с противником, удерживая район КУЗНЕЦОВКА, лес вост. ФЕДУРНЕВО, МОЛОДЕНЫ, КОРОСТЕЛИ, ВЫСОКОЕ, лес сев. ЩЕЛОКИ, ЖОЛОБОВО, отм. 201,8, лес. вост. ШПЫРЕВО, ФЕДОТКОВО, МЕДВЕДЕВО, НИКИТИНКИ (в промежутке двух рукавов р. УГРА).

Части 16 °CД, действуя в отрыве от основных сил группировки, вели упорный бой с противником в районе лес южн. ПЕСКОВА, дорога ПЕСКОВА – БУСЛАВА.

1288 СП 113 СД, отрезанный от остальных частей дивизии, в 23.00 10.04 вел бой в районе СТУКОЛОВО, ГОРБЫ, лес южн. ЛОМОВКА, имея задачей ударом на восток прорваться из окружения и выйти на соединение со своими частями. Дальнейшие действия этого полка и положение его и частей 16 °CД уточняются.

В бою 10.04 в районе ДМИТРОВКА, ДРОЖЖИНО подбито два танка, в АЛЕКСАНДРОВКА – три танка противника»[398].

Сведения, указанные в оперативной сводке штаба фронта, в значительной степени не соответствовали обстановке. Данные были устаревшими, местами отставая почти на сутки. Сводка, составленная по состоянию на 20 часов 11 апреля, давала данные о положении войск на 23 часа 10 апреля, в лучшем случае на 10 часов утра 11 апреля.

Не отсюда ли принятие штабом решений, не соответствовавших сложившейся обстановке?

Весь день в район Шпырево сосредотачивались обозы медицинских батальонов дивизий, которые до этого были разбросаны в разных местах. Начальник отдела укомплектования, устройства и службы войск армии полковник Самсонов, назначенный приказом командарма исполняющим обязанности начальника тыла западной группировки, планировал разобраться с положением дел, сложившимся среди раненых, и организовать работу по подготовке к выходу из окружения. К вечеру скопилось столько подвод, что пришлось срочно выделять дополнительное место для их сосредоточения. Обозы с ранеными представляли весьма жалкое зрелище. При них было немало бойцов, которые не были обременены никакими обязанностями.

Полковник Самсонов до глубокой ночи собирал списки раненых и больных, уточнял построение колонны, которая, по самым скромным расчетам, должна была насчитывать около 200 подвод. Вместе с ранеными и больными, а также обслуживающим персоналом и охраной ее численность составляла около 2650 человек.

12 апреля 1942 года

Всю ночь части и отдельные подразделения западной группировки вели бой с противником, пытаясь улучшить свое положение, с тем чтобы создать условия для выполнения задачи, поставленной командующим армией на период подготовки к прорыву. С рассветом бой разгорелся с новой силой. Противник всеми силами стремился как можно сильнее сдавить занимаемый соединениями окруженной группировки район, с тем чтобы лишить их свободы маневра и как можно сильнее расширить коридор, отделявший западную группировку 33-й армии от соединений 43-й армии, которые продолжали вести наступление с целью деблокирования окруженных.

Полки 160-й СД, прорвавшиеся накануне через дорогу Буслава – Песково и соединившиеся с главными силами дивизии, отдельными подразделениями вели бой с пехотой противника в лесу севернее Буслава. Часть подразделений к исходу дня сосредоточилась в районе высоты с отм. 201,8, который был определен дивизии как исходный район сосредоточения дивизии перед прорывом. Штаб дивизии по-прежнему находился в Шпыреве, куда рано утром прибыла оперативная группа штаба во главе с генералом Ефремовым.

Весь день вела бой с противником 338-я СД. После оставления накануне Коростели в руках частей дивизии теперь оставалось только два населенных пункта: Красное и Высокое. Особенно тяжелый бой шел в первой половине дня за Красное, где бойцы 1138-го СП отразили несколько атак вражеской пехоты численностью до 300 человек. Весь день дивизия удерживала за собой оба этих населенных пункта. С наступлением темноты, оставив небольшие отряды прикрытия, малочисленные остатки частей 338-й СД начали отход в направлении Жолобово, где после уточнения решения командармом ей был определен исходный район для прорыва.

Большую помощь оказала окруженным частям авиация армии и фронта, которые в течение дня нанесли несколько бомбовых ударов по врагу. Это в значительной степени способствовало снижению активности действий его пехоты и позволило частям окруженной группировки организованно отойти в указанные районы.