Наемник. Дилогия (СИ) - Замковой Алексей Владимирович - Страница 51

 – И что теперь? – спросил Молин.

Я посмотрел на продолжающую стоять столбом Нарив. Бледность на ее лице сменилась густой краской, глаза сверкают так, что я бы предпочел сейчас оказаться где-нибудь подальше, спрятаться за любой подходящий камень и не шевелиться. Она простояла так, неподвижно, словно статуя, мгновения два-три.

 – Есть еще один путь. – Нарив резко повернулась ко мне. – Там совсем узкое ущелье и придется перебираться через завалы, но пройти можно.

Я снова перевел ее слова капитану.

 – Не нравится мне это... – пробормотал Ламил.

 – А мне, раздери тебя эльф через задницу, нравиться! – выкрикнул Седой.

Стража, охраняющая ущелье, видимо решила намекнуть, что задерживаться нам здесь не стоит. Небольшой круглый камень вылетел из-за валуна и упал всего лишь на пару шагов левее Нарив.

 – Ты ответишь, Ямал. – прошипела оскорбленная женщина. – Я запомню твое имя, будь ты трижды проклят!

Она зашагала дальше по ущелью – прочь от прохода, где нам дали такой отворот. Нарив даже не оглянулась проверить, следуем ли мы за ней. Не знаю, какие мысли крутятся у нее в голове, но до этого момента она вела себя как весьма высокопоставленная и уважаемая особа. Она была полностью уверена, что здесь ее встретят с радостью. И тут... 'Ведьма!', угрозы...

 – Что стоите? – прикрикнул капитан, когда Нарив уже почти скрылась из виду. – Живо за женщиной!

Колонна, отвернув от прохода, снова двинулась по ущелью. Наемники недоуменно перешептывались, строя самые дикие версии произошедшего.

 – Алин, быстро догони и останови ее! А то потеряем – век плутать здесь будем. – скомандовал капитан и указал на Баина. – А ты, беги разыщи Скрота, десятника баронских. Пусть он со своим десятком найдет место поудобнее и приглядит – не идет ли за нами никто. Через два звона пусть нас догоняют – мы их дождемся. Понял?

Я, рискуя переломать ноги, помчался к скале, за которой только что скрылась Нарив. Дарен, я же говорил, что добром все не закончится! Слишком уж легко мы, после тех руин, прошли через джунгли. Слишком уже все было гладко... А когда все идет так гладко, то жди неприятностей!

 – Нарив! – когда я завернул за скалу, то успел заметить как она поворачивает за какой-то выступ. – Нарив, подожди!

Она не ответила. И, похоже, даже не остановилась. Выругавшись, я поднажал и прямо прыгнул за выступ, где последний раз видел женщину.

 – Нарив, стой! – догнав ее наконец, я ухватил женщину за плечо. И, тут же, сам не понимаю как, оказался на земле с выкрученной рукой. В паре ладоней от моего лица застыл кулак, окутанный красноватым сиянием.

 – Нарив! – испуганно прохрипел я, стараясь не шевелиться. – Это я – Алин!

 – Чего тебе? – она отпустила меня и отступила на шаг.

 – Куда ты собралась? – спросил я, потирая ноющую руку. – Подожди хоть остальных...

 – Извини... – Нарив присела на небольшой валун и, упершись локтями об колени, спрятала лицо в ладонях.

 – Что это был за урод? – я присел рядом с ней. Если бы передо мной была другая женщина, то я бы ее, наверно, обнял за плечи и попытался успокоить. Но, боюсь, если я так сделаю, то Нарив просто сломает мне руку. В лучшем случае... – Тот стражник? Чего он тебя так?

 – Алин, заткнись. – раздался из-под ладоней глухой голос. – Пожалуйста...

Последнее слово прозвучало как-то жалобно... Такого тона от Нарив я никак не ожидал. Все вопросы разом застряли в горле, желая вырваться наружу, но, одновременно, будто уткнувшись в какую-то преграду. Я сглотнул и покосился на угол, из-за которого вскоре должны показаться остальные.

 – Скоро здесь наши будут. – нерешительно сказал я. – Ты бы... это... Нехорошо, чтоб в таком виде...

 – Наш орден был одним из самых уважаемых здесь. – не обращая внимания на мои слова, сказала Нарив. – Все командиры, чином от сотника, были жрецами Роаса. Мы сражались с проклятыми эльфами и защищали королевство. Мы гибли на границе, не допуская ни одну тварь в пределы королевства, и атаковали самих эльфов на их территории...

Затаив дыхание, я слушал Нарив и не узнавал ее голос. В нем нет слез, как можно предположить, но такая печаль звучит в нем, словно Нарив узнала о гибели всего здешнего королевства, каждого мужчины, женщины и ребенка, а не просто ей бросили в лицо оскорбление.

 – ...Я одной из первых поднялась на стену эльфийской столицы, потеряв при этом половину своей сотни. – продолжала Нарив. – Я первой расчистила путь со стены внутрь города и потеряла оставшуюся половину сотни. Перед тем, как меня оглушили, я, оставшись одна, убила, по меньшей мере, пять эльфов. И теперь, какая-то мразь называет меня, жрицу Роаса, ведьмой?!! После того, как я назвала себя!

Голос Нарив снова зазвенел сталью. Она открыла лицо и его выражение больше напоминало камень. Хорошо, что ее гнев направлен не на меня. От одного этого взгляда помереть ведь можно!

 – В любом случае, мы тебя в обиду не дадим. – я сам удивился своим словам. – По крайней мере, я – с тобой. Молин и Баин – тоже...

Пока длилось молчание, я успел, наверно, сотню раз обругать себя за свои слова. Смешно ведь звучит! Я, пусть и с друзьями, ее не дам в обиду? Да она сама может нас походя прихлопнуть и даже не заметит этого!

 – Спасибо. – Нарив посмотрела на меня и, на краткий миг, ее взгляд сделался оценивающим.

 – Алин! Вы где? – донесся голос Ламила.

 – Пойдем? – я поднялся и протянул женщине руку.

Нарив чуть поколебалась, но руку приняла.

 – Пойдем. – сказала она.

Отряд мы увидели сразу, как только вышли из-за выступа.

 – Мы здесь! – крикнул я, а Нарив махнула рукой.

 – Сюда!

И мы снова двинулись в путь. Пейзаж вокруг менялся только формами окружающих нас камней и скал. Все тот же серый цвет вокруг, и голубой цвет неба, усеянного редкими облачками, над головами. Молин и Баин затеяли спор о том, на сколько нам хватит припасенного в джунглях мяса и что делать, когда запасы истощатся. К ним присоединились Комил, Навин и Вассон. Причем, последний воспринимал любое несогласие чуть ли не как личное оскорбление и спор неминуемо перешел бы в драку, если бы не вмешательство Ламила.

 – Нарив, что за оружие было в твоей армии? – меня уже давно, с тех пор, как нас не пропустил тот стражник, беспокоит один вопрос.

 – А что? – удивилась Нарив.

 – Просто там, на пляже, и потом, в руинах, мы находили старое оружие. – пояснил я. – То были какие-то странные мечи. Изогнутые такие, на серпы похожи. А у того стражника, которого мы видели, был топор.

 – Такие топоры у гномов были. – Нарив задумалась. – Действительно странно... У нас были такие мечи, как ты описал.

 – А вы и с гномами воевали?

 – Нет. – покачала головой Нарив и о чем-то задумалась. – Нет. С гномами у нас всегда был союз. Эти горы – как раз их территория.

 – Но ведь тот стражник был человеком! – я совсем запутался. – гномов я, конечно, не видел...

 – Человеком. – подтвердила Нарив и надолго замолчала.

 – Хорошо бы поймать кого-то из местных, да расспросить, что здесь происходит. – сказал я.

Нарив молча пожала плечами.

К нужному нам проходу мы вышли к концу первой дневной стражи. Это даже не проход, а, скорее, узкая щель, трещина в сплошной каменной стене. Забраться туда можно только по крутой осыпи камней, высотой почти с меня. Что там дальше и куда ведет эта щель – не видно. Но я отчетливо чувствую оттуда дыхание сырости.

 – Сюда. – указала на щель Нарив.

Переводить не потребовалось. Жест был понятен и без лишних слов. Седой подозрительно посмотрел на щель, по которой предстоит пройти отряду.

 – Крысиная нора какая-то... – пробормотал Молин.

 – Ждем баронских. – объявил капитан. – Ламил, берешь десяток и лезь в проход. Смотри, чтоб там нас никакие сюрпризы не ожидали.

Молин тяжело вздохнул. Лезть в 'крысиную нору' выпало таки нам. А по мне – какая разница? Все равно ведь придется... Один за другим, мы вскарабкались по осыпи. Оглянувшись, я заметил, что и Нарив не отстает от нас. Капитан смотрит на это очень недовольным взглядом – единственный проводник, хоть и приписанный к нашему десятку, полез вперед без спросу. И не скажешь ей ничего – я, единственный, кто понимает язык Нарив, уже наверху.