Наемник. Дилогия (СИ) - Замковой Алексей Владимирович - Страница 36

 – Идем на разведку. – коротко объяснил нам задачу десятник. – За мной!

Ламил повел нас куда-то вправо, в ту сторону, где текли воды реки. Далеко идти не пришлось – искомый вшупроход обнаружился уже через несколько мгновений. Действительно проход. В зарослях, опутавших камень, была прорублена внушительная дыра, которая, впрочем, лишь намечала контуры прохода. Рядом стояли и те, кому принадлежала честь найти проход в этой скале – трое наемников рассматривали что-то, невидимое нам пока, и негромко обсуждали увиденное. Честь открытия прохода принадлежала-то им, а вот честь его исследовать... Я вспомнил крабов, потом заросшую мхом поляну, которая стала последним пристанищем для нескольких десятков людей, и подумал, что с удовольствием поменялся бы местами с этими тремя. Нашли проход – пусть сами его и исследуют!

 – Чего нас-то погнали... – судя по всему, у Молина в голове бродили те же мысли, что и в моей. – Пусть бы эти шли...

 – А как же приключения? – ухмыльнулся Баин. – Ты же сам всегда рвешься вперед. Как тогда, на пляже...

 – Смотря какое приключение. – ответил Молин. – Что здесь можно найти, кроме пауков или еще какой гадости?

 – Сейчас увидим... – сказал я.

 – Вы там болтать будете? Нам вас подождать? – окрик десятника прервал нашу беседу. Ожегши нас взглядом и сплюнув, Ламил подошел к все спорящей о чем-то троице. – Что там такое?

 – Сам посмотри. – один из троих, самый старший, чуть посторонился и указал на что-то нашему десятнику.

 – И что? – Ламил наклонился вперед. – Что тут такого?

 – А то, что это не скала... – пояснил тот же наемник, но его перебил другой – тощий, нескладный парень, лицо которого напоминало цветом свеклу.

 – Зимик говорит, что это стена какая-то или еще что-то вроде того. – по тону парня было понятно, что он не только не разделяет мнение Зимика, но и откровенно потешается над ним. – Говорит, что эта скала сделана человеческими руками...

 – Или нечеловеческими. – пробормотал Зимик. – Ты посмотри, Ламил, какой угол. Ты где-то видел такие ровные линии? Нерукотворные?

Ламил наклонился еще ниже, провел по чему-то рукой. Нам все еще не было видно предмет спора – лишь четыре спины, загораживающие его.

 – Что они там нашли? – прошептал Молин, вытягивая шею и пытаясь разглядеть хоть что-то.

 – Дарен его знает... – так же шепотом ответил Баин.

 – Дарен его знает... – эхом повторил последние слова моего друга десятник. – Сейчас пойдем и посмотрим. С нами не хотите?

 – Не в этот раз. – рассмеялся Зимик. – Вот если бабу там найдете, или золотишко – тогда зови.

Ламил рассмеялся в ответ, хлопнул наемника по спине и вернулся к нам.

 – Вперед!

Те трое, которые этот проход обнаружили, расчистили его лишь настолько, насколько требовалось, чтобы определить, что это именно проход, а не какое-то углубление в камне. Лишь пару шагов были освобождены от зарослей, а дальше начиналась обычная для этих мест мешанина растений. Мы шли, выставив вперед, на всякий случай, щиты. И снова рубили, рубили... По мере того, как мы углублялись, становилось темнее. Дневной свет (если полумрак, царящий в джунглях, можно считать светом), падающий сзади, бросал на стену растений перед нами тени, которые изгибались вслед за самими растениями. Пять шагов, десять... Вот мы уже в тоннеле и обрубков лиан, ветвей, листьев всех форм и размеров.

 – Господин десятник, – Ретон остановился, – может за факелами послать? Скоро вообще ничего не будет видно.

Предложение было принято. Мы чуть отдохнули, пока Ретон, расплачиваясь за инициативу, бегал за факелами. Снова принялись за работу. Мы прошли еще пятнадцать шагов. Дневной свет сзади уже практически не был виден. Удар... К красноватому отсвету огней факелов присоединились зеленоватые, из-за множества растений, лучи дневного света. Еле заметные, но...

 – Просвет! – выдохнул Ламил и мы с удвоенной силой вгрызлись в заросли.

Последние взмахи мечей и мы стоим по другую сторону скалы. Не скалы... Я оглянулся назад – препятствие, сквозь которое мы только что прошли, тянулось насколько проникал взгляд. А проникал он, в отличии от зарослей по другую сторону, далеко. Растительность здесь была гораздо реже, чем в остальных джунглях. Я посмотрел вверх – плотный, но все же зияющий дырами, полог из лиан стоял между мной и чистым, голубым небом. Сзади растянулась ровная, если не считать зеленых наростов лиан и порубленного нами тоннеля, стена. Влево она уходила, казалось, в бесконечность, скрываясь в сером сумраке теней. Почему-то я был уверен, что, если расчистить здесь, как по ту сторону, участок, то увижу все тот же камень – непроницаемо черный и гладкий. Справа, сквозь просветы в зарослях, поблескивали под редкими солнечными лучами солнца зеленоватые воды реки. А впереди... Впереди возвышались огромные, покрытые вязью растений, холмы. И сквозь сетку лиан просматривался все тот же черный камень.

 – Город? – голос Ретона звучал настолько сдавлено, что я еле узнал говорившего.

 – Почему город? – шепотом, будто боясь чего-то, спросил Баин.

 – Вот, впереди – здания. – Ретон указал на холмы. – А то, сквозь что мы только что прошли – стена...

 – А вот и местные жители. – указал куда-то Молин. – Спешат нас встретить, накормить, обласкать...

Я, как и все остальные, тут же обернулся в ту сторону, куда указывал Молин, и не увидел там абсолютно ничего. Холмы, вездесущие растения и ни единой живой души... И ни звука, кроме нашего тяжелого дыхания и смеха Молина.

 – Придурок. – Баин отвесил другу легкую затрещину. – Шутки у тебя...

 – Ночью дежуришь. – вынес вердикт Ламил, неодобрительно посмотрев на Молина. – И следующую ночь – тоже.

 – Да что вы, – обиделся Молин, – совсем шуток не понимаете?

Никто не ответил. Все разошлись на несколько шагов в стоны, оглядываясь вокруг. Под моей ногой что-то хрустнуло. Я наклонился, отшвыривая ногой в сторону густо покрытый мелкими фиолетовыми листиками стебель. Что-то белое... Так же, ногой, расчистил немного дерн.

 – Вот – местные жители. – я почти повторил слова Молина. – Или не местные...

Почти скрытая землей, под моей ногой белела кость. Часть позвоночника с остатками ребер. Остальные тут же сгрудились вокруг меня. Я расчистил еще один участок земли, рядом с первым. И еще один... Снова кость. Судя по округлой форме – почти скрытый землей череп.

 – Только эти нас вряд ли уже накормят... – неудачно попытался пошутить Молин, но, на этот раз, никто не обратил на него внимания.

В наказание за неуместные шутки, Ламил отправил Молина обратно через проход доложить об увиденном. Посмотрев вслед удаляющемуся Молину, даже спина которого излучала недовольство, мы принялись изучать окрестности, впрочем – не удаляясь сильно от прохода и друг от друга. Все разошлись в стороны. Я, вместе с Баином и Ретоном, пошел к ближайшему 'холму', возвышавшемуся в паре десятков шагов от нас. Идти оказалось гораздо легче, чем в джунглях. Если по ту сторону стены дорогу нам преграждало хитрое сплетение лиан, густой кустарник и прочая, надоевшая донельзя, растительность, то здесь самый высокий куст едва доставал до колен. То и дело под ногами характерно похрустывало, но мы уже знали, что идем по костям и не обращали на это особого внимания. Лишь один раз Баин споткнулся – будто с хрустом провалился внезапно в неглубокую ямку. Оказалось, он наступил на что-то округлое, полое внутри. Когда мы расчистили предмет, чуть не ставший причиной падения друга, то увидели темно-серый, лоснящийся панцирь, будто черепаший – я видел такие на рынке среди всяких диковинок. Но, в отличии от черепашьего, этот оказался гладким, а не поделенным на лоскутки квадратиков.

 – Может краб? – неуверенно произнес Баин.

 – Так, здоровенный такой... – покачал головой Ретон.

 – Ты бы видел краба, которого Алин на пляже убил. Тот запросто и его самого съесть мог!

 – Может и краб. – сказал я, делая шаг в сторону. По-моему, там, под толстым, свившимся в кольцо, будто змея, стеблем, что-то блеснуло...