Шалтай–Болтай в Окленде. Пять романов - Дик Филип Киндред - Страница 229

«Нет никаких причин, по которым мне нельзя их взять, — сказал он себе. — В каком–то смысле — и даже очень прямом — они мои. Никто меня не остановит, все признают, что у меня есть право бывать там. И полицейский так сказал».

Роджер завел двигатель и поехал по улице. В витринах магазина горел свет, внутри было темно. Продавцы, мастера, Вирджиния, Чик и Херб все заперли и ушли. Он повернул налево и въехал на стоянку у магазина. Припарковавшись у погрузочной платформы за магазином, где его не было видно, он вышел из машины. Потом обошел здание и отпер парадную дверь.

В магазине было пусто. Все ушли домой.

Он запер за собой дверь, прошел мимо прилавка и вошел через заднюю дверь на склад, где хранились в коробках товары — телевизоры, плиты, холодильники. Пожалуй, легче всего будет продать настольные телевизоры, особенно в городках, через которые он будет ехать. Он открыл дверь, выходившую на погрузочную платформу, и выбрал себе телевизоры — взял те, что стояли в задних рядах, их не было видно. По одному он стал выносить их в машину и загрузил ими багажник и заднее сиденье. Телевизоры были тяжелые, и когда он закончил, у него страшно разболелся бок.

«Чертов бок», — думал он, тяжело дыша и дрожа. Зато телевизоры в машине. Не меньше чем на семьсот долларов по цене дилера. Даже если он получит меньше, чем по сотне за штуку, все равно наторгует на пятьсот долларов.

Поднявшись в кабинет, он нашел карточки учета на взятые им телевизоры, сунул их в карман и спустился. Удостоверившись, что везде выключил свет, он запер магазин и сел в машину, за руль.

Машина, чуть просевшая под тяжестью телевизоров, медленно выползла со стоянки. «Ничего, вес еще сброшу, — подумал он. — Когда доберусь».

На территории Мильтона Ламки

Роман In Milton Lumky Territory был написан в 1958–59 гг. Впервые опубликован в 1985 году американским издательством Dragon Press.

От автора

Перед вами — очень забавная книга, по–настоящему забавная, да к тому же еще и хорошая, такая, где смешные вещи происходят с реальными людьми. И окончание у нее счастливое. Что еще может сказать автор? Что еще может он предложить?

Глава 1

На закате по пустынным улицам Монтарио, штат Айдахо, с озера обычно тянуло едко пахнущим ветерком. Вместе с ним появлялись тучи острокрылых желтых мушек; они разбивались вдребезги о ветровые стекла автомобилей. Водители, чтобы избавиться от клякс, включали «дворники». Когда зажигались уличные фонари на Хилл–стрит, повсюду начинали закрываться лавки, пока открытыми не оставались лишь аптеки — по одной в каждом из районов города. Кинотеатр «Люксор» не открывался до половины седьмого. Несколько кафе к городу вообще не имели отношения: открытые или закрытые, они принадлежали федеральному шоссе 95, которое проходило по Хилл–стрит.

Гудя, стуча колесами и скользя по самому северному из четырнадцати параллельных путей, появлялся плацкартный поезд «Юнион Пасифик», следующий из Портленда в Бойсе. Он не останавливался, но на переезде через Хилл–стрит замедлял ход, пока не показывался почтовый вагон — тускло–зеленое металлическое сооружение, выделяющееся среди кирпичных пакгаузов вдоль пути, едва перемещающееся, с открытыми дверьми, из которых высовывались и тянули вниз руки двое железнодорожников в полосатых костюмах. Женщина средних лет в стеганом шерстяном одеянии ловко вручала несколько писем одному из железнодорожников.

Еще долго после того, как исчезал из виду последний вагон поезда, семафор мельтешил своими крылышками и горел красным огнем.

За обеденным прилавком в своей аптеке мистер Агопян ел гамбургер со стейком и консервированную волокнистую фасоль, между делом читая экземпляр «По секрету», взятый с полки у входной двери. Сейчас, после шести, никто из клиентов его не донимал. Он сидел так, чтобы видеть улицу за окном. Если бы кто–то вздумал войти, он бы тут же прекратил есть и вытер бы рот и руки бумажной салфеткой.

Вдалеке, то пускаясь в бег, то останавливаясь и оборачиваясь, чтобы броситься обратно, появился мальчишка с задранной к небу головой, увенчанной хвостатым, как у Дэви Крокетта[170], кепи. Мальчишка, выделывая кренделя, пересекал улицу, и мистер Агопян осознал, что тот направляется в его аптеку.

Мальчик, держа руки в карманах и двигаясь неуклюже и дергано, вошел в лавку и приблизился к полке с кондитерскими изделиями, которые все были перемешаны под надписью «3 за 25 центов». Мистер Агопян продолжил есть и читать. Парень взял наконец коробку «Милки Дадс», упаковку M&M’s и плитку «Херши».

— Фред, — кликнул мистер Агопян.

Откинув в сторону занавеску, его сын Фред вышел из задней комнаты, чтобы обслужить мелюзгу.

В семь часов мистер Агопян сказал Фреду:

— Ты можешь идти домой. Теперь уже вряд ли мы тут нужны вдвоем. — Думая об этом, он испытывал раздражение. — Никто здесь сегодня уже не появится и ничего не купит.

— Я останусь, — сказал на это Фред. — Все равно заняться нечем.

Зазвонил телефон. Это была миссис де Руж с Пайн–стрит: она хотела, чтобы они изготовили и доставили прописанное ей лекарство. Мистер Агопян взял свой гроссбух и, сверив номер, обнаружил, что миссис Руж нужны обезболивающие пилюли. Он заверил ее, что Фред принесет их ей к восьми.

Пока он подготавливал пилюли — капсулки с кодеином, — дверь аптеки открылась. Через порог ступил хорошо одетый — однобортный пиджак, галстук — молодой человек. У него был веснушчатый костистый нос и коротко остриженные волосы, и по этим приметам мистер Агопян понял, кто это — по ним, да еще по его улыбке. У парня были хорошие зубы, белые и крепкие.

— Могу я помочь вам, сэр? — спросил Фред.

— Пока просто осматриваюсь, — сказал посетитель. Сунув руки в карманы, он двинулся к журнальным стеллажам.

Интересно, почему его так долго здесь не было, подумал Агопян. Раньше он заявлялся сюда постоянно. С детских лет. Неужели он променял его на аптеку Уикли? При этой мысли старик ощутил растущее раздражение. Покончив с пилюлями для миссис де Руж, он ссыпал их в пузырек и двинулся к прилавку.

Молодой человек, Скип Стивенс, уже подошел к Фреду с экземпляром журнала «Лайф» и шарил в кармане брюк в поисках мелочи.

— Что–нибудь еще, сэр? — спросил Фред.

Мистер Агопян хотел было заговорить со Скипом Стивенсом, но как раз в это мгновение Скип наклонился к Фреду и приглушенным голосом сказал:

— Да, я хотел бы взять упаковку «Троянцев».

Мистер Агопян деликатно отвернулся и чем–то себя занимал, пока Фред не завернул упаковку презервативов и не сделал в журнале отметку о продаже.

— Благодарю вас, сэр, — сказал Фред тем деловитым тоном, который появлялся у него всякий раз, когда кто–нибудь покупал презервативы. Покидая прилавок, он подмигнул отцу.

Сунув журнал под мышку, Скип направился к двери, очень медленно, разглядывая по пути журналы на полках, чтобы показать, что не испытывает никакого стеснения. Настигнув его, мистер Агопян сказал:

— Давненько тебя не было видно. — От возмущения у него дребезжал голос. — Надеюсь, у тебя и твоих родных все в порядке?

— У всех все хорошо, — сказал Скип. — Я их пару месяцев не видел. Живу сейчас в Рино. У меня там работа.

— Вот как, — сказал мистер Агопян, ничуть ему не веря. — Понимаю.

Фред наклонил голову, прислушиваясь.

— Ты же помнишь Скипа Стивенса, — обратился мистер Агопян к сыну.

— Ах да! — сказал Фред. — Я тебя не узнал. — Он приветственно кивнул Скипу. — Не видел тебя чуть не с полгода.

— Я теперь обретаюсь в Рино, — объяснил Скип. — С апреля не был в Монтарио.

— А я–то гадал, почему тебя не видать, — сказал Фред.

— А твой брат все еще учится в колледже где–то на востоке? — спросил мистер Агопян.

— Нет, — сказал Скип. — Он его уже закончил, а после того еще и женился.