Рыжее наследство - Ромич Инна - Страница 56

— Вы можете подтвердить, что это действительно Эрика Тейндел? — деловито поинтересовался его собеседник.

— Да, могу, — угрюмо ответил он. — Это действительно племянница моей жены.

Некоторое время граф Дуглас молчал, а потом вдруг неожиданно приятно улыбнулся.

— Я рад, уважаемый сэр Дункан, что мы сразу нашли с вами общий язык, — сказал он. — Признаться, я волновался, что вы станете упираться. А я терпеть не могу, когда мне отказывают...

Недовольное выражение лица Дугласа мигом сменилось маской учтивости.

— Ну, я готов вас выслушать, — предложил он. — Чего вы хотите за то, что добровольно отдадите мне свою племянницу? Заметьте, у меня самые благородные намерения: я хочу жениться на этой крошке. Подумайте только, сэр Дункан, я стану вашим родственником!

Он радостно рассмеялся. Мак-Фергюс мог бы поклясться, что в голосе его собеседника звучала неприкрытая издевка, но только заскрежетал зубами от унижения и бессилия.

Сэр Уильям был просвещенным человеком, прекрасно знал латынь, был близок к королю, повидал мир. Этот маленький горец забавлял его своей угрюмостью. Все они такие, эти бедные бароны. Видно, как медленно ворочаются в его косматой голове мысли о том, как бы не прогадать. Дуглас находился в благодушном настроении и не склонен был жадничать. Наконец-то двухмесячные поиски увенчались успехом!

— Сколько? — без обиняков спросил он.

Вопрос явно не застал Мак-Фергюса врасплох. Тот утер вспотевшее лицо и решительно протянул ему свою руку.

— Сотня фунтов, — уверенно произнес он.

Дуглас неприятно засмеялся.

— А не многовато? Это годовой доход баронства. Правда, небогатого... Вроде вашего Бархеда.

— Девчонка стоит больше, — угрюмо заметил сэр Дункан, оскорбленный таким грубым намеком.

Он хотел сказать, что его племянница принесет Дугласу целое графство, но потом передумал — с таким человеком опасно спорить... Черный рыцарь пристально посмотрел на его руку, неловко зависшую в пустоте. Мак-Фергюс почувствовал, как у него по спине неприятно стекает ручеек пота. Дуглас усмехнулся и крепко стиснул ладонь своего партнера. На секунду барону показалось, что его рука попала в безжалостные железные тиски, а тот лишь усмехнулся, с удовольствием наблюдая, как побледнел сэр Дункан.

— Идет. Договор есть договор. Вы получаете сто фунтов, а я — девчонку. Где она?

Мак-Фергюс мысленно вознес хвалу Всевышнему. Сто фунтов — очень неплохие деньги. На них можно будет купить тот участок у Стоуна, как раз прилегающий к их владениям, заказать достойное снаряжение для Роберта.

— Эрика в Бархеде. Я приказал жене запереть ее на всякий случай...

Теперь в его голосе появились подобострастные нотки, и Дуглас невольно поморщился. Все-таки что могут сделать с человеком деньги... Только что этот горец волком смотрел на него, а теперь готов бежать впереди, показывая дорогу.

— Похвальная предосторожность, — заметил он, трогая коня. — Это будет нелишним. Я слышал, что она умудрилась сбежать из замка Мак-Лейнов, пока старик Колин выдавал замуж свою дочь. Признаться, я восхищен ею.

Он хрипло засмеялся, качая головой.

— Я бы пригласил вас в свой манор[43] достойнейший Мак-Фергюс, — продолжил рыцарь, — но предпочитаю побыстрее увидеться с невестой. Судя по всему, она барышня шустрая, и теперь, когда мои поиски наконец увенчались успехом, не склонен ждать.

Мак-Фергюс крякнул от досады. Этот Дуглас сумасшедший. Ну куда его несет на ночь глядя? Можно было спокойно переночевать в доме, а утром с новыми силами выехать.

— Нам придется скакать всю ночь, — недовольно проговорил он, — а наши лошади устали. К чему эта спешка? Моя племянница надежно заперта...

Уильям Дуглас высоко задрал подбородок.

— Я никогда не откладываю на завтра дела, которые могу сделать сегодня, — проницательно глядя на помрачневшего барона, сказал он. — Именно поэтому я никогда не проигрываю.

Отплевываясь от густой вязкой грязи, которая набилась ей в рот, Эрика с трудом вскарабкалась по склону, поросшему колючим кустарником. Куда теперь? Перед ней сплошной стеной чернели непролазные заросли, чуть дальше возвышалась какая-то гора. Кажется, она сбилась с дороги. Впрочем, с какой дороги? Уже несколько часов она продиралась через жуткий бурелом, бредя наугад по лесу.

Ноги ее уже совсем не держали, и Эрика рухнула прямо на прохладную землю. Какое блаженство... Боль в усталых ногах по своей силе могла соперничать разве что с ощущениями в натертых жесткой веревкой ладонях. Морщась, девушка привстала и начала терпеливо разминать одеревеневшие мышцы. Она шла всю ночь, непрестанно поднимаясь и опускаясь по неровной местности, проголодалась, ей давно хотелось пить. Но еще больше донимало желание искупаться. Грязь, собравшаяся на дне бархедского рва, облепила ее с ног до головы, и Эрике невыносимо хотелось смыть с себя эту засохшую коросту. Как она вообще живой выбралась... Девушка передернула плечами, вспоминая, как окунулась в вонючее вязкое болото.

Надо срочно найти какой-нибудь ручей и выкупаться, иначе она с ума сойдет. Серый рассвет медленно прокрадывался в горы, воздух постепенно свежел, и Эрике стало зябко. Она пожалела, что не додумалась захватить теплый плащ из тетушкиного сундука. В лесу без ножа, еды и теплой одежды она сумеет продержаться очень недолго. Слава богу, она догадалась стащить трут и кресало и теперь сможет развести огонь. Да только что на нем жарить? Без оружия она даже мышь не сможет поймать. Желудок призывно заурчал, и девушка решила на время отвлечься от мучительных мыслей о еде. Главное сейчас — решить, куда идти.

— Будем надеяться, что они еще не знают о том, что я сбежала, — вслух сказала Эрика.

Скоро утро, а она совсем недалеко ушла от Бархеда. С первыми лучами солнца стража заметит веревку, свешивающуюся из окна башни, и поднимет тревогу. У нее всего лишь ночь, и нужно непременно использовать это преимущество. Она надеялась еще и на то, что, вопреки здравому смыслу, пошла от замка на север, а не на юг. Может статься, это и сработает. Однажды подобным образом ей удалось обмануть своих преследователей, так, может, повторить фокус? Скорее всего, Дуглас пустит основную погоню по дороге и разошлет людей по окрестностям. Девушку передернуло. Неприятно ощущать себя дичью, на которую идет охота.

У нее есть только один вариант — добраться до ближайшего порта и сесть на корабль, следующий в Англию. В большом портовом городе затеряться легче. Конечно, у нее нет денег, но всегда можно попробовать заработать. Она может наняться кому-нибудь в услужение, стирать, убирать... В крайнем случае, проберется на корабль тайно. Девушка невольно рассмеялась над очевидной несуразностью ситуации. Подумать только, ей принадлежит графство, а в кармане нет ни пенни! Ей надо в Эдинбург. Туда часто заходят корабли английских и французских торговцев, которым нет дела до войны между их странами. Они покупают у шотландцев шерсть и везут ее во Фландрию, по пути заходя в английские порты, чтобы набрать воды и продовольствия. Обхватив себя руками за плечи, она попыталась сообразить, сколько же миль до Эдинбурга. Это был самый оживленный порт Шотландии, который, как она знала, располагался на северо-востоке от Бархеда. Кажется, дядюшка Дункан когда-то говорил, что до него миль сорок... Но это по ровной дороге, а по этим склонам и все пятьдесят будет.

Эрика приуныла. Если стараться идти быстро, у нее есть шанс добраться до Эдинбурга дней через пять. Но она совсем не знает дороги! Конечно же, лучше всего было бы выйти на тракт и попроситься на чью-нибудь повозку, которая идет в столицу, но это очень опасно. Ведь именно на дорогах ее и станут искать в первую очередь. Она совсем загрустила. Что же делать? Ладно, хватит мучить себя сомнениями. Для начала нужно попытаться дойти до Карноута и переправиться через Клайд, иначе ее путь удлинится еще на день-два. А там видно будет.