Избранница - Иславская Варвара - Страница 5

А может быть, это совсем не люди из плоти и крови, а лишь сотканные из эфира фантомы», – подумала Элиза. – «Может, это какие-нибудь ожившие покойники или порождения сатаны? Нет, нет. Не надо бояться! Только мужество, мужество, мужество», – твердила сама себе Элиза, в то время, как веки ее закрывались, и она погружалась в сладкий сон.

3

Элиза проснулась от того, что кто-то сильно тряс ее за плечо. Открыв глаза, она увидела склонившееся над ней перепуганное личико Тетки.

– Вставай! Нам пора лететь к Серой башне, иначе будет поздно.

Окончательно проснувшись, Элиза обнаружила, что лежит в одежде на княжеском ложе в доме Либуше, но ни княгини, ни Пршемысла рядом не было.

– Нам пора уже выходить из временного узла и возвращаться в Рождественскую Прагу. А ты все спишь, – с укором сказала Тетка.

– Я сейчас! – сказала Элиза, вскакивая с постели и хватая в руки лежащую на полу сумку. Вытащив оттуда расческу, она наспех провела ею по волосам и выбежала из дома.

На зеленой лужайке ее уже ждали немного взволнованная Либуше и Кази со своим неизменным невозмутимым выражением лица.

– Ну ты и спишь! – сказала Либуше. – Неизвестно, кто еще из нас отмороженный рудокоп!

Элиза покраснела, поняв, что Либуше действительно была мудрейшей из повелительниц и обладала даром читать мысли.

– Мы полетим втроем: ты, я и Тетка. А Кази всегда придет на помощь, если будет нужно.

Услышав эти слова, Кази растаяла в воздухе.

– Ну что, летим? А то скелет совсем заждался.

– Что? Какой скелет? – с ужасом спросила Элиза.

– Скоро увидишь. Полетели!

Либуше и Тетка подхватили под руки Элизу и резко взмыли в пространство. Мгновенно исчезли солнце, трава и синее небо. Они опять поднимались вверх к серебряным звездам. Зима снова сменила лето, и внизу опять засверкали огни Рождественской Праги.

«Неплохо было бы надеть куртку», – подумала Элиза, но поняв, что это невозможно, решила не обращать внимания на пронизывающий холод.

Они спускались все ниже и ниже, пока, наконец, не поравнялись с огромной величественной ратушей, украшенной гигантскими часами.

– Садимся на карниз, – сказала Либуше, и все трое мягко приземлились на выступ, над которым находились часы. – Вот она, старая ратуша. А это древние астрологические часы, который построил мастер Микулаш из Кадани.

Вдруг откуда-то справа раздался чей-то издевательский смех. Элиза с опаской повернула голову в сторону, откуда доносился звук и увидела, что с правой стороны на циферблате примостился небольшой скелет. Он смешно дрыгал костлявыми ножками и безудержно хохотал.

– Привет, шут! – обратилась княгиня к скелету. – Все скоморошничаешь?

– Куда уж там. Я им серьезно, а они ржут, как лошади, как будто бы каждый уверен, что после смерти попадет в Рай. Не грешил бы я по жизни, то был бы сейчас как Святой Витус.

– Ну, это ты загнул! – рассмеялась княгиня. – Святой Витус – христианский мученик, и нам всем до него далеко. Познакомься, это моя подруга, Элиза. Наши предки были из одного племени. А сейчас Элиза согласилась оказать нам неоценимую услугу.

– Рад познакомиться и премного благодарен, – сказал скелет, шаркнув костлявой ножкой.

– А теперь слушай меня внимательно, – строго обратилась Либуше к Элизе. – Это – астрологические часы, которые были построены в 15-ом веке Миуклашем. Я говорила тебе уже об этом. Микулаш был странным человеком, но хорошо знал свое дело, хотя о нем очень мало известно, но сдается мне, что занимался он чернокнижием, иначе бы он не создал таких часов. Люди не понимают всей их важности. Они приходят на Староместскую площадь, чтобы посмотреть на мелькающие в окнах, фигурки апостолов, да посмеяться над кряканьем скелета, который более галантен, чем все ваши современные мужчины.

Тут Либуше замолчала. Видно было, что она подбирала слова.

– Именно в этом месте в определенный час могут встретиться пространство и время. Видишь этот циферблат? Он показывает движение Солнца через знаки зодиака. А этот, – и княгиня указала другой точно такой же циферблат только поменьше, – показывает движение Луны. Если сейчас, за десять минут до Рождества чуть-чуть сдвинуть большую стрелку влево, то произойдет остановка времени, и за эти секунды город вберет в себя живительные космические силы и энергию Солнца и снова будет процветать много лет. Но сделать это может только кроткий духом и чистый сердцем землянин. Помоги нам, Элиза! – взмолилась Либуше, – и в ее голосе звучали слезы. А взамен (тут Либуше хитро улыбнулась) тебе откроются дивные тайны Праги, и я обязательно отвезу тебя на был к Карлу Четвертому.

– А почему ты считаешь меня кроткой сердцем и чистой душой? – спросила Элиза.

– Я знаю все. Твои предки были кельтские жрецы, и твои глаза сияют их волшебным, синим огнем.

Элиза была в замешательстве. Она не могла понять, на каком свете она находится, и не беседует ли она, случайно, с покойниками. Ведь Либуше правила более тысячи лет назад. Но природная доброта девушки взяла свое, и она не могла отказать.

– А я… смогу вернуться назад… после этого?

– Конечно. Как только городские часы пробьют 12 и возвестят о начале Рождества, все вернется на свои места, и ты окажешься в своей «Чертовке».

В этот момент Элиза явно пожалела, что выбрала гостиницу с таким названием.

– Послушайте… можно вас спросить… – замялась Элиза.

– Спрашивай! – приказала Либуше.

– Понимаете, но ведь вас уже давно нет в этом мире…

– Ты уже спрашивала меня об этом и, видимо, ничего не поняла, – строго ответила Либуше. – Я повторяю еще раз, что после смерти жизнь только начинается, и дел становится гораздо больше.

– Объясните мне, пожалуйста, еще раз, а то я совсем запуталась, – робко попросила Элиза.

– Вы думаете, что со смертью проходит жизнь, и с ней все беды. А они, наоборот, только начинаются. Я бы вот повалялась у себя в могиле, да времени все нет. Надо земными делами заниматься, – сострила Либуше.

– Как это? – спросила Элиза, начиная понимать, в чем дело, ибо никогда в жизни не была атеисткой.

– Вы думаете, что события следуют одно за другим, но это – глубокое заблуждение, выдуманное людьми для простоты восприятия мира. Просто время обманывает нас, сжимая пространство и наступая на него. А на самом деле, все подчинено разумному хаосу спирали времени. Поэтому мудрецы всегда могли вернуться в прошлое, побеседовать там с интересными людьми, а потом опять вернуться в настоящее. Все параллельно, Элиза. Часы на городской Ратуше – это не просто часы. Это – место, где встречаются пространство и время. Только люди этого не знают.

При этих словах Либуше посмотрела с материнской лаской на Элизу и сказала:

– Ты же не откажешь нам? Спаси мое детище, Прагу! Помоги нам, а в благодарность я помогу тебе открыть тайный мир вещей.

– Не бойся, – успокоил ее скелет.

Элиза дрожащей рукой чуть-чуть перевела большую стрелку влево, и над Прагой воцарилась тьма. Это была густая тьма Времени, где нет места Пространству. Потом тьма начала рассеиваться, пока не превратилась в густой розовый туман, который причудливо менял свои цвета, становясь то фиолетовым, то синим, то зеленым, то оранжевым, пока не рассеялся совсем, и Элиза вновь отчетливо не увидела лица своих спутников.

– Что это было? – спросила Элиза.

– Это наш город поглощал космическую энергию и питался силами Солнца. Тебе было страшно? – спросила княгиня.

– Здесь можно бояться только меня! – сказал скелет и крякнул.

– Все, – строго сказала Либуше. – Нам пора идти. Иначе ты не увидишь и сотую часть тайн Праги. Ведь когда часы возвестят о начале Рождества, все станет на свои места, и волшебная ночь закончится. Прощай, шут, – ласково сказала княгиня скелету, осторожно беря Элизу за руку, и медленно взлетела в синее ночное небо.

– Прощайте, княгиня, – галантно раскланялся скелет. – До свидания, миледи, – кротко сказала скелет Элизе и улыбнулся такой очаровательной улыбкой и сделал такой глубокий реверанс, на который не способен ни один из современных мужчин. Его пустые глазницы еще долго провожали Элизу восхищенным взглядом.