Клятва верности - Портер Черил Энн - Страница 90

– Так и скажи, что тебе страшно одной, – глумливо усмехнулся Слейд.

Изабель возмущенно выпрямилась.

– Что за нелепости ты говоришь? Когда я боялась Сайруса и Пейшенс? Но ведь мы устраиваем прием, к которому нужно готовиться. Не хочешь же ты сказать, что перекладываешь подготовку на мои хрупкие дряхлые плечи?

– Прекрати притворяться беспомощной старухой. – Слейд осуждающе покачал головой. – Признай, что боишься, если не за себя, так за нас. И не отрицай, что соскучилась – у тебя все на лице написано. Ну же, хотя бы на сей раз признай мою правоту, и мы с Ханной вернемся в Вудбридж-Понд. – Он обернулся к жене: – Ты согласна, дорогая?

Ханна с улыбкой кивнула.

Сердце Изабель возликовало. Конечно, ей претила мысль пойти на поводу у внука, но цель оправдывала средства. У нее еще будет шанс отплатить Слейду той же монетой.

– Разумеется, я соскучилась и переживаю за вас, – послушно закивала она. – Мои старички и старушки тоже по вам скучают. – Слуги дружелюбно заулыбались. – А уж что делается с несчастной собакой! Вы бы видели, как она рыщет по дому в поисках, мои дорогие! Бедная Эсмеральда постоянно сидит под твоей, Ханна, дверью и без перерыва подвывает. У нас уже сил нет выносить ее стоны.

Как по заказу, распахнулась входная дверь и появились Хаммондс с Эсмеральдой. Мастиф сделал круг по холлу, что-то тщательно вынюхивая и оставляя на полу следы влажных лап, затем радостно гавкнул и рванулся в гостиную. Увидев Ханну и Слейда, Эсмеральда пришла в неистовство: припадала на передние лапы, мотала ушами и оглушительно лаяла, пытаясь забраться на колени к Ханне. Пембертон и остальная прислуга закрыли уши руками.

– Вот о чем я говорила, – ворчливо пояснила Изабель. Не успела собака выразить свой восторг, как в гостиной появился Хаммондс. Тяжело дыша, он прислонился к двери спиной и сипло прошептал:

– Скорее, сэр! Нужна ваша помощь… я бежал… я… – Дворецкий схватился за сердце. – Там экипаж. Оливия и Ригби… что-то случилось… с ними ребенок.

Все толпой выскочили из дома. Ригби как раз помогал горничной выйти из экипажа. Девушка горько плакала, младенец на ее руках заливался ревом.

Ханна бросилась к Оливии. От девушки исходил отчетливый запах гари.

– Господи, что произошло? Почему ты плачешь?

Оливия зарыдала пуще прежнего и уткнулась Ханне в плечо. Прислуга Изабель осторожно забрала у нее ребенка и передала хозяйке. Младенца принялись качать и тетешкать, и постепенно он затих. Несколько седых голов склонились над Колет, что-то воркуя и умиляясь. Эсмеральда попыталась понюхать сверток, но ее отогнали. Тогда она стала носиться по аллее.

Между тем Слейд отвел Ригби и двух охранников, приехавших вместе с Оливией, в сторонку и жестом поманил к себе еще двоих крепких мужчин – дополнительных стражей, нанятых накануне. Все шестеро принялись совещаться.

Ханна заметила, как напряглись плечи охранников, как зло поджались губы Слейда, когда он слушал рассказ Ригби. Она погладила по голове плачущую горничную. На улице было холодно, и ветер продувал тонкую блузку Ханны. Она поежилась.

Заметив ее движение, Оливия подняла голову:

– Случился пожар. Мама погибла. – По щекам ее текли все новые и новые слезы.

– Пожар? Мама погибла? О, Оливия, мне так жаль, так жаль… – Ханна закусила губу, не зная, как поддержать Оливию. – Постой, очень подозрительно! Пожар всего два дня спустя после покушения…

– Все внутрь, немедленно, – распорядился Слейд.

Толпа потянулась к двери. Сам Слейд обнял Ханну, пытаясь согреть. Ригби тотчас сменил Ханну и осторожно обнял Оливию за плечи.

В холле Слейд повернулся ко всем собравшимся.

– Произошел пожар. Дом загорелся совсем не случайно, – коротко объяснял он. – Огонь развел Джонс. Бекинс и Смит утверждают, что почувствовали запах гари, идущий с улицы. Они решили все проверить и обнаружили горящую свалку за углом здания. Как позже выяснилось, тем самым Джонс хотел выманить охрану из дома. – Слейд сделал паузу и обвел всех присутствующих долгим взглядом. – Единственная причина, по которой Оливия и ее ребенок живы, – своевременная помощь Ригби. Он видел, как Джонс расправился с матерью Оливии, и потом, когда он поджигал шторы, Ригби напал на него сзади. Парню удалось оглушить противника и вывести девушку из горящего здания. Семья Хилл, которую я нанял для присмотра за матерью Оливии, также погибла от руки Джонса.

– О, Слейд, неужели те чудесные люди погибли?! – воскликнула Ханна с ужасом. – Невинные люди! Мы… мы должны остановить Сайруса и его жену! Ведь злодеяния – их рук дело, не так ли?

Слейд мрачно кивнул:

– Перед смертью Джонс признался Бекинсу и Смиту в убийствах, а также в том, что работал на Сайруса и Пейшенс. Уилтоны заплатили ему, чтобы он расправился с Оливией и ее окружением.

– Боже, да когда же кончится эта ужасная вакханалия? – простонала Ханна, едва не плача.

– Прямо сейчас, дорогая, – заявил Слейд. – Больше я не допущу убийств. Мы вернемся в Вудбридж-Понд. – Он яростно сжал кулаки. – Я с самого начала действовал ошибочно. Мы сопоставляли факты и искали доказательства вины, тогда как наши враги творили что хотели. Я пытался поступать как цивилизованный человек. Мои действия стоили жизни нескольким людям. Теперь я буду использовать их же оружие. Отныне я выбираю открытое столкновение.