Клятва верности - Портер Черил Энн - Страница 73

– Пошли, быстро… Слейд… он хочет… убить Оливию. Там, наверху! Скорее!

– Убить? Но за что?! – изумленно воскликнула Изабель. Ханна не стала терять время на ответ. Она снова дернула Дадли за рукав. Тому понадобилось не более двух секунд, чтобы оценить серьезность ситуации. Он легко отстранил Ханну и ринулся в холл со стремительностью огромного паровоза.

– Оставайся в столовой, – успел он бросить Ханне через плечо.

Ханна упала на его стул и сжала виски руками. Она слышала тяжеленные шаги Дадли на лестнице.

Только бы он успел!

Ей хотелось броситься вслед за рыжим здоровяком, но она никак не могла отдышаться.

Проклятый корсет! Лучше бы она оставила его за дверью, куда Слейд его вышвырнул!

Изабель подошла почти беззвучно, и Ханна заметила ее только тогда, когда женщина погладила ее по голове.

– Расскажи, что случилось, Ханна.

– Сначала его… надо остановить, – судорожно хватая воздух, прохрипела девушка.

– Но что такого сделала твоя горничная?

– Она… похоже, она ходила в Клостер-Пойнт. Я видела, как она пробиралась сквозь ограду.

Изабель даже глазом не моргнула. Ее лицо оставалось абсолютно безмятежным.

– Думаю, Слейду стоит немедленно уволить изменницу. Ханна подняла глаза и долго смотрела на Изабель, прежде чем ответить:

– А что, если она ни в чем не виновата?

– Ты сама сказала, что она ходила к нашим соседям. Да еще тайком. Ее поведение может означать только одно – предательство. Ты же не станешь утверждать, что Оливия просто заходила к Пейшенс на чай? И ты тоже подозревала ее, иначе не послала бы за Слейдом.

Ханна обреченно кивнула.

– Думаю, все ясно, – подвела итог Изабель. – Твоя горничная в сговоре с нашими врагами.

– Неужели нет иного объяснения? – почти взмолилась Ханна.

– По крайней мере, мне оно не известно. Ханна вцепилась в руку Изабель.

– Но ведь Оливия совсем не такая. Я думаю, Уилтон-Хьюмсы как-то принудили ее к предательству. Возможно, шантажом. Я не поверю, что моя горничная сама, по собственному желанию, стала с ними сотрудничать.

– Шантажом, говоришь? – задумалась Изабель. – Вполне в стиле Сайруса.

– Ведь ты же не думаешь, что Оливия согласилась на предательство за деньги?

– Все возможно, моя милая. Деньги меняют людей и, как правило, не в лучшую сторону. Сайрус и Пейшенс тому лучший пример.

Ханна понимала, что Изабель права, но не могла смириться с ее утверждением. Ей не верилось, что Оливия могла предать так подло.

– Я надеюсь, что ты ошибаешься, Изабель, – вздохнула она, встав и направившись к двери.

– Ханна!

Она обернулась. Изабель, стоявшая у стола, показалась ей маленькой и несчастной.

– Если мы обвиняем Оливию несправедливо, мы делаем так ради нашей собственной безопасности. На кону стоит жизнь, а не только наследство Ардис. Мы не можем оставаться слишком доверчивыми, потому что ведем опасную игру.

– Да-да, – печально кивнула Ханна. – Я все понимаю. Я знаю, что вы со Слейдом руководствуетесь соображениями безопасности, в том числе моей… но я уверена, что Оливия не польстилась бы на деньги!

– Но она все-таки предала тебя, чем бы ее предательство ни объяснялось. Ты помнишь, зачем приехала в Бостон, детка? Ты хотела мстить за убитых родителей и нашла единомышленника в лице моего внука. Он беспокоится за тебя. Тебе стоит поступать внимательнее и осторожнее, Ханна.

Ханна вздохнула:

– Вы правы.

– Я скажу больше, – продолжала Изабель чуть мягче. – Слейд любит тебя. И я тоже люблю тебя, детка.

Глаза Ханны наполнились слезами.

– Я понимаю. И я тоже люблю вас обоих. Но прерия научила меня справедливости. Даже если Оливия виновна, я не позволю Слейду ее обидеть.

– Он не обидит твою горничную. Мой внук горяч, но его нельзя назвать жестоким. Иди и убедись сама, – улыбнулась Изабель.

Ханна выскочила из столовой и понеслась на второй этаж. Подобрав юбки, она буквально взлетела по лестнице. Корсет немилосердно впился в ребра, легкие обожгло огнем.

Вот проклятая штука!

На втором этаже было совсем тихо. Ханна заторопилась на третий, где располагались комнаты слуг. Коридор пуст. Не слышалось ни единого звука.

Тишина, накрывшая дом, казалась почти мертвой.

Что-то случилось. Наверняка произошло что-то страшное!

Ханна сжала пистолет в руке и направилась вдоль коридора. Одинаковые двери с абсолютно одинаковыми ручками. Все они заперты, и за каждой – тихо.

Которая же из них комната Оливии? Ханна напряженно прислушивалась, надеясь различить хоть какой-то звук. К примеру, шаги или отзвуки разговора.

И вдруг, нарушая безмолвие, раздался пронзительный крик, который подействовал на Ханну как удар грома среди ясного неба.