Митридат - Полупуднев Виталий Максимович - Страница 173

– Ее уже нет в подвале!

– Нет в подвале – сидит в другом месте, у того же Дракона под замком!.. А посадил ее старый царь за святотатство. Теперь старого царя нет! Дракон мог бы без кровопролития передать ее в руки друзей. Разве она нужна новому царю? Он и не спросит о ней!

– А если спросит? Святотатство не прощают!

Евпория слушала эти громкие разговоры, сидя рядом в кладовке. С биением сердца уловила из них, что друзья уже здесь и во дворе идет драка. Она расковыряла щелку в двери и увидела одним глазом внутренности кухни. Женщины вбегали, черпали кипяток и торопились к выходу. Та, которая ей сочувствовала, показалась знакомой. «Это Крато! – воскликнула она мысленно. – Бывшая возлюбленная Дракона! Она обижена им. И одета в самую плохую, рабскую дерюгу из конопли!»

Крато задержалась на кухне с целью подложить в огонь дров и долить водою котел. Евпория выждала время, когда остальные вышли, приложила губы к щелке и попыталась вполголоса привлечь к себе внимание рабыни: – Крато! Крато!..

– Ой, кто это? – испугалась та, оглядываясь. Она готова была подумать, что заговорил из-за печи домовой, который живет здесь.

Но Евпория успокоила ее:

– Не бойся, Крато, это я, Евпория! Тебе не за что сердиться на меня, ведь мы никогда не были соперницами!

– Ой, где же ты, Евпория?

– Я здесь, в чулане. Подойди и скажи мне, что там, во дворе, делается?

– Кто тебя сюда посадил?

– Дракон!

– Тогда я бегу прочь! Если он узнает, что я с тобою говорила, он сживет меня со свету!.. Он ненавидит меня!

– Но он же был твоим другом! Неужели у него не осталось хотя бы капли жалости к тебе?

– Какая жалость у этого борова! Сначала он избил меня из-за ключа, а потом приблизил к себе молодую девку… Меня же заставил мыть горшки и топить печи!.. Все ты виновата!

Она всхлипнула по-бабьи, вытирая нос фартуком.

– Не я виновата, а ты сама! Зачем вмешалась в это дело с ключом от потайной двери?.. Хотя я и благодарна тебе, ты раскрыла эту тайну!.. Но Дракон-то каков! Ты за него в драку лезла, а он наградил тебя палкой и сменял на другую, как собак меняют! Использовал случай, чтобы отделаться от тебя! Не любил он тебя, не ценил твоей красоты и погубил тебя!

– Это верно!

– Так отомсти ему! Или ты трусиха?

– А как же я отомщу ему?.. Он убьет меня!

– Послушай, Крато! Выпусти меня из чулана, никто не догадается, что это сделала ты! А я освобожусь и помогу тебе отомстить!

– Ой, боюсь! Зачем ты хочешь опять подвести меня под удар его жестокой руки?

– Хочу помочь тебе! Ты будешь благодарить меня, право!.. Послушай, я отдам тебе бусы из кораллов, которые мне привезли из-за моря. Они с наговором и приносят счастье!

– Бусы, что ты носила?

– Я и сейчас ношу их!

Соблазн был велик. Подстегнутая возможностью получить дорогое украшение, Крато выбежала из кухни, огляделась, нет ли кого вблизи, и вернулась обратно.

– Выпусти меня, Крато, не пожалеешь! – умоляла Евпория.

– А бусы?..

– Ты их получишь сейчас же!

С бьющимся сердцем, полная страха перед гневом всесильного повара, рабыня отодвинула засов. Евпория вышла из чулана с поспешностью, боясь, как бы ее освободительница не передумала. Евпория хорошо знала расположение кухонных помещений и сразу направилась к небольшой дверце за очагом, откуда ей было легче присоединиться к Евлупору и Гиерону.

– Евпория, подожди!.. А бусы-то, забыла?

– Вот они. Лови!

Евпория сорвала с шеи нитку кораллов и бросила их Крато. Подумала при этом с замиранием сердца: «Опять-таки подарок Гиерона оказался не случайным! И тут рука богов!»

Через мгновение она была во дворе и сразу убедилась, что присоединиться к друзьям не так просто. Повар расставил своих людей поперек двора с целью не пропустить противников к заветному выходу. Евпория оказалась в тылу кухонного воинства, и, конечно, тут же была замечена.

– Евпория выбралась из кладовой! – доложил повару раб-уборщик, надеясь на этот раз заслужить похвалу.

– Как выбралась? – побагровел повар. – И ты не задержал ее?.. Ах ты чурбан этакий!

– Опять не угодил, – с душевной горечью поник головой раб.

– Ловите, ловите ее, не давайте ей присоединиться к остальным грабителям!.. Ах, мерзавка!

Дракон сам кинулся преследовать беглянку. Та, спасаясь от врагов, метнулась было во дворцовый коридор, но он оказался заваленным дровами и камнями. «Боги, вразумите, что мне делать?» – взмолилась женщина в отчаянии. Ускользнув от погони, она оказалась среди кустов шиповника, вблизи потайной двери. И вздрогнула от неожиданности, увидев перед собою женскую фигуру, которая протянула к ней руки.

– Кто ты и откуда? – с суеверным страхом спросила жрица.

– Это я, Дидона!.. Я спряталась между дверьми потайного выхода! Услышала крики, вышла посмотреть… Поспеши, госпожа, а то нас схватят!..

Взявшись за руки, обе женщины устремились по дорожке меж кустов к стене, где чернел открытый выход. Преследователи отстали от них на один миг. Когда они, размахивая вертелами, подбежали к стене, то наткнулись на обитую медью, наглухо закрытую дверь.

– Поймали? – спросил повар, появляясь за их спинами. Он задыхался от быстрого бега.

– Нет! – ответил уборщик, который бежал впереди других, желая поймать беглянку своими руками.

– Как нет, болван?.. Куда же она девалась?

– А вот куда – ума не приложу!..

Дракон подбежал к двери и от ярости и досады чуть не лопнул. Ему стало ясно, что ключ был у Евпории и она воспользовалась им.

– Эх, дурак я, дурак! – заголосил он по-бабьи. – Это Гиерон передал ей ключ, и она держала его при себе!.. А я не обшарил ее одежду!.. Ай-ай!..

Произошло замешательство, которого было достаточно, чтобы Евлупор и его воины оправились и перешли в наступление. Теперь рабы оказались в обороне. Но, прижатые к стене, они вдруг набрались решительности и дрались с таким отчаянием, что Евлупор стал сомневаться в успехе. Его воины были измучены и голодны, покрыты ранами. Он оглянулся назад, ожидая удара в спину. Люди Фарнака могли нагрянуть внезапно и решить сражение в свою пользу.

– Пропустите нас к тайному выходу! – обратился он к Дракону. – Мы уйдем в город и не тронем никого!.. Только выдайте нам узницу Евпорию!.. Не отдадите – мы побьем вас!