Игра с огнем - Джейн Анна - Страница 54

– Чего? – протянул длинноволосый.

– Попроси искренне, – повторил Смерчинский.

– Пошел ты… – с новым стоном отозвался Эль, который все больше слабел.

– Это неискренне. Я знаю, что ты добрый.

– А я знаю, почему вы с ней вместе. Оба с приветом, – огрызнулся рокер.

– Еще никогда у меня на диване не было сразу двух парней, – умилилась слушавшая их Машка и, прежде чем ребята успели среагировать, накрыла их легким покрывалом, ловко вытащив его из набитого чем попало шкафа, а потом быстренько сфотографировала их на мобильный телефон. – Вот и компромат, – залюбовалась она снимком. – Хе-хе-хе. Попались, голубчики.

Парни переглянулись, но даже и возмутиться не успели. Не то чтобы отобрать телефон с компроматом.

– Всем руки за голову! – вбежал в комнату Сашка совершенно неожиданно для всех. И резко остановился. – Дядь Денис, я думал, Машка тут спит вот с ним. А оказалось, ты с ним спишь. – Ребенок скорбно покачал головой. Он был крайне разочарован.

– Иди отсюда, мелочь, – шикнула на братика Маша. – Ты чего несешь?

– Почему у тебя в кровати дядьки спят под одеялом? – уставился на нее братик.

– Почему у меня брат такой дурачок? Иди поиграй в другую комнату.

– Смотри, – по-взрослому сказал мальчик. – Если дяденька любит другого дяденьку, ты так никогда замуж не выйдешь.

– Боже, что за ребенок, – запустила руку в начавшие принимать прежний вид волосы девушка. – Дяденьки устали и отдыхают!

– А что вы тут делаете, молодые люди? – поинтересовалась бабушка Эля, вплывая в комнату следом за мальчиком также неожиданно. Ребят ожидало новое легкое нервное потрясение.

– Ба! – скривился Эль, увидев родственницу, и сел в кровати. Мир вокруг завертелся. – Ничего не делаем!

– Почему ты лежишь на диване вместе с другим молодым человеком? – поинтересовалась старушка в шляпке.

– Мы отдыхаем.

– Как – лежа бухаем? – округлились ее глаза.

Маша фыркнула в кулак, а Сашка покачал головой, все больше веря в то, что чем человек взрослее, тем глупее.

– Отдыхаем мы! – проорал глуховатой родственнице Рафаэль. – Мне нехорошо, вот и прилег!

Дэн, все же встав, беззвучно засмеялся. Ситуация его изрядно веселила.

– Ты что, болеешь, внучек? – заботливо спросила пожилая женщина.

– Нет, бабушка, – едва ли не по слогам произнес парень. – Я отдыхаю. Просто отдыхаю.

Денис подошел к Маше и, не удержавшись, положил ей руку чуть ниже талии.

– Смерчинский, убери лапку, иначе я отправлю тебя в преисподнюю, – прошипела Мария.

– Кто ходит по дому в исподнем? – мигом бодренько отозвалась старушенция, в это время проверяющая, нет ли температуры у внука. – Я хочу-таки посмотреть на этого человека!

– Бабушка, – страдальчески морщась, произнес рокер. – Тебе послышалось. Совсем в сумасшедшую превратилась, – посетовал он в сторону.

– Не ври, милый, я не оголилась, – сердито взглянула на внука старушка.

– Ей совсем плохо…

– Держишь меня за лоха? – оказалось, что бабушка Рафаэля знает современный подростковый жаргон. – Рафаэль! Как не стыдно! Я назвала тебя в честь такого великого человека, с которым ты имел честь родиться в один день! Но вместо того, чтобы посвятить себя искусству, ты препираешься со своей несчастной бабушкой! – Старушка всплеснула руками.

– Я не припираюсь! Это ты меня не слышишь! – завопил парень, но от собственного громкого голоса его голова закружилась сильнее.

– И при чем тут какие-то мыши? – рассердилась пожилая женщина. – Не переводи разговор! В этом чудесном доме нет мышей.

На шум в нашу комнату заглянула Настя.

– Что случилось? – весело осведомилась она.

– Уведи бабушку, – буркнул Эль. – Мы тут разговаривали, а она пришла, опять недослышала и обиделась.

– Ничего я не обиделась, – на сей раз четко расслышала их родственница. – Я не смею обижаться на собственных внуков. Я расстроилась.

– Бабушка, пойдем, – ласково взяла ее под руку Настя, внимательным взором окинув всех нас.

Они ушли из комнаты, и бабушка Эля и Насти тут же принялась рассказывать родственникам о том, что по дому ходит кто-то без одежды. А Сашка, которому опять стало скучно, ушел ловить кошку, высунувшую мордочку из-за угла, так и не поняв логику двоюродной сестры. Маша опять принялась искать таблетки, опустившись на колени перед ящиком стола, тихо бурча под нос ругательства. Впрочем, длилось это недолго – таблетки нашлись.

– Держи, – она вручила длинноволосому прямоугольную упаковку с лекарством. – Запить только надо.

– Не надо, – засунул тот себе в рот таблетку и проглотил. – Ну, когда мне лучше станет? – почти сразу спросил парень.

– Минут через двадцать, – отозвалась Маша. – Знаешь ли, еще нет таких таблеток, от которых сразу становится хорошо. И все-таки покажись врачу, друже.

И девушка стала расписывать гостю, как ему будет плохо, если он не посетит врача.

Дэн молчал. Присутствие Эля продолжало угнетать его. Ничего против этого чела он не имел, но все-таки хотел остаться с Марией наедине. Он поймал взгляд Чипа, кивнул на Рафаэля и поморщился, а потом показал два пальца, ткнув ими сначала в себя, а потом в сторону юной хозяйки дома, имея в виду, что желает остаться наедине с девушкой.

– Слушай, иди в комнату к Федьке, полежи там, а? – попросила Рафаэля она со вздохом. – Тебе будет спокойно, и никто приставать не будет.

– А твой братец против не будет?

– Не будет. Он гостеприимный.

Длинноволосый поворчал, сказал Дэну загадочное: «При родаках – не дело», но согласился и все с теми же тихими стонами вышел из комнаты вслед за Бурундуком. Она довела его до комнаты брата, проследила, чтобы тот лег на его диван, и даже заботливо накрыла тонким пледом, после чего вернулась обратно к Смерчу. И они, наконец, остались вдвоем.

Дэн медленно провел ладонью по светлым обоям, на которых был изображен фейерверк теплых искр.

– Невежды обтирают руки о занавески или скатерти, а ты их переплюнул – об стены начал, – засмеялась Машка.

– Я могу переплюнуть любого, Чип. Мне нравится твоя комната, – добавил он немного погодя, вновь оглядывая мебель.

– Чем она может нравиться? – спросила ее хозяйка, беззаботно плюхаясь на диван. – Здесь всего-то диван, стол, стул, комп да шкаф. И не открывай его, а то оттуда все вывалится!

– Здесь есть все, что и должно быть в комнате нормального человека, – отвечал парень. – Давно встала на доску? – кивнул он на сноуборд.

– Несколько лет, – ответила девушка. – Федька с друзьями увлекся, и я с ними за компанию.

– «Регуляр» или «гуффи»?[5]

– «Регуляр», – не думая, отозвалась Маша, усаживаясь на диван. – Но и правой могу. А что, – прищурилась она, – тоже катаешь?

– Редко.

– Но наверняка метко. Лучше всех небось катаешь, а, Смерчик?

– Обычно, – пожал он плечами.

– Ну-ну, – не поверила юная хозяйка комнаты. – Наверняка ты опытный райдер. Флипы[6] выкручиваешь нереальные, родео… В хафпайпе[7] трюки делаешь.

– Я же сказал, что редко на доску вставал, – спокойно отозвался парень. – Никаких трюков не делал. И больше люблю лыжи, – признался он.

– Ты прямо как Димка, – захихикала девушка. – Ему сноуборд категорически не понравился. Видите ли, лыжи лучше. У него просто не получалось.

– А у тебя, милый Чип, хорошо получается? – поинтересовался Денис, не отрывая взгляда от сидящей Маши. Кажется, настроение у нее было хорошим, на губах играла легкая улыбка, а в глазах пряталась игривость.

– Да особо и нет, – махнула рукой девушка. – Чуть-чуть. Просто для души катаю. Да и то нечасто. Это мой второй бордик, – ласково назвала она доску. – Первый сломался.

– Неужели из-за трюков? – поднял бровь Смерч.

– Какое там. Расслабилась, тупанула и неудачно упала. И связки еще тогда потянула на ноге. Но это ничего. У народа такие травмы порой бывают, ломают все, что можно, но все равно доску не бросают.