Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Френч Джон - Страница 1037

— Мы приступаем к заключительной стадии миссии, — заговорил Келл, не тратя времени на предисловие. — Агенты Бейи прислали из города сообщение о результатах наблюдений с внешнего периметра. В варпе возникли возмущения, а это означает, что скоро откроется переход.

— Когда можно будет получить окончательный результат? — осведомился Койн.

Каллидус был похож на куклу ростом с обычного человека, с нечетко прописанным штрихами лицом и белой гладкой кожей.

— Мы не можем сидеть сложа руки и ждать подтверждения, — ответил Тариил, не поднимая головы от когитатора на запястье. — К тому времени, когда корабли выйдут на орбиту планеты, будет слишком поздно.

В горле Гарантина послышалось невнятное рычание, которое должно было означать согласие.

— Мы приступаем немедленно, — сказал Келл. — Лэнс-излучатель доставлен?

Он посмотрел на Тариила.

— Доставлен, — подтвердил инфоцит. — Грол предоставил транспорт из космопорта. Я лично присутствовал при сборке. Все готово.

— Но нам не удастся его испытать, не так ли? — Койн подался вперед. — Если он не сработает…

— Он будет работать, — заверил его Келл. — Все, что мы до сих пор делали, приближало нас к этому моменту, и теперь нет времени для сомнений.

— Я только хотел убедиться, — сказал призрак. — Поскольку мне придется быть ближе всех к цели, я считаю справедливым, что я больше остальных заинтересован в безотказной работе.

— Не беспокойся, — сказал эверсор. — Ты не успеешь даже испачкаться.

— У нас имеются запасные варианты. — Келл, игнорируя замечание эверсора, кивнул в сторону Йоты и Соалм. — Но сейчас сосредоточимся на главной схеме.

Он обернулся к Тариилу и замолчал.

Ванус сверился с показаниями таймера, висящего перед ним между двумя гололитическими экранами, и поднял голову.

— Патрули кланов могут вернуться в столицу в любой момент.

— И мы последуем за ними. — Келл протянул руку к висевшей на поясе маске. — Всем вам еще необходимо закончить последние приготовления. Я надеюсь, что вы быстро управитесь и покинете пещеры. До столицы будем добираться поодиночке и разными маршрутами, встретимся в космопорте. После заката я буду вас ждать на борту «Ультио».

Единственной, кто не двинулся с места после заключительного объявления Келла, была Соалм. Сжав губы в тонкую линию, он посмотрела на виндикара:

— А Капру проинформировали?

— Не глупи, — фыркнул эверсор, прежде чем Келл успел отреагировать. — Может, мы и перебили нескольких мятежников за время этой игры с повстанцами, но есть и другие, которые только и жаждут заполучить лакомый кусочек, прежде чем выдать это место. — Гарантин расправил свои когти. — Это всего лишь дилетанты, им нельзя доверять.

Соалм продолжала в упор смотреть на Келла.

— И что им делать после того, как миссия будет закончена?

Йота заметила краску, проступившую на щеках виндикара, но он сдержал свои эмоции.

— Капра человек находчивый. Он придумает, как быть дальше.

— Если у него есть хоть капля разума, — проворчал Койн, — он сбежит.

Соалм резко развернулась и первой выскочила из комнаты.

Дженникер добежала до отведенного ей Бейей помещения и вошла внутрь. То немногое оборудование, которое она привезла с собой, было на месте, искусно замаскированное под дамский дорожный саквояж. В этой унылой каморке, на армейской скатке, рядом с вещевым мешком, где хранились сухие пайки, он был явно не к месту. Вененум остановилась и стала осматривать его содержимое.

Внутри, в хитроумно вставленных модулях и потайных отделениях, хранились флаконы с порошками, плоские бутылочки с бесцветными жидкостями, тонкие металлизированные трубочки с химическими компонентами, шприцы, капсулы и пластыри. Всего этого, если бы потребовалось, хватило для истребления жителей целого города.

Некоторое время она размышляла о том, как было бы просто поставить в систему водоснабжения повстанческого лагеря фильтр с таймером и зарядить его метазарином. Она могла бы подобрать нужную концентрацию и сделать все совершенно безболезненно. Люди просто уснули бы, чтобы никогда не проснуться. И были бы избавлены от жестоких мучений, уготованных судьбой, — расплаты, которая последует в любом случае, добьется карательный отряд успеха или нет. Она подумала о леди Синоп, о доверчивой Бейе и вечно подозрительном Гроле.

Кто-то мог бы сказать, что это милосердие. Воителя нельзя назвать великодушным завоевателем.

Соалм решительно тряхнула головой, прогоняя непрошеные мысли. На мгновение она ощутила ненависть к самой себе.

— Я не Эристид, — прошептала она в пустоту.

Внезапный стук в покрытую ржавчиной дверь застал ее врасплох.

— Эй? — послышался снаружи голос, который, как она вспомнила, принадлежал одному из людей, встреченных в импровизированной часовне. — Ты у себя?

Она приоткрыла дверь:

— Что случилось?

Лицо мужчины выражало крайнее беспокойство.

— Они идут, — хрипло прошептал он.

Ей не потребовалось уточнять, кто такие «они». Если агенты Бейи докладывали Капре, логично было предположить, что и все остальные обитатели лагеря были в курсе происходящего.

— Я знаю.

Он вложил ей в руку какой-то предмет.

— Это передала тебе леди Синоп.

Дженникер увидела черненый корпус диктофона, портативного записывающего устройства, которое влюбленные или родственники часто дарили своим близким в качестве сувенира. Устройство содержало в себе миниатюрную катушку памяти, рассчитанную на небольшое время записи, и гологенератор.

— Я подожду снаружи.

Мужчина закрыл за собой дверь, и Соалм снова осталась одна в своей комнате.

Она повертела в руках коробочку, нашла кнопку пуска и с замиранием сердца нажала ее.

Перед ней вспыхнуло зернистое изображение лица леди Синоп не больше ладони.

— Дитя мое, — заговорила аристократка с непривычной настойчивостью в голосе. — Прости, что не обратилась к тебе с этой просьбой лично, но обстоятельства вынудили меня покинуть пещеры. Человеку, который передаст тебе диктофон, можно смело доверять, и он приведет тебя ко мне. — Аристократка сделала паузу, и Соалм показалось, что за один миг она постарела на десять лет. — Нам нужна твоя помощь. Сначала я решила, что могла ошибиться, но с каждым днем я все больше и больше убеждалась, что ты пришла к нам не зря. Он послал тебя, Дженникер. Ты сама сказала, что ты всего лишь «посланец»… И теперь я поняла, с каким посланием ты прибыла.

Изображение мигнуло, когда Синоп оглянулась через плечо на что-то, недоступное радиусу действия камеры. Затем она снова посмотрела в объектив, и ее взгляд загорелся решимостью.

— Я не была с тобой до конца откровенной. Место, где мы встретились, наша часовня… Это еще не все. У нас есть… Я полагаю, ты могла бы назвать это святилищем. Оно находится в пустыне, далеко от любопытствующих глаз. К тому времени, когда ты это получишь, я уже буду там. Дитя мое, я хочу, чтобы и ты туда пришла. Ты нужна нам. Ты нужна Ему. Не важно, какая миссия привела тебя на Дагонет, моя просьба намного важнее. — Соалм ощутила на себе пронизывающий взгляд пожилой женщины. — Не покидай нас, Дженникер. Я знаю, что ты веришь всем своим сердцем, и, как бы мне ни было больно, я прошу тебя сделать выбор между верой и долгом. — Синоп отвела взгляд. — Если ты откажешься, Святую Терру зальют реки крови.

Голограмма растаяла, и Соалм увидела, как дрожат ее руки. Она не сводила глаз с диктофона и что было сил сжимала его пальцами, словно призывала волшебного духа, способного унести ее из этого места.

Речь леди Синоп, ее простые слова тронули ее сердце, и грудь раздирали противоречивые чувства. Она принесла присягу Официо Ассасинорум, она была агентом круга Вененум и получила Эпсилон-дан, и она была обязана выполнять приказы. Но в то же время она была Дженникер Соалм — Дженникер Келл — дочерью Империума Человечества и верной слугой Бога-Императора.

Какой путь выбрать, чтобы лучше послужить Ему? Какой путь будет полезнее для Его замыслов?