Русские народные сказки. Том 1 - Коллектив авторов - Страница 108

108

— Детоньки, миленьки! Не вы ли скота-то пустили? Почто же, детоньки, пакостите? Не надо, миленьки!

Солдаты помолчали-помолчали да опять попросили:

— Дай же, бабушка, поесть нам!

— Возьмите, детоньки, кваску да хлебца; будет с вас!

И вздумала старуха похвалиться, что провела их, и загадала им загадку:

— А что, детоньки, вы люди-то бывалые, всего видали; скажите-ка мне, ныне в Пенском, Черепенском, под Сковородным, здравствует ли Курухан Куруханович?

— Нет, бабушка!

— А кто же, детоньки, вместо его?

— Да Липан Липанович.

— А где же Курухан Куруханович?

— Да в Сумин город переведен, бабушка.

После того ушли солдаты. Приезжает сын с поля, просит есть у старухи, а она ему:

— Поди-ка, сынок! Были у меня солдаты да просили закусить, а я им, дитятко, заганула загадочку про петуха, что у меня в печи; они не сумели отгадать-то.

— Да какую ты, матушка, заганула им загадку?

— А вот какую: в Пенском, Черепенском, под Сковородным, здравствует ли Курухан Куруханович? Они не отганули. «Нет, — бают, — бабушка!» — «Где же он, родимые?» — «Да в Сумин город переведен». А того и не знают, что у меня в горшке-то есть!

Заглянула в печь, ан петух-то улетел; только лапоть вытащила.

— Ахти, дитятко, обманули меня проклятые!

— То-то, матушка! Солдата не проведешь, он — человек бывалый.

Солдат и пельмени

(Из сборника В. Н. Серебренникова)

ел солдат со службы домой. Дорогой выпросился ночевать.

Вечером хозяева стали пельмени стряпать. Старик хозяин сидит на лавке. Сел солдат рядом и завел разговор:

— Видно, поедим, дедушка?

— Поедим, да не все! — отвечает старик.

— А ты разве не хочешь? — спрашивает солдат.

Сели хозяева ужинать, посадили за стол и солдата. Они делят пельмени вилкой надвое, обмакивают в уксус и едят, закусывают хлебом. А солдат вилкой пельмень ткнет — и в рот.

Не вытерпел старик:

— Ты, солдат, двой!

Солдат будто не понял: давай по два пельменя поддевать на вилку. Старик говорит:

— Ешь по-старому!

Солдатская шинель

(Из сборника А. М. Смирнова)

оворил барин с солдатом, стал солдат хвалить свою шинель:

— Когда мне нужно спать, постелю я шинель, и в головах положу шинель, и покроюсь шинелью.

Стал барин просить солдата продать ему шинель. Вот они за двадцать пять рублей сторговались. Пришел барин домой и говорит жене:

— Какую я вещь-то купил! Теперь не нужно мне ни перины, ни подушек, ни одеяла: постелю шинель, и в головах положу шинель, и оденусь шинелью.

Жена стала его бранить:

— Ну как же ты будешь спать?

И точно, барин постелил шинель, а в головах положить и одеться нечем, да и лежать-то ему жестко.

Пошел барин к полковому командиру жаловаться на солдата. Командир велел позвать солдата.

Привели солдата.

— Что же ты, брат, — говорит командир, — обманул барина?

— Никак нет, ваше благородие, — отвечает солдат.

Взял солдат шинель, расстелил, голову положил на рукав и накрылся полою.

— Куда как хорошо, — говорит, — на шинели после походу спится!

Полковой командир похвалил солдата и дал ему еще на чарочку. А барину сказал:

— Кто поработает да устанет, тот и на камне спит, а кто ничего не делает, тот и на перине не уснет!

Солдат и сало

(Из сборника А. Н. Афанасьева «Народные русские сказки», в обработке В. П. Аникина)

априметил солдат, что у хозяина в сенях висело под коньком пуда два свиного сала в мешке: прорыл ночью крышу, стал отвязывать мешок, да как-то осклизнулся и упал вместе с салом в сени.

Хозяин услыхал шум и вышел с огнем:

— Что тебе нужно?

— Не надо ли тебе сала? — спрашивает солдат.

— Нет, у меня своего много!

— Ну так потрудись, навали мне мешок на спину.

Хозяин навалил ему мешок на спину, и солдат ушел.

Баба и два солдата

(Из сборника А. Н. Афанасьева «Народные русские сказки»)

овезла баба в город кринку масла продавать; время-то шло к масленой. Нагоняют ее два солдата: один позади остался, а другой вперед забежал и просит бабу:

— Эй, тетка, подпояшь меня, пожалуйста.

Баба слезла с воза и принялась подпоясывать.

— Да покрепче подтяни!

Баба подтянула покрепче.

— Нет, это туго; ослабь маленько.

Отпустила послабже.

— Уж это больно слабо будет; закрепи потуже.

Пока завязывала баба пояс то крепче, то слабже, другой солдат успел утащить кринку с маслом и убрался себе подобру-поздорову.

— Ну, спасибо тебе, тетка! Подпоясала ты меня на всю масленицу, — говорит солдат.

— На здоровье, служба!

Приехала баба в город, хвать — а масла как не бывало!

Солдатская коляда

(Из сборника А. Н. Афанасьева «Народные русские сказки»)

упил мужик гуся к празднику и повесил в сенях. Проведали про то двое солдат; один взобрался на крышу гуся добывать, а другой вошел в избу:

— Здорово, хозяин!

— Здорово, служба!

— Благослови колядовать!

— Колядуй, добрый человек!

Солдат начал:

А хозяину и невдогад, что солдат прямо в глаза ему смеется.

— Спасибо тебе, служивый! Я, — говорит, — такой коляды отроду не слыхивал.

— Ничего, хозяин, завтра сам ее увидишь. Наутро полезла хозяйка за гусем, а гусем и не пахнет давно!

Тини-тини, потягивай…

(Из сборника А. Н. Афанасьева «Народные русские сказки»)

ело было весною. Вынесли бабы холсты белить.

— Ну, — говорят, — теперь надо смотреть да смотреть, как бы кто холстов не украл!

— У меня все будет цело! — стала похваляться одна старушка. — Кто к моим холстам только руку протянет, тот с места не встанет!

Похвальные речи завсегда гнилы; старуха-то выдавала себя за колдунью, а какая колдунья!

Вот разостлала она по полю холсты и уселась сторожить. Проходили мимо двое солдат и вздумали поживиться чужим добром.

— Слушай, товарищ! — говорит один. — Ты залезь в кусты, да смотри не зевай, а я пойду, стану с бабой лясы точить.

Сказано — сделано.

Подошел солдат к старухе:

— Здравствуй, бабушка!

— Здорово, батюшка! Куда тебя господь несет?

— Иду к начальству за тем, за сем, больше незачем.

— И-и, родимый, служба-то ваша куда мудрена!

— А я, бабушка, к тебе с запросом: вижу, ты — человек бывалый! Разреши-ка наш солдатский спор. Товарищи мои говорят, что в вашей стороне совсем не так звонят, как у нас; а я говорю, что все равно.

— Вестимо, все равно; небось и у вас колокола-то медные!

— То-то! Прозвони-ка, бабушка, по-вашему.

— По-нашему: тинь-тинь-тинь! дон-дон! тинь-тинь-тинь! дон-дон!

— Не много разницы! А у нас, бабушка, звонят пореже.

Солдат махнул товарищу рукою и зазвонил:

— Тини-тини, потягивай, тини-тини, потягивай!

Старуха и рот разинула; пока она слушала, другой солдат стянул холст — и был таков!

— Ну, служивый, — говорит старуха, а сама так и заливается со смеху, — звоны-то ваши куда чудны! Досыта насмеешься!