Волшебство на троих (СИ) - "Amberit" - Страница 215

Лично я бы с большим удовольствием поела на кухне и ушла к себе, обдумывая план Рейфа. На первый взгляд, он был безупречен, но что-то в нем смущало, и в тишине, возможно, мне удалось бы понять, что. Но Ремар, как и полагается князю и радушному хозяину замка, поддерживал разговор, втягивая в него всех присутствующих. Он расспрашивал Ивэна про Ласинию, меня - про Картхейн, честно признавшись, что еще не бывал там, а Аленар делился информацией без особого желания. Из всех присутствующих за столом я единственная понимала причину скрытности Повелителя Асгора и не собиралась раскрывать семейные тайны людям, официально не считающимися моими родственниками. Приходилось тщательно фильтровать свои слова, обходя стороной личность Илланы и ее отношения с Делвером, сосредоточившись на жизни королевского двора и раскрытии заговора.

- Очень поучительная история, - презрительно фыркнула княгиня, когда я замолчала и вернулась к еде. - На твоем месте, Ремар, я бы вела себя поосторожнее.

Ремар, поднесший ко рту бокал, поперхнулся и поставил его на стол.

- Что ты хочешь этим сказать, мама?

- Ничего нового, - криво изогнула губы в улыбке Биэлла. - Что не сработало у одной дамы, прекрасно может получиться у второй. Особенно если иные способы соблазнения уже опробованы.

Нож в моих руках чуть дрогнул, скрипнув по тарелке. Я, усилием воли сохранив на лице безмятежность, наколола на вилку кусок такой полезной моркови и отправила ее в рот. Биэлла может думать обо мне что угодно. Это ее право. И ошибка Алена, не сообщившего своей дражайшей родительнице о грядущем изменении семейного положения. Я не собираюсь ни оправдываться, ни переживать, поскольку ничего не требую от госпожи Альстаны, а в замке живу по приглашению князя Белогорского.

- Мама, ты несправедлива к Эльке, - с нажимом проговорил Ремар.

- Она для тебя уже Элька? - с восхитительным возмущением приподняла бровь княгиня. - Сын, все-таки проверь свой сок на наличие зелья. Я еще могу поверить, что Ариэн поддался чарам этой девицы-полукровки, но ты…

- Хватит, Биэлла, - не выдержал Рейф. - Девочка не заслужила такого отношения к себе.

Княгиня со стуком опустила на тарелку нож и вилку.

- На твоем месте, Рейф, я бы помалкивала, - процедила она. - Кто бы мог подумать, что в школе магов, которой ты так гордился, приличном учебном заведении, могут оказаться подобные особы. Где ты нашел ее, Рейф? В грязном обшарпанном трактире? Девчонка без рода, без племени, без подходящего воспитания не может учиться вместе с детьми из хороших семей.

Я крепко сжала нож и вилку. На губах замерзла невозмутимая улыбка. Глаза щипало от злых слез, но я безразлично смотрела в окно на лунный диск, полностью показавшийся над пиками гор.

- Элиара одна из лучших моих адепток, Биэлла, - сдерживая ярость, проговорил Рейф. - Неважно, откуда родом маг, главное, насколько он талантлив.

- Элиара, безусловно, талантлива, - ядовито улыбнулась княгиня. - Причем ее способности явно распространяются не только и не столько на область магии. Девица успешно соблазнила одного моего сына, потом брата, и сейчас, очевидно, вознамерилась залезть в постель ко второму.

- Хватит, мама! - резко стукнул по столу Ремар.

- Достаточно, Биэлла! - одновременно с ним рявкнул Рейф. - Прекрати, или я нарушу данное Эркасту обещание и все-таки превращу тебя в лягушку! Или змею. Это больше подойдет для твоего ядовитого языка.

- Превращай в кого хочешь, - процедила в ответ Биэлла. - Ты уже уничтожил мою жизнь, убив мужа. Мне все равно, как я проведу остаток своих дней.

- Эркаст погиб по собственной неосторожности, - гневно возразил директор.

- Но это ты попросил его изучить гхыров камень! И это ты настаивал, чтобы он поторопился… Ты никогда не любил меня, Рейф, и отобрал Эркаста, чтобы я всю оставшуюся жизнь скорбела по мужу. А она, - Биэлла бросила на меня кинжальной остроты взгляд, - хочет забрать у меня детей. Но я не допущу этого!

Тело княгини словно бы подернулось легкой дымкой и начало раздаваться в стороны. Я растерянно моргнула, посчитав, что мне привиделось из-за готовых пролиться слез. Ремар и Рейф отреагировали совершенно иначе. Первый схватил бокал с водой и вылил ее на голову матери, второй послал в Биэллу незнакомое мне заклинание. Госпожа Альстана резко выдохнула и схватила салфетку, прижимая ее к лицу и промакивая капли. Ее тело вновь приняло нормальные очертания.

- Мама, тебе лучше уйти, - голосом, не принимающим возражений, потребовал Ремар. Биэлла молча бросила на стол влажную ткань, встала, с шумом отодвинула стул и торопливо вышла из столовой. На пороге дама обернулась, еще раз пронзила меня ненавидящим взглядом, убившим бы на месте любую нежную трепетную натуру, и, стуча каблуками по полу, удалилась.

Я осталась в живых. Только аппетит куда-то пропал и мясо на тарелке вызывало скорее тошноту, чем желание съесть его. В столовой повисла тяжелая гнетущая тишина.

- Элька, - наконец, решился нарушить ее Ремар. - Прости.

- Не надо, - поспешно качнула я головой, не желая ни принимать ненужных извинений, ни отвечать на них. - Лучше скажи… Госпожа Альстана тоже может менять ипостась, как Аленар?

- Да, - с некоторым облегчением выдохнул князь. - Только не в волка, а в крылатую тварь наподобие гарпии.

- Понятно.., - кивнула я, представляя себе последствия появления в парадной столовой существа с размахом крыльев в полторы сажени. - Веселая у вас жизнь, господа. Ремар, я, пожалуй, пойду. Луна встала.

- Мне проводить тебя? - приподнялся из-за стола князь.

- Нет, - мягко проговорила я. - Дорога на башню мне известна. А если какой-нибудь королевской виверне или гарпии вздумается напасть на одинокую девушку на смотровой площадке, то это их проблемы. Я теперь знаю главное средство против них: стакан с водой и успокаивающее заклинание.

Мужчины заулыбались в ответ.

- Хорошо, - неохотно согласился Ремар. - Только постарайся не задерживаться, хорошо?

- Договорились.

Я покинула столовую с гораздо меньшим шумом, чем Биэлла. Алмаз лежал в моей спальне. Точнее, в спальне Алена, которую я заняла, невзирая на явное недовольство госпожи Альстаны. Подумав, я прихватила еще и толстую шерстяную кофту с высоким воротником, принадлежавшую моему жениху. Неважно, что она на несколько размеров больше, чем требуется, и висит на мне объемным мешком. В середине вересклета ночи ветреные и прохладные, а колдовать я не собираюсь. Просто посижу на вершине башни под полной луной, держа на ладони темный алмаз, и подумаю в одиночестве.

Нааль и план по ее захвату никак не хотели лезть в мои мысли. Я все время переключалась на мечты о будущем: Ален, наши дети: синеглазый темноволосый мальчик и рыженькая девочка, шорох моря, шелест виноградных лоз и сливовых деревьев, теплый ароматный ветерок, пахнущий солью и фруктами…

Романтичная ночь способствовала подобным грезам. Поднявшаяся над Дагар-роном луна заливала долину таинственным серебристым сиянием. Мерцало зеркало озера, колышущегося под слабыми дуновениями ветра. В воздухе стоял запах свежести, яблок и горьковатого дыма от сжигаемой листвы. Тихо поднимался дымок из труб на засыпающих домах. Кое-где светились прямоугольники окон. Согнувшиеся под тяжестью плодов яблони лениво перешептывались между собой. Сонно тявкали собаки. Где-то далеко, на пределе слышимости, в Чернолесье выл леанар. Нет, все-таки нацыга. Нет глухого ворчания в конце трели.

Камень на ладони жадно впитывал серебристый свет. Его цвет менялся - от угольно-черного к более прозрачному. Я зачарованно смотрела, как внутри зарождалось еле уловимое свечение, постепенно распадающееся на крохотные сияющие искры. Алмаз приобретал вид, запавший мне в память во время восхода темной луны. Зрелище искрящегося сгустка темноты на ладони завораживало и притягивало, не давая отвести взгляда.

Легкий хлопок телепорта за спиной вывел меня из транса, но повернулась я не сразу, досадливо посетовав в мыслях на чересчур опекающего Ремара. Однако послышавшийся голос заставил меня забыть и о будущем девере, и об опеке, и вообще обо всех событиях бурного торжественного обеда.