Волшебство на троих (СИ) - "Amberit" - Страница 150

- Думаю, ты ошибаешься, - возразила Иллана, выслушав мои невнятные соображения. - Началось все с появлением Ариэна в твоей жизни. Ты начала выходить из-под контроля подруги, постепенно переходя под другой - твоего жениха. Вначале ее это не особенно тревожило. Вы находились в сходном положении: у обеих кавалеры, готовые связать с вами дальнейшую жизнь, но при этом ты более зависима, без семьи, без связей и средств к существованию. Кесси и Ариэн управляли твоей жизнью. А потом произошла трагедия, и ты начала принимать самостоятельные решения. Рванула куда-то к гхырам, пренебрегая безопасностью, оставила подругу одну в Белогорье умирать со скуки... Ты давала ей указания, где жить и что делать. Ваши роли поменялись местами, и Кесси или не смогла примириться с этим, или не захотела.

Я смятенно молчала. Иллана, давая мне возможность осмыслить сказанное, меланхолично барабанила пальцами по столу.

- Кстати... Не могу утверждать наверняка, но, возможно, еще сыграли большую роль обычные зависть и ревность.

- Ревность? К кому? Лежеку? - изумилась я.

- К нему, - усмехнулась Иллана. - Он же мог остаться в замке вместе с братом и Кесси?

- Мог.

- А уехал с тобой. И не потому, что без него ты погибнешь во цвете лет, с тобой уезжали вампир и второй мальчик... как его...

- Ингвар.

- А Кесси, хотя ей не меньше твоего требовалась дружеская поддержка, осталась одна в незнакомом месте.

- С Тереном, - педантично поправила я.

- Лежащим без сознания, а потом принципиально игнорирующим несчастную девушку? Хорошая компания, нечего сказать.

- В замке ей ничего не угрожало, а со мной она не поехала бы.

- Элька, Кесси и не планировала ехать куда-то на край света. Но ее задело, что сокурсники выбрали тебя и опасность вместо нее и безопасности.

- Может быть, - задумчиво качнула я головой. - А зависть откуда взялась? - и, не успев договорить, поняла, что спросила зря.

Иллана весело расхохоталась, подтвердив мои подозрения.

- Девочка, это же совсем просто! Вместо захудалого Магистра некромантии у тебя в женихах внезапно оказался брат белогорского князя. А ты молчала и скрывала эту тайну от нее, своей лучшей подруги.

Я в отчаянии закрыла ладонями лицо. Все так просто: уязвленная гордость, ревность и зависть, - и лучшие подруги становятся лучшими врагами, и ничего не имеет значения, кроме глупой обиды, заслоняющей весь белый свет.

- Но собственная безопасность? Кесси же должна была понимать, что рискует своей жизнью, уезжая из Белогорья?

- Тут я ничего не могу сказать, Элька. Возможно, она убедила себя, что ты солгала ей. Или неудовлетворенные амбиции потребовали от нее продемонстрировать себя в лучшем свете. Или все это вместе взятое, вкупе с желанием угодить своему любовнику и избавиться от скучной жизни в захолустье.

- А в итоге она получит то, что выбрала, - грустно проговорила я.

- Именно так. Мы всегда получаем то, что выбираем себе сами. На этом стоит жизнь. Ну, ты немного успокоилась? Идем, Элька. Тебе пора поесть, а меня ждет Аленар, - Иллана протянула мне руку, помогая подняться. - Только причешись сначала. В таком виде нельзя появляться перед мужчинами.

- Они видели меня еще и не такую, - проворчала я, но, взглянув на свое отражение, покорно взялась за расческу. - А вы куда-то собрались?

- Я собралась. К Травнику, - на лице хозяйки возникло странное выражение. - А Аленар считает своим долгом проводить меня.

- Ты не заболела? - встревожилась я.

- Нет-нет, девочка, что ты! Все хорошо. Или надеюсь, что будет хорошо. Мне передали, что завтра возвращается Делвер.

Она замолчала, словно между долгожданным возвращением короля и посещением Травника имеется явная связь. Я, правда, ее не улавливала.

- У меня кончились кое-какие травки, вот и все, - пояснила Иллана в ответ на мой недоуменный взгляд.

- Может быть, в моих запасах найдется? - предложила я, заплетая косу.

- Вряд ли, - расхохоталась дама. - Тебе они не нужны. И вряд ли и были когда-то. Она игриво провела рукой по моему животу. Я невольно отступила и замерла, поймав за хвост единственную догадку, связывающую Делвера, Травника и мой живот.

- Зелье от беременности?

- Да, - коротко бросила Иллана, явно не желая продолжать разговор на эту тему. Я, со своей стороны, не стремилась к дополнительным вопросам, справедливо считая, что это меня не касается, и последовала за хозяйкой вниз, вновь окунувшись в собственные проблемы.

Парни отреагировали на мой сон так, как, собственно, и ожидалось.

- Ты же не собираешься бросать все и ехать спасать бедную подружку? - только и осведомился Терен, оторвавшись от завтрака.

Получив отрицательный ответ, он с явственным облегчением вернулся к прерванному занятию.

- Правильно. Она сама выбрала себе судьбу.

Его брат охарактеризовал Кесси несколькими весьма красочными выражениями. Настолько красочными, что цветы на подоконнике приувяли, а мне захотелось прикрыть руками живот, заслоняя нежные ушки детей.

- Она с ума сошла, - угрюмо пробурчал Лежек, когда смог сформулировать цензурную фразу. - Только так я могу понять, почему она прибежала к Мораввену. Элька, что еще она знала? Кроме амулета?

- Все, - я села за стол, тоскливо придвигая к себе миску с таким полезным творогом. - Абсолютно все: про Алена, Нааль, некромантов и переселение сущностей. Я не видела причин скрывать от Кесси происходящее со мной. Она не знает только о беременности. Об этом я умолчала.

- Спасибо и на этом, - мрачно выдохнул Лежек. - А эта... твоя будущая свекровь не могла ей сообщить?

- Биэлла? Вряд ли... Насколько я понимаю, Кесси после нашей встречи не вернулась в Белогорье.

- Тогда это останется сюрпризом для Мораввена, - подал голос Терен. - А мне вот что интересно... Скажите мне, господа маги, какого гхыра Нааль забыла в Вольске?

- Приглашает Оррика в Орден? - предположила я. - Или ищет меня?

- Оррик не пустит ее и на порог, - не согласился Лежек. - Даже в облике Алена. Вспомни, Магистр сражался на той поляне вместе с нами и знает о Нааль все.

Я неразборчиво пробормотала согласие и принялась уныло ковырять творог. Обида, боль и ярость, притихшие за время разговора с Илланой, не исчезли до конца и продолжали терзать мне душу. Но в то же время я отчетливо понимала, что, несмотря на предательство и зависть, я не смогу так просто забыть девять лет, проведенных рядом с Кесси. Если Мораввен выбрал ее в качестве моей замены, ему придется передумать.

Глава 26.

По травинке деловито полз крохотный жучок с ярко-красной спинкой, испещренными черными точками. Он то спускался к междоузлию, то вновь поднимался, неуклонно приближаясь к колоску, покрытому тоненькими волосками. Я лениво подставила палец к мохнатой кисточке. Жучок, наконец-то добравшись до вожделенной цели, поколебался, но все-таки перебрался на него, потоптался, раскрыл крылья и, жужжа, улетел в голубую высь, быстро пропав из поля зрения.

Я легла на спину, с тоской устремив взгляд на застрявшее в кроне граба облако. Других дел, кроме как безучастно наблюдать за едва заметно шевелящимися листьями и слушать тихое журчание воды, у меня не было.

Нет, конечно, всегда можно найти чем заняться. К примеру, без помощи магии собрать арбалетные болты и еше раз методично расстрелять ими соломенную мишень. Или сесть за клавесин, положить руки на клавиши и убрать их, поскольку то, что получается в результате, не заслуживает названия музыки. Или до головной боли зубрить навязшие в зубах правила поведения за столом и минимально допустимую глубину приседания при встрече с особами высокого ранга. В конце концов, я могла элегантно присесть на диванчик, взяв в руки роман, и с головой углубиться в томительно-тягучую историю любви.

Но мне не хотелось ни учиться - какая разница, как будет себя вести юная дева из глухой провинции, если я не собираюсь оставаться при дворе Картхейна и искать себе мужа? Ни читать - сладко-текучие объяснения в любви в лучшем случае вызывали смех, а в худшем - вытягивали воспоминания об Алене, его руках, губах, притягательном шепоте и искристой щекотке. Стрельба надоела до огхырения. Невозможно бесконечно заниматься однообразной работой, особенно в одиночку. Деллик не приходил уже пятый день, с момента возвращения его отца. Иллану мы не видели столько же. Она ушла во дворец и с той поры не появлялась дома. С одной стороны, я радовалась этому: надо полагать, недопонимания с королем каким-то образом рассосались. С другой - мои собственные проблемы продолжали давить тяжелым грузом. Кроме того, я просто соскучилась по ней, по нашим ежевечерним разговорам, когда в мужской компании, а когда и наедине.