История православия - Кукушкин Леонид - Страница 182

В 1720 г. Петр подтвердил свое желание видеть Стефана в Петербурге, заключив письмо словами о необходимости учреждения церковной коллегии: «Для лучшего впредь управления должно быть коллегии, дабы удобнее впредь такое великое дело управлять было возможно». Весной 1720 г. устав духовной коллегии был утвержден, а через год открыт Святейший Синод. Президентом Синода царь назначил Стефана, который возражал против создания этого учреждения. Назначение Стефана было нужно Петру, чтобы придать видимость легитимности Синода. За время пребывания в Синоде Стефан отказывался подписывать его протоколы и редко появлялся на заседаниях. Осенью 1722 г. Стефан Яворский умер. Проповеди Стефана и его литературные и богословские труды неоднократно переиздавались, а на сочинение «Знамения пришествия антихристова и кончины века» ссылались раскольники в подтверждение известной идеи о Петре-антихристе. Здесь время поговорить о других знаменитых святителях, живших в рассматриваемое время.

Современником Стефана Яворского был его друг с юношеских лет св. Дмитрий Ростовский. Родился он вблизи Киева в 1651 г. в семье сотника Саввы Туптало. Одиннадцати лет способный мальчик был взят в Киево-Могилянский коллегиум, где в короткий срок получил начальное образование. Поэзии и риторике Дмитрий учился у богослова Галятовского. В 17 лет Дмитрий Туптало принял постриг в Киево-Кирилловском монастыре. Спустя несколько лет митрополит Лазарь Барановский сделал его иеромонахом и проповедником в соборе Чернигова, далее он проповедовал в Слуцком православном монастыре. В 1694 г. архимандрит Киево-Печерской лавры предложил Дмитрию собрать и исправить «Жития святых»; с этого времени начался основной труд его жизни. В 1700 г. Петр поручил киевскому митрополиту Варлааму Ясинскому «поискать из архимандритов и игуменов или других иноков доброго и ученого и непорочного жития, которому бы в Тобольске быть митрополитом, и мог бы Божиею милостью в Китае и в Сибири в слепоте идолослужения и других невежествах закоснелых человек приводить в познание и служение и поклонение истинного живого Бога». По этому требованию Дмитрий весной 1701 г. был посвящен в митрополиты Сибири, однако по пути туда, в Москве, он тяжело заболел, и посетивший его Петр оставил его в Москве для деятельности проповедника, а в 1702 г. Дмитрий был определен на ростовскую кафедру. Подвиг просветителя и пастыря Сибири достался блаженному митрополиту Филофею Лещинскому, в монашестве Федору. Он закончил киевский коллегиум, где учился со Стефаном Яворским, который и посвятил его в сан сибирского митрополита. Он заботился также о распространении православия в Китае, посылая проповедников в Пекин; он сам бывал в Иркутске, плавал по Ангаре, Тунгуске и Амуру. Для остяков, вогулов, татар, тунгусов и других обитавших там многочисленных народов Федор поставил 37 церквей и много монастырей. Оставшись в Ростове, св. Дмитрий вплотную занялся составлением своих знаменитых Четьих-Миней, жития святых, память которых празднует православная Церковь. Скончался Дмитрий Ростовский в 1709 г. и был отпет в Иаковлевском монастыре. Месяц тело святителя не было погребено до приезда его друга Стефана Яворского, который вторично его отпел и похоронил в юго-западном углу Зачатейской церкви, согласно завещанию покойного.

Примерно с 1710 г. главным помощником и советником Петра в деле задуманной царем церковной реформы стал Феофан Прокопович. Феофан – ровесник Петра; он родился в 1681 г. в Киеве в купеческой семье. Рано лишившись отца, Феофан был воспитан дядей, иеромонахом Феофаном Прокоповичем, который тогда был ректором коллегиума. Феофан поступил в Киево-Могилянский коллегиум, по окончании которого уехал продолжать образование в Рим, где прослушал полный курс в иезуитской коллегии св. Афанасия. Он перешел в Католицизм и во время учебы своими успехами обратил на себя внимание папы. Феофан отказался остаться в Риме и в 1704 г. вернулся в Киев. Вернувшись в православную Церковь, он стал преподавать в коллегиуме и по ряду предметов оставил руководства, которыми еще долго пользовались в Киеве и в Москве. В своих литературных сочинениях Феофан высмеивал суеверия и невежество церковных деятелей и стал горячим сторонником петровских реформ. Петр заметил Феофана после победоносной полтавской битвы в 1709 г.; при богослужении на самом поле битвы Феофан произнес блестящую речь. Он связал день победы с днем памяти библейского богатыря Самсона, избившего тьму филистимлян и победившего льва – лев был изображен на знамени Карла XII. Отправляясь в поход в 1711 г. Петр взял Феофана в качестве руководителя воинского духовенства и убедился, что не ошибся в выборе. Он назначил Прокоповича игуменом Киево-братского монастыря, профессором богословия и ректором Академии. Академическая профессура всполошилась и начала писать доносы, уличая Феофана в пристрастии к протестантизму. Но Петр уже решил возвысить нового проповедника – в 1716 г. он вызывает Феофана в Петербург, что было первым шагом к архиерейству. К борьбе с Прокоповичем подключился достаточно инертный к тому времени Стефан Яворский. Петр выждал пару лет, и в 1718 г. настоятельно предложил собору поставить Феофана псковским архиепископом с резиденцией в Петербурге. Наконец, после ряда неудачных попыток Петр нашел для управления Церковью подходящего человека. Образовалась двоица – царь и Феофан, – которая блестяще осуществила церковную реформу со всеми ее достоинствами и недостатками. Для этой цели Феофан в 1720 г. составил «Духовный регламент». Вскоре он становится новгородским архиепископом, а в 1721 г. после учреждения Святейшего Синода – одним из главных деятелей этой организации. В 1721 г. был подписан Ништадтский мир, заключивший многолетнюю Северную войну. В результате Россия получила доступ к Балтийскому морю – тем самым Петр «прорубил окно в Европу». В этом же году Петру был присвоен титул императора. О многочисленных реформах Петра в области гражданского управления можно говорить либо много, либо предельно кратко. Здесь, естественно, следует выбрать второй вариант, рассказав подробно только о реформах церковных.

К реформаторской деятельности царь приступил сразу после полтавской битвы 1709 г. Петр воевал постоянно, и Ключевский считает, что его реформы и война тесно связаны; как выразился историк, война была для Петра движущим рычагом реформ. Реформы коснулись, прежде всего, органов государственного управления: был создан Сенат, многочисленные коллегии, органы государственного контроля и политического сыска, преобразована и упорядочена внешняя торговля. Преобразована промышленность – были созданы мануфактуры, металлургические заводы, горнорудные предприятия, верфи, порты. Для реализации этих преобразований требовались образованные люди. Поэтому при Петре строятся новые школы, высшие учебные заведения, организуется Академия наук, наиболее способные юноши отправляются обучаться за границу. Петр способствовал укреплению экономического и политического положения дворянства. Его борьба с проявлениями патриархальной старины была бесцеремонной и грубой, что вызвало недовольство значительной части населения и даже волнения: он заставил брить бороды, а борода, по мнению многих, придавала сходство со Спасителем, сменить традиционные русские наряды на иностранные; 20 декабря 1699 г. Петр издал указ, согласно которому Новый Год с 1 сентября был перенесен на 1 января, как было принято в западных странах. Многие из этих реформ, как уже говорилось, были задуманы царем Алексеем Михайловичем и патриархом Никоном, однако дела двигались медленно, и довести их до конца не удалось.

Успенский собор (1475–1479) Московского Кремля.

Исторически – главный храм России, в котором венчались на царство все русские цари

По этому поводу интересен разговор Петра со своими сановниками о делах отца. Государь спросил об этом у князя Долгорукого, который не боялся спорить с царем в Сенате, и князь ответил так: «На вопрос твой нельзя ответить кратко, потому что у тебя с отцом дела разные: в одном ты больше заслуживаешь хвалы и благодарности, в другом – твой отец. Три главных дела у царей: первое – внутренняя расправа и правосудие. Для этого у твоего отца было больше досуга, а у тебя еще и времени подумать о том не было, и потому в этом твой отец больше тебя сделал.