Мой идеальный смерч - Джейн Анна - Страница 118

Кажется, мы пошли не в ту сторону.

«Мы проиграли?» – спросила я сама себя вдруг, а после пришло еще одно понимание. Мы не могли проиграть, потому что мы не могли даже и начать бороться против одного из самых сильных чувств этого мира – против любви.

– Нет! – заорал кудрявый Паша, и секундное оцепенение спало с меня. – Эт-то не то! Другую хочу! Разу… разухабистую! – с трудом выговорил певец.

Он, пьяно хохоча, пошушукался с работником кафе и определился с выбором песни, озорная мелодия с полубессвязным текстом которой тут же загремела на все кафе, и он, громко икая время от времени, продолжал петь. Из-за песни я была готова сгрызть дядьку живьем! Еще бы, ты сидишь, думаешь о плохом и страшном, мечтая, чтобы в итоге все кончилось отлично, а из огромных динамиков орет воодушевляющий припев:

– Что это за песня? – спросила Ольга, поморщившись, у Смерча и Никиты. Первый пожал плечами, с грустинкой посмотрел на девушку, как будто бы извинялся за свое неведение, второй немного подумал и тоже сказал, что не может вспомнить, хотя «эту мелодию точно где-то слышал».

– Ну что, все всё выбрали? – вновь спросил Никита. Оказалось, что все. Тогда Ник и Дэн пошли к этой самой стойке, чтобы сделать заказ, оставив нас с Князем вдвоем.

Больше Аньку я не видела, но чувствовала, что она где-то тут. И прямо-таки представляла, как ее воровские шаловливые ручонки тянутся к карману бедняги Ника. Сердце мое сделало едва ли не цирковой кульбит. Вот он… момент, которого мы все так долго ждали… Жаль, только люди, в том числе пьяные дружки кудрявого певуна, закрыли весь обзор…

– Любовь! Ик… По-повернулась! Ик-ик… Ну, вы все знаете, чем! – надрывался мужик с микрофоном. Экстрасенс, однако. И правда ведь это случилось.

Дэн вернулся первым, вновь на ходу читая сообщение, Никита пришел через пару минут, с улыбкой на устах.

– Пару мгновений, сейчас все будет, – сообщил он нам. – Официант все принесет.

– Спасибо, Никит, – кивком поблагодарила его чопорная Троллиха, разглядывая свое лицо в миниатюрное зеркало.

Дэн, сделав вид, что хочет сказать мне на ушко что-то игривое, прошептал с хорошо сдерживаемым восторгом:

– Бурундук, Черри и его приятель написали, что Анька все сделала. – И он показал мне большой палец, поднятый кверху. Я слабо улыбнулась и зачем-то гнусно захихикала.

Официантка в два захода притащила наш заказ. Правда, минут через двадцать, когда Ник уже пару раз высказал недовольство по поводу заведения, впрочем, он сделал это в довольно мягкой форме, хотя я сразу поняла, что он завсегдатай заведений куда более презентабельных, чем эти уличные кафешки. Нет, вроде бы особенных денег я за ним не замечала, хотя одевался он всегда здорово, и явно не с вещевого рынка, но было что-то в моем идеале такое, что я раньше упускала из виду, – ведь никогда еще у меня не было шанса так близко с ним общаться! Близкое общение – новые впечатления.

Когда миловидная работница кафе подошла к нашему столику, я и Дэн напряглись. Ну, предполагаю, что он напрягся, хотя и выглядел этот шикарный балбес спокойно и даже радостно. О чем-то разговаривал с Князем, даже не смотря на Кларского. Зато я от любимого и заколдованного Олей парня взгляда не отводила. Было такое чувство, что я взобралась на высокую-высокую гору, на мгновение став птицей с мощными крыльями, и теперь у меня кружится голова, а дыхание из-за нехватки кислорода спирает, и, кажется, что вот-вот кровь пойдет носом.

Официантка, мило улыбаясь, вытащила счет и протянула его Никите. Я взобралась еще выше.

– Да, сейчас, – сказал Кларский и полез за деньгами в карман стильных брюк. Еще выше… сейчас окажусь на отвесной скале и полечу с нее…

Однако полетела я вниз, кулем с картошкой или с капустой.

Потому что я чуть не умерла, когда он как ни в чем не бывало достал кожаное портмоне и… расплатился! Да чтобы все демоны в аду джагу-джагу перед ангелами сплясали за просто так!

Как будто и не было около него никакой Аньки Аладдина, умелой воровки с детской внешностью и любовью к безвкусным тряпкам!

«Что случилось?» – заплакали мысли, принимая цвет вселенского траура.

А пьяного Пашу в это время сменил какой-то хрупкий подросток – то ли девушка, то ли парень, облаченный в балахон с символикой какой-то рок-группы, и запел сильным голосом:

Заслушавшись, я тряхнула головой. Мальчишка пел так чудесно, что я на пару мгновений забыла о том, что произошло, а потом вновь поддалась панике.

Да, чудо из чудес, но у Ника были деньги! И, как я успела заметить, их было довольно много, как будто бы не у Дэнва, а у него имелся дедушка – владелец крутого клуба. Мой идеал быстро рассчитался с официанткой и, оглядев нас, пожелал приятного аппетита.

Дэн намного быстрее пришел в себя, чем я. Он же и начал вновь вести прерванную беседу, хотя я и понимала, что он расстроен и даже удивлен. Нет, он шокирован и очень волнуется. Это я осознала, когда он незаметно прикусил себя за кожу на запястье. Так, что на ней остались следы от зубов.

Мне в разговоре участвовать не хотелось. Хотелось стать птичкой и удрать в горы, чтобы вволю там полетать. И хотелось надавать глупой Аньке по носу. Может, она дядьку и Ника перепутала по глупости?

– Ограбили! – вдруг сиреной взвыл чей-то голос в кафе, и на мгновение стало почти тихо – если не считать по-прежнему играющей музыки.

Тот самый дядька, которого мы с Дэном видели сегодня в парке и который болтал о том, что у настоящего мужчины должны быть деньги, вопил на все кафе, как ошпаренный котяра. Фарфоровая кукла-блондинка, вновь появившаяся рядом с ним, то испуганно на него смотрела, то отводила взгляд ярко-зеленых глаз в сторону.

– У меня было много денег! Мои деньги! Деньги! – орал мужик. – Чтобы я в вашу забегаловку еще раз поперся! Немедленно вызывайте милицию! Или как они там называются? Полицию! Дрянные черти! Даже телефон сперли! Мой айфон! И паспорт! Ворье! Да вы тут все заодно! Я вас засужу!

Головастики зарыдали навзрыд. Почему Никитку не обворовали?

Пока пострадавший разорялся, топал ногами, едва ли не от злости брызгая слюной, и слушал слова-успокоения от встревоженных работников кафе, которые как могли успокаивали потерпевшего, его спутница-красотка с пепельными волосами просто-напросто изящно поднялась со стула, тяжело вздохнула и ушла, заставив несколько человек, несмотря на критическую ситуацию, завороженно взглянуть ей вслед.