Исчезнувшая стихия (СИ) - Вольная Мира - Страница 157

     Лошадей мы оставили у въезда в деревню, и к дому подходили пешком. Замерли возле калитки, выпуская дремлющую силу, меняя облик, готовясь рвать и убивать.

     - Кровью пахнет, - протянул Рик. Я втянул носом воздух, прислушался, всмотрелся в окна.

     - Много крови, - высказался один из воинов.

     - Только тихо как-то, - я все силился услышать хотя бы шорох.

     - Не нравится мне это, - отозвался друг, вслед за мной тихо ступая на прогнившие доски крыльца. В звенящей тишине пронзительно скрипнула дверь, в нос ударил запах готовящейся еды, табака и алкоголя, юркнула под ноги и скрылась в высокой траве огромная черная крыса. И все снова застыло. Мы ворвались в дом, готовые к бою, готовые встретить хоть какое-то сопротивление, но вместо этого увидели кровь, густую, темную. Повсюду.

   Веер мелких пятнышек на стене в прихожей, словно кто-то встряхнул руками, длинная яркая полоса на полу, как будто след от влажной тряпки, крупные начавшие уже подсыхать капли около входа в гостиную. Под ногами проскользнула еще одна крыса, заставляя меня очнуться.

     Двоих я послал осматривать верхние этажи, еще двоих в гостиную, мы с Риком спустились в подвал, потому что именно оттуда звала меня кровь охотницы.

     Я не сумел сдержать рыка, когда увидел каменный мешок и цепи, обрывки ткани на полу, следы крови и около сотни мертвых крыс, над которыми уже жужжали мухи.

   Боги, девочка моя, прости. Прости, если сможешь.

   Я глубоко вдохнул, чувствуя неприятное жжение в легких. Оказывается, все это время я не дышал. И только осознав, что Дианы тут нет, позволил себе разжать челюсти. Ее вообще не было в доме, а камень привел меня сюда лишь потому, что здесь пролилась ее кровь, но теперь тянул дальше. Седрик прикрыл железную дверь и за ногу выволок оттуда тело мужика, изумленно глядя на торчащий из шеи, словно белый флагшток, позвоночник, я развернулся и кинулся наверх.

     - А нам что делать? - крикнул Рик мне в спину, дурея от запаха крови.

     - Осмотрите дом и ждите.

     - Ты уверен?

     - Да! - отозвался я уже с улицы.

     Она стояла у самого края поля. Хрупкая фигурка в когда-то черных, а теперь бордовых лохмотьях, тонике руки опущены вдоль тела, голова склонена на бок под почти нереальным углом, по всей спине и ногам мелкие кровоточащие ранки, а вокруг словно туман, только черный, густой, заставляющий дышать через силу. Возле ее ног извивался и корчился от боли бывший советник по военным вопросам. Он что-то выкрикнул ей и она, откинув голову, засмеялась, хрипло, словно прокаркала. И Станис закричал сильнее. Первым порывом было подойти, схватить, прижать к себе упрямую охотницу, но мне пришлось подавить это желание. Это ее месть, ее казнь. Я не должен, не имею права вмешиваться. Единственное, что мне оставалось, наблюдать, как слезает с него лоскутами кожа, слушать, как ломаются его кости, чувствовать, как рвутся его вены. Диана мстила, яростно, страшно, дико. Фея захлебывался криками и давился стонами, а Сид невозмутимо продолжала свое дело. Ее тень была вокруг нее, в ней, на ней и вместе они выдрали Станису крылья, сломали ноги, спеленали его же кожей, словно ребенка, вырыли ему могилу.

     - Ты - червь, - услышал я, уже более похожий на ее собственный голос. - И место твое в земле.

     - Нет! - крикнул посол.

     - Да. Надо было оставить меня в покое Станис. Надо было убираться из Физалии, пока ты мог. А теперь ты останешься здесь навечно. Не находишь в этом иронии? Ты станешь удобрением. Даже в своей смерти будешь служить Илии.

     - Нет, нет, нет, нет. Я сделаю все, что скажешь! Все, что захочешь! - надрывался этот убогий, не понимая, что время торгов давно прошло. Что-то тихо ответив, она подняла его в воздух и зашвырнула в яму.

     - Сдохни! - донеслись до меня последние злобные слова посла, а потом дергающегося и извивающегося Станиса поглотила земля.

     Охотница тут же обессиленно опустилась рядом, слегка шатаясь под порывами несуществующего ветра. Я, было, сделал шаг к ней, но тут же снова остановил себя. Нельзя. Она должна сама меня увидеть, подкрадываться со спины - лишний раз пугать мою девочку, а это последнее, что я собирался делать.

     Она поднялась на ноги спустя пять лучей и, обхватив себя руками, не отрывая головы от земли пошла в мою сторону.

     - Обсидиана, - тихо позвал я. Она тут же подняла голову и уставилась на меня. Я никогда не забуду этот взгляд. Испуганный, растерянный, обреченный. Оглушительный звон разрезал тишину, я пошатнулся. Это мир сдвинулся со своей оси, это мое сердце разлетелось на тысячу мелких осколков. Я протянул к ней руки. - Маленькая охотница, - она начала оседать на землю. Я рванулся к ней, подхватил, прижал. Спрятал в кольце рук холодное дрожащее тело. - Девочка моя, хорошая моя. Как же ты меня напугала, - она вздрогнула. - Все. Все кончилось. Я больше никому тебя не отдам, никому не позволю к тебе прикоснуться, никому не позволю украсть тебя у меня, слышишь? Моя сильная, моя храбрая девочка, - она подняла ко мне бледное лицо, и провела ледяной ладонью по щеке, всматриваясь в глаза.

     - Безумец, - прошептала едва слышно и тихо вздохнула. Я перехватил руку и прижал к губам, согревая своим дыханием озябшие пальцы, ощущая вкус крови.

     - Обними меня, - попросил я. - Пора уходить отсюда.

     Она послушно обхватила меня руками и спрятала лицо на груди, я закутал ее в плащ по самую макушку, и мы поднялись в воздух.

   Жива, боги, она жива. Моя сильная, моя смелая маленькая охотница. Была бы возможность, я бы убил Станиса еще раз и еще. Вызвал бы некроманта, чтобы он снова и снова поднимал его, а я снова и снова рвал его на части. Я скинул со спины лошади дорожную сумку и усадил на него уже дремавшую Диану.

     - Я скоро вернусь, - прошептал я, вкладывая в руку свой исфит и все еще не решаясь оставлять одну.

     - Браслет, - прошептала охотница так тихо, что мне пришлось наклониться, чтобы расслышать. - Забери браслет.

     - Он уже у меня, - не удержавшись, я поцеловал ее в макушку и отправился к дому.

     Демоны стащили все трупы в гостиную и ждали моего возвращения на крыльце.

     - Ну что? - спросил Рик.

     - Жива. Поджигаем дом и уходим. Нашли что-нибудь?

     - Здесь бумаги, в основном банковские векселя, - протянул мне Седрик небольшой деревянный ларец. - Больше ничего интересного. Что с хозяином документов?

     - Мертв. Кто-нибудь еще видел их? - я начал ставить вокруг дома контур.

     - Нет, я никому не показывал, а что?

     - Не уверен, что кто-то еще должен знать, что охотница была у Станиса.

     - Как она?

     - Устала. Сильно. Много ран, - я закончил с контуром и швырнул пару молний, старое здание вспыхнуло мгновенно.- Можем идти, гореть будет пока не останется и уголька.

     Диана спала, когда мы вернулись к лошадям, но стоило мне взять ее на руки, тут же открыла глаза и с тревогой взглянула на меня.

     - Спи. Мы возвращаемся во дворец, - она кивнула, и, положив голову мне на плечо, закрыла глаза.

     Назад мы ехали гораздо медленнее, поэтому, когда вокруг сгустились сумерки, на горизонте все еще виднелись отсветы пламени. Зато остановились мы аккурат возле небольшого ручья, на который нам указал проводник. Осторожно устроив Ди на спальнике, я поставил охранный контур, то и дело всматриваясь в ночь, сам не до конца понимая зачем это делаю. Все было тихо, даже как-то спокойно. Видимо, таким образом все еще гулявшие в крови отголоски тревоги напоминали о себе. Закончив с заклинаниями, я занялся необходимыми приготовлениями: разрезал на ленты рубашки, выделенные ребятами, достал из сумки настойки, растер крапиву, найденную по дороге проводником, забрал у запасливого Рика чеснок и лишь затем вернулся к Обсидиане, опускаясь рядом на колени.

     - Маленькая охотница, - я осторожно прикоснулся к ее плечу, - открой глазки. - Она не шевельнулась. - Девочка моя. Проснись. - Повторил я громче. Сид вздрогнула и резко села, чуть не заехав мне лбом в нос. Я улыбнулся. Вот же... любительница подраться.