Убийца, мой приятель (сборник) - Дойл Артур Игнатиус Конан - Страница 160

– Вы пришли по моему объявлению, доктор Гамильтон? – спросил он.

– Да, сэр.

– Вы считаете, что обладаете всеми необходимыми качествами, о которых там говорится?

– Думаю, да, сэр.

– Судя по вашему виду, вы человек сильный.

– Надеюсь, сэр.

– И решительный?

– Думаю, да.

– Вы когда-нибудь рисковали жизнью?

– Пожалуй, нет.

– Но считаете, что в этом случае будете действовать быстро и хладнокровно?

– Надеюсь, сэр.

– Да, я уверен в этом. И уверен именно потому, что вы не притворяетесь другим в такой непривычной для вас обстановке. Что касается личных качеств, думаю, нам нужен именно такой человек. Теперь перейдём к следующему вопросу.

– Что вас интересует?

– Поговорите-ка со мной о жуках.

Мне показалось, он шутит, но, напротив, лорд Линчмер выжидательно приподнялся над столом. В глазах его промелькнула тревога.

– Боюсь, вы не очень-то в них разбираетесь! – воскликнул он.

– Напротив, сэр, это одна из тех областей, где, мне кажется, я кое-что знаю.

– Очень рад слышать это. Пожалуйста, расскажите, что вы знаете о жуках.

Я рассказал. Не думаю, что я поведал что-то оригинальное на эту тему. Я просто дал краткую характеристику жуков, перечислил наиболее распространённые виды, упомянул о некоторых экземплярах из собственной небольшой коллекции и коснулся статьи «Забытые жуки», которую когда-то опубликовал в «Энтомологическом журнале».

– Как! Вы не только коллекционер, не только простой собиратель жуков? – Его глаза просто светились от радости. – Безусловно, вы и есть тот единственный человек во всём Лондоне, который мне нужен. Я так и думал, что среди пяти миллионов должен непременно оказаться такой человек, трудность только в том, как его разыскать. Мне очень повезло, что я вас нашёл.

Он ударил в гонг, стоявший на столе. Вошёл лакей.

– Попросите леди Росситер соблаговолить спуститься сюда, – сказал лорд Линчмер, и спустя несколько минут в комнату вошла дама.

Она была небольшого роста, средних лет и очень похожа на лорда Линчмера: такие же удивительно живые черты лица и чёрные волосы, тронутые сединой. Выражение тревоги, которое я заметил на его лице, было свойственно и ей, и даже в большей степени. Её чело, казалось, омрачало какое-то большое горе.

Лорд Линчмер представил меня. Она повернулась ко мне лицом, и я вздрогнул, увидев большой полузаживший шрам над правой бровью. Он был частично скрыт пластырем, но тем не менее я понял, что рана была серьёзной и совсем свежей.

– Доктор Гамильтон именно тот человек, который нам нужен, Эвелин, – сказал лорд Линчмер. – Он коллекционирует жуков и даже написал статьи на эту тему.

– Неужели?! – воскликнула леди Росситер. – Тогда, должно быть, вы слышали о моём муже. Каждый, кто знает что-нибудь о жуках, наверняка слышал о сэре Томасе Росситере.

Тут для меня впервые в этом странном деле забрезжил тонкий луч света. Наконец-то появилась какая-то связь между всеми этими людьми и жуками. Сэр Томас Росситер был мировым авторитетом в этом вопросе. Он всю жизнь изучал жуков и написал о них фундаментальное исследование. Я поспешил уверить леди Росситер, что, разумеется, читал труды её мужа и высоко ценю их.

– А вы встречались с моим мужем? – спросила она.

– Нет.

– Что ж, тогда встретитесь, – решительно заявил лорд Линчмер.

Леди Росситер стояла возле стола, положив руку ему на плечо. Теперь, когда я увидел их рядом, мне стало ясно, что это брат и сестра.

– Ты действительно готов пойти на это, Чарльз? Это очень благородно с твоей стороны, но мне так больно слышать об этом. – Её голос дрожал от волнения, и мне показалось, лорд Линчмер тоже был растроган, хотя и делал усилия, чтобы скрыть волнение.

– Да, да, дорогая, всё решено, обо всём договорились. Ведь другого способа просто не существует.

– Нет, ведь есть ещё один.

– Эвелин, я тебя никогда не покину, слышишь, никогда! Всё будет хорошо, поверь, всё обязательно образуется. И конечно, сам Бог помогает нам, ведь Он влагает нам в руки такой замечательный инструмент!

Мне стало неловко: я почувствовал, что они совершенно забыли о моём присутствии. Но лорд Линчмер внезапно вспомнил обо мне и о моей работе:

– Я хочу, доктор Гамильтон, чтобы вы целиком были в моём распоряжении. Я хочу, чтобы вы отправились со мной в небольшое путешествие. Вы должны всегда быть рядом и обещать делать всё, о чём я вас попрошу, не задавая никаких вопросов, хотя это и может показаться вам странным.

– Пожалуй, это довольно большие требования.

– К сожалению, я не могу объяснить точнее: я и сам не знаю, как пойдут дела. Но можете быть уверены, что вас не попросят совершать что-то безнравственное. Обещаю, что когда всё будет кончено, вы будете гордиться тем, что участвовали в таком деле.

– Если всё хорошо кончится, – прошептала леди Росситер.

– Совершенно верно, если всё это хорошо кончится, – подтвердил лорд Линчмер.

– А ваши условия? – спросил я.

– Двадцать фунтов в день.

Я был изумлён, услышав сумму, и, наверное, это было написано у меня на лице.

– Вероятно, когда вы прочли объявление, вас поразило столь странное сочетание необходимых качеств, – продолжил лорд Линчмер. – И разумеется, такие разносторонние таланты в человеке должны цениться весьма высоко. Не скрою, ваши обязанности могут быть весьма трудными и даже опасными. Кроме того, возможно, через день-два всё кончится.

– Дай-то бог! – вздохнула его сестра.

– Итак, доктор Гамильтон, могу ли я рассчитывать на вашу помощь?

– Без сомнения, – заверил я. – Вы только должны рассказать, в чём состоят мои обязанности.

– Первое, что вам придётся сделать, – это вернуться домой. Приготовьте всё, что может вам понадобиться для небольшого загородного путешествия. Мы отправимся прямо сегодня в три сорок с Паддингтонского вокзала.

– А куда нам нужно ехать?

– До Пэнгбурна. Ждите меня у кассы в три тридцать. Билеты будут у меня. Всего доброго, доктор Гамильтон! И кстати, советую вам захватить с собой две вещи, если, конечно, они у вас есть. Первое – коробку для жуков, а второе – палку, и чем толще она и тяжелее, тем лучше.

Легко догадаться, мне было над чем поразмыслить после того, как я покинул дом на Брук-стрит. Наконец я отправился на встречу с лордом Линчмером на Паддингтонский вокзал. Вся эта фантастическая затея не выходила у меня из головы; мысли теснились, обгоняя друг друга. Я придумал тысячи объяснений, одно другого невероятнее. Однако я чувствовал, что истинная причина может оказаться ещё неправдоподобнее. Наконец я бросил все попытки объяснить происходящее и сосредоточился на том, чтобы в точности выполнить указания лорда Линчмера. Итак, держа в руках саквояж, коробку для коллекции и увесистую трость, я дожидался у кассы Паддингтонского вокзала, когда появился лорд Линчмер. Он был ещё ниже ростом, чем я полагал, хрупкий и несколько болезненный. Он заметно нервничал – даже больше, чем утром. На нём было длинное свободное пальто с поясом, и я заметил, что в руке он сжимает тяжёлую трость.

– Я купил билеты, – сказал он, шагая по платформе. – А вот и наш поезд. У нас отдельное купе – по дороге нам нужно кое-что уточнить.

Всё, что он хотел уточнить, могло уместиться в одной фразе: я обязан помнить, что нахожусь здесь для его охраны, и не должен отходить от него ни на минуту. Он повторял это во время всего нашего путешествия с настойчивостью, которая лишний раз убеждала, что нервы у него вконец расстроены.

– Да, – сказал он, наконец заметив мои взгляды, – да, доктор Гамильтон, я действительно нервничаю. Я ведь всегда был не храброго десятка, и робость моя – следствие слабого здоровья. Но душой человек я твёрдый и могу смотреть опасности в лицо даже тогда, когда и более хладнокровный наверняка спасовал бы. И я сейчас поступаю отнюдь не вынужденно, а из чувства долга, хотя, без сомнения, иду на отчаянный риск. Если дело обернётся плохо, я вполне могу претендовать на звание мученика.