Масонство, культура и русская история. Историко-критические очерки - Острецов Виктор Митрофанович - Страница 62

Эти идеи по самой логике отрыва интеллигенции от Церкви неминуемо должны были привести к демоническим замыслам интеллигенту стать Демиургом. Первыми ницшеанцами на Руси можно смело считать московских «братьев» Розового Креста из новиковской когорты преобразователей Вселенной. В ХIX веке Шеллинг и Гегель, сами из числа масонов, вполне заменили поучения московских братьев по части герметики в масонских ложах. В бурлящем котле стихий одного и в мечтательном развертывании некоего Духа у другого легко можно угадать и идеи Альберта Великого, и Флюдда, и тевтонского сапожника Бёме, главного идеолога московских розенкрейцеров. Все эти каббалисты давали ту метапарадигму, ту первичную схему мышления, которая определяла миросозерцание человека. Мир превращался в геометрическую фигуру, в которой не было места живому человеку и даже камню, все становилось символом и числом, подлежащим разгадке. Фигуры легко переставляются и легко меняют очертания под легким нажимом карандаша — мгновение, и весь мир на бумаге, мир линий, кубов, шаров, треугольников — изменяется. Власть в таком мире упоительна и вовсе не обременительна для совести. Последняя просто не нужна и легко укладывается в мусорный контейнер с этикеткой «для предрассудков». Живой мир, мир красок и запахов, чувств и теплых переживаний отрицается. Признаются только чувства, общие у человека с животными. Да и сам человек со времен просвещения по сути стал двуногим животным. С отрицанием Триединого Бога под «сокращение» попало и Его творение. Это творение определили в хлев, снабдив его напоследок учебником по дарвинизму в доказательство, что «братья» были научно правы и прозорливы: еще в XVIII веке они, передовые, знали, что человек — от обезьяны. Удивительное совпадение: дед Дарвина — Эразм (1731 — 1802) — еще в середине XVIII века «открыл» эволюцию животных под воздействием внешней среды. Для такой теории ему не понадобилось никуда ездить и рыться в земле в надежде найти какую-нибудь костяшку от прародителя-обезьяны. Свое гениальное открытие он передал внуку, и тот уже оформил его «открытие» «как надо», по «науке».

Влияние оккультно-каббалистических идей на современную научную теорию давно рассматривается в западной историографии науки. Здесь в идее эволюции несомненно влияние основополагающей доктрины каббалы: Вселенная состоит из четырех миров, последний из которых наш мир, материальный. Все миры созданы эманацией, истечением сил из неопределимого центра — Бога, Эн-Софа. Свет, идущий отсюда, путем постепенной деградации создал видимый мир. Но существует и обратное течение света, от простого к сложному. Каждая низшая ступень нисхождения Эн-Софа причастна породившей ее более высокой ступени. Мир самоограничен стремлением снизу вверх. Каждая тварь хочет «эволюционировать» в сторону «высшего плана», она томится, и страдает, и рвется вверх. Таким образом, происходит двойное течение силы Эн-Софа: от центра к периферии (ацилус) и от периферии к центру (зимзум). Слово «эволюция» повторялось бесконечно во всех герметических каббалистических трактатах, и задача выявить более совершенное в каждом качестве и превратить его в более высокое, освободившись от предыдущей формы бытия (евр. клипот — скорлупа), составляет кредо любой каббалистической доктрины и лежит в основе всех алхимических дерзаний и терзаний.

Таким образом, «эволюция» была задана задолго до появления естествознания. Историк науки по этому поводу пишет: «Например, какое причинное объяснение можно предложить для одного из важных эпизодов в истории биологии — перехода от теории креационизма (одномоментного творения Богом всех видов животных. — В.О.) Кювье к теории изменения видов Дарвина?

...Было бы привычным сказать, что этот переход произошел в результате открытия новых фактов. Ведь считается, что именно новые факты — решающий аргумент против старой теории. В действительности работа Дарвина никаких принципиально новых фактов не привела» (Кузнецов Н. И. Наука в ее истории. М.: Наука, 1982 г., с. 6). И далее автор пишет: «По мнению С. Р. Микулинского, важную роль в этом переходе сыграла мировоззренческая установка... «строй» мышления, который определяется в целом общей культурной обстановкой».

Идея восхождения простого к сложному, коренящаяся в каббалистической доктрине «двойного течения», представление о причастности нижней ступени к верхней (идея неоплатонизма — Прокл, Плотин и другие, — принятая каббалой) и о том, что все. что внизу, подобно тому, что вверху, в небесной сфере («Изумрудная книга» Гермеса, III в.), утверждает мысль что дух каждой вещи, «искра» Божия не связана причинно с материей, телом, формой. Последняя при восхождении эволюции уничтожается, ибо она есть скорлупа (по-еврейски — кели-пот) для «искры». Живущая в каждой веши «искра», даже в камне, булыжнике, постепенно совершенствуется и хочет перейти, в более высокий «план бытия». Результатом такого перехода может стать и рождение души человека-венца эволюции.

При социальном применении этой метапарадигмы приходят к представлению об «исторической эволюции», «о закономерности исторического процесса», который ведет к неуклонному «прогрессу». Сам прогресс мыслится по примеру процесса освобождения духа от плоти вследствие все большего осознания самого себя в недрах материи, скорлупы. Человечество по этой доктрине все больше и больше осознает себя, свои цели и задачи, становится «сознательным». Не все сразу, но через 13 своих «сознательных работников», «интеллигенцию», передовой отряд прогресса, процесс освобождения духа от рабства плоти, физического труда и других форм угнетения идет неуклонно в сторону Всеединства.

В начале исторического пути человечество уже имело «золотой век»-коммунизм, но дух был порабощен неосознанностью, был растворен в материи внешних условий. Через страдания плоти дух осознал себя, свое отличие от формы внешних условий своего пребывания на земле и теперь идет, эволюционирует к осознанному «светлому будущему», освобожденный от исторических, религиозных, национальных отличий, ибо все отличия суть лишь форма, плоть, тюрьма духа, предрассудки. В основе всего сущего лежит безвидный, лишенный всякой индивидуальности дух, громадное Ничто. К нему и направлен в конечном счете весь «прогресс» и вся «эволюция».

Иудаизм, и особенно каббала, как известно, являются краеугольным камнем масонства, и именно в этих учениях мы находим полное выражение вышеупомянутых доктрин. Учитель в иудаизме — цадик (тот, кто непосредственно общается с самим небом) — есть полная аналогия Великого Мастера масонской ложи. Если в одном из наиболее мистических течений иудаизма — хасидизме, «цадикизм доводится до настоящего культа» (Критика иудейской религии. М.: Изд.-во АН СССР, 1962 г., с.374), то точно так же и в масонстве культивируется авторитет Мастера. «Цадики желают управлять миром, — говорил один из руководителей хасидизма XVIII в. Бер, — поэтому Господь и создал мир для того, чтобы цадики имели удовольствие управления им» (Там же, с. 374).

Точно так же и масоны, как уже говорилось, мечтали о мировом господстве. И в каббале и, соответственно, всей порожденной ею мистической литературе мир есть символ, иероглиф. Масоны и занимались разгадыванием этого символа. Изучение масонской науки и есть изучение бесконечного ряда символов, уподоблений, знаков, которые в идеале должны открыть смысл главного Символа, главного Слова, которым Бог сотворил Вселенную, «если обладать познанием основного символа, который все бы раскрывал в мире и человеке — это значит получить необъятную власть над людьми и вселенной».

В теории освобождения «искры» из клипота открываются для нас удивительные выводы с далеко идущими последствиями[30].

Бог создал мир из ничего, «цадик же извлекает «искры» из грубых материальных тел и возносит их к источнику, то есть из всего делает ничто» (Гедикман Т. Б. О каббале и хасидизме в кн. «Критика иудейской религии». С. 374). Получается следующая картина: эволюция, прогресс основаны на полном неприятии самобытности и самоценности существующих форм бытия, их телесной качественности. Для дела эволюции необходимо разрушать формы и освобождать «искры» духа. Но эта «искра», будучи освобождена, не несет также самобытности, индивидуальности и должна в конце концов исчезнуть в чистом ничто Мирового духа. Бессмыслица всей «эволюции», всего «прогресса» налицо: Бог создал из ничего — все, масоны-каббалисты из всего хотят сделать ничто.