Сто дней, которые потрясли Галактику (СИ) - Астрадени Джейн - Страница 106

— Самая короткая война в истории конгломерата!.. — вещал из станционных динамиков голос галактики. — … Но эти дни потрясли всех…

А для Женьки прошло целых сто дней. Ровно сто, с того момента как она попала сюда. По её мнению — галактику трясло беспрерывно. Евгения не спешила отмечать круглую дату. Сегодня она узнала, что уже не вернётся домой…

Женя призвала Шердана к ответственности прямо при Талехе и получила исчерпывающий ответ. Мужественно восприняв информацию, она попыталась найти лазейки. Шердан неумолимо мотал капюшоном.

— Во время телепортации произошёл сбой, — отмазывался дмерх. — Вероятно, из-за взрыва… — покосился на сидящего в кресле Талеха. Тот кивнул.

«Каким боком?» — хмурилась Женя.

— …Ты попала в прошлое до того как тебя забрали в будущее.

— Это я заметила, но…

— Не перебивай, — Шердан вздыхать не умел, поэтому шелестел. — Случился временной парадокс. Я говорил, время — нелинейно. Образовалась временная петля, и теперь ты существуешь в двух временных измерениях. Поняла?

Женька покачала головой. Из всех петель она знала лишь ту, которая Мёбиуса… И ту смутно…

— А дальше что? Почему я не могу вернуться?

Если бы у Шердана были глаза, он бы их непременно закатил. Хотя кто заглядывал, что у него под капюшоном…

— Не можешь! Потому что в том времени ты уже существуешь. Так же как и в этом. Теперь ясно?

— Ага. Примерно, — кивнула Женя.

Более того, она уяснила, что дмерхи способны терять терпение.

— Ты ведь утверждал, что из петли не выбраться, — она вздумала его подловить. — Но, получается, я-то выбралась.

— Повезло. Сработал «возвратный предохранитель».

— Чего?

— Предохранитель! Срабатывает один раз. Поэтому телепортатор вернул тебя в ту же секунду будущего, откуда ты отправилась в прошлое. И тебе удалось избежать вечного парадокса, выраженного в круговороте событий. Раз за разом. Бесконечно. До самого коллапса.

Евгения возмутилась:

— А что же ваш хвалёный предохранитель затупил, когда меня швырнуло не туда?! Техника на грани фантастики! Всё работает через задницу…

Талех усмехнулся.

— Не шуми, — пробубнил дмерх. — И не выражайся.

— А что такого? Право имею, — Женька пошла в наступление. По ходу у неё тут личное сражение обозначилось. И это после окончания войны!

— Чтобы включился предохранитель, должен возникнуть парадокс.

Похоже, у людей и дмерхов разное представление о предохранителях.

— Радуйся, что не застряла, — обиженно заявил дмерх.

— Ах, я ещё должна спасибо сказать, что снова не раздвоилась?!

— Именно.

Евгения нахмурилась, представляя картинку. Две Женьки носятся по станции и спорят, кому нужнее Талех. Хотя… Одну можно определить к Сирилу или к Рокену…

— Ева? — это командор.

— А?

— Что с тобой?

— Замечталась…

Но всё стало бы смешно, если б не было так грустно.

— Я сына никогда не увижу, — всхлипнула Женя, когда до неё дошло. — И маму, и папу, и…

Она рассердилась от такой несправедливости и беспомощно заметалась по комнате. Талех настороженно следил за ней. Шердан безмолвствовал.

— Сговор какой-то, — Женька остановилась и так глянула на Талеха, что он смутился. Жалобно спросила:

— Совсем-совсем ничего исправить нельзя?

— Нет, — безжалостно отрезал дмерх.

— Только один вариант. Телепортироваться в прошлое, убить другую Женьку и занять её место, — предложил командор.

Женька вытаращилась на него:

— Ты серьёзно?!

— Нет, конечно… Тебе нельзя туда. Застрянешь.

— Я о сыне волнуюсь! — раскричалась Женя. — И собака у меня…

«Ну как они не понимают?!»

Талех внимательно смотрел, изучал.

«Да что же это такое!?»

Женя подозрительно сощурилась, и напустилась на командора, забыв, как ещё вчера переживала из-за его мнимой гибели.

— Ты так спокойно это воспринимаешь!

— А что мне делать? Оттаскать Шердана за капюшон?

«Джамрану!»

— Сама посуди. Тебе не о чем беспокоиться. Другая ты вернулась к своему ребёнку. У него есть и мать, и отец… Там ему безопасней, чем здесь. Да и…

Нет! Это уже ни в какие ворота не лезло!

Женя гневно свернула глазами и, не дожидаясь конца фразы, вылетела из каюты. Удалось даже хлопнуть переборками. Удовлетворённая этим, она направилась к себе с твёрдым намереньем выплакаться. Полученная информация её не устраивала. Женя считала, что найдёт способ как-нибудь… И наткнулась на Грегори, который, кстати, искал её.

— Чего надо?!

«Только бы не разреветься!»

А в носу уже неприятно покалывало. Англичанин удивлённо взглянул на неё.

— Пойдём со мной. Ненадолго…

Грегори притащил Женю в медотсек, в единственную пустующую лабораторию. Даже в ординаторской, превращённой в реанимационную, лежали раненные. К тому времени Женька украдкой вытерла слёзы и даже промокнула хлюпающий нос уголком развевающегося халата Грега.

— Да что с тобой? — допытывался он.

— Ничего, — она поморгала. — Лук резала…

— Лук?

— Давай говори, что хотел, — она быстренько перевела стрелки.

— Сейчас покажу. Смотри!

Грегори вынул из сейфа электронные планшеты, где обычно хранились результаты сканирования, энцефалограммы, голо-анализы и разложил перед ней. Женька непонимающе уставилась на спектральный анализ головного мозга. Собственные мозги не работали совершенно.

— Что видишь?

— Ну, мозги в разрезе… И?

— Сюда смотри, — он ткнул в изображение. — Волны видишь?

— И что? — она упорно не въезжала.

— Вот это — старые результаты. Помнишь? Мы тогда делали.

Женя кивнула.

— А эти — несколько дней спустя. А вот это — сегодня утром… Прогресс!

— В чём? — слёзы покатились по щекам…

— Женька?! Да что с тобой? — Грегори встревожился не на шутку и отложил планшеты.

Она не выдержала, вцепилась в него и разрыдалась. В перерывах между воем и всхлипами сбивчиво жаловалась на судьбу:

— Яааа… Яааа больше их не увижу… Андрюшааа… Мамааа… У меня… Меня даже фотки нет… Ииии… Ииии!..

Грегори гладил Женьку по спине, пытаясь успокоить. Молчал, пока она не выплакалась и не выговорилась. Сочувствовал и переживал вместе с ней. Так по-человечески. По земному…

— Грег… Прости, — выдохнула Женька.

Он протянул ей салфетку. Она силилась высморкаться. Когда долго плачешь — это так сложно.

— За что прощать-то?

— Обсопливила тебе весь халат.

— Пустяки… Какие всё-таки дмерхи… — англичанин не находил слов. — Это ты меня прости. Знал бы, не связывался с ними.

— Они бы и так меня утащили… Нашли другого… А что ты говорил? — спохватилась она.

— Если коротко, без занудства, — он усмехнулся, — то я практически здоров. Мой мозг свободен от инфо-вируса!

У Женьки слёзы мигом высохли.

— Да ну?!

— Помнишь, как ты дурачилась с текстами?

— Помню. И?

— Ты ушла, а я захандрил. Достал заначку…

— Заначка?! У тебя?!

Точно антивирус…

— Бутыль спирта, — смущённо признался Грег. — Разбавил конечно.

— Погоди. Откуда здесь спирт?

Ввоз старинных земных антисептиков и алкоголесодержащих веществ на станцию был запрещён.

— Через таможню пронёс… Когда прилетели на «Шторме».

— Как?

Грегори замялся.

— Видишь ли, Рала с Гранталом на таможне знают. Они свои в доску. Поэтому особо и не досматривают. Так, формальности.

— Ну и дела…

Грегори хмыкнул:

— А как ты думаешь, они Халовы делишки обтяпывают. Кто привёз ему маркафского долинного?

— Так они ж на Домбо летали…

— Это почти рядом. А что им мешало сделать крюк?

Женя покачала головой.

— Ладно. Рассказывай дальше.

— А дальше… Я банально надрался и стал эти тексты читать, наоборот… Потом стал песни орать, опять же по текстам. Перекопировал задом наперёд и разослал знакомым по гала-почте. В конце смены завалился к приятелю в радиорубку… В общем, мы целый час развлекали народ этой абракадаброй в эфире ночного радио… А после, как отрубило — ничего не помню. Очнулся утром, в ординаторской, на кушетке, с жуткой головной болью, с компрессом на лбу и Миритином поблизости, заряжающим инъектор.