Первому игроку приготовиться - Клайн Эрнест - Страница 62

АртЗмида, Эйч и Сёто прошли Вторые врата и получили Хрустальный ключ в течение сорока восьми часов после того, как я отправил им письмо. АртЗмида снова оказалась на первом месте — у нее ведь были призовые очки за то, что она взяла Нефритовый ключ первой и Медный — второй, плюс стандартные двадцать пять тысяч очков за Хрустальный.

Все трое пытались связаться со мной, но я игнорировал звонки, письма и приглашения в чат. Не хотел говорить им, что именно задумал, — все равно ничем не помогут да еще, чего доброго, попытаются отговорить.

В любом случае назад пути не было.

Я закрыл Доску почета и долгим взглядом обвел свою виртуальную крепость — возможно, в последний раз. Затем сделал несколько глубоких вдохов, как ныряльщик, готовящийся уйти под воду, и нажал на кнопку выхода из системы. OASIS исчез, я оказался перед виртуальным рабочим столом. Открыв окно терминала, я вбил команду кровькишки. Она запускала процесс самоуничтожения.

На дисплее возникла полоса отсчета времени до завершения процесса полной очистки диска с записью нулей в каждый физический сектор.

— Прощай, Макс, — прошептал я.

— Адиос, Уэйд, — ответил мне Макс, прежде чем исчезнуть навсегда.

Сидя в кресле, я уже чувствовал жар, идущий от входной двери. Стянув с глаз визор, я увидел, что в двери и стене наметились отверстия и от них тянется дым. Он постепенно заполнял квартиру, и очистители воздуха перестали с ним справляться. В горле запершило.

Первой все-таки сдалась дверь. Из нее выпал дымящийся круг металла — с таким грохотом, что я аж подскочил в кресле.

Коп с горелкой отступил в сторону, а его напарник облил края отверстия какой-то охлаждающей пеной из баллончика — чтобы не обжечься, идя на штурм. Ведь именно это они и собирались сделать...

— Путь чист! — раздалось из коридора. — Похоже, он безоружен.

В дыру пролез первый коп. Он внезапно вырос прямо передо мной, тыча мне в лицо шокером.

— Ни с места! — рявкнул он. — Не то шарахну, понял?

Я молча кивнул. Мне вдруг пришло в голову, что это вообще первый человек, переступивший порог моей квартиры за все время, что я тут жил.

Второй коп был куда менее любезен. Без лишних слов он подошел ко мне и сунул в рот резиновый шар кляпа. Стандартная процедура — мало ли, вдруг задерживаемый попытается отдать какой-нибудь приказ домашнему компьютеру. Но в моем случае эта мера уже не имела никакого смысла. В тот самый миг, когда первый чужак вступил на мою территорию, в компьютере сработало воспламеняющее устройство. Так что все микросхемы уже оплавились и слились в блин.

Заткнув мне рот, коп ухватил меня за экзоскелет тактильного костюма, выдернул из кресла как тряпичную куклу и швырнул на пол. Его подельник нашел на стене выключатель и открыл титановую дверь. В квартиру вошли еще два копа и Уилсон.

Я скорчился на полу и зажмурил глаза. Меня начало трясти, и я ничего не мог с этим поделать. Я пытался собрать волю в кулак и приготовиться к тому, что случится дальше.

Сейчас меня выволокут наружу.

— Мистер Линч, — улыбаясь, сказал Уилсон. — Вы находитесь под корпоративным арестом. — Он повернулся к копам. — Вызывайте инвентаризаторов, пусть тут все опишут и соберут.

Он обвел взглядом комнату, заметил дымок, курящийся над компьютером, и покачал головой.

— А вот это глупо. Компьютер можно было продать и возместить часть вашего долга.

—

Кляп не дал мне на это ответить. Я лишь пожал плечами и показал Уилсону «фак».

С меня содрали тактильный костюм и бросили его на пол, чтобы инвентаризаторы подобрали, оценили и увезли. Вместо него выдали одноразовый серый комбинезон и пластиковые тапки. Комбинезон на ощупь был как наждачка. Пришлось надеть его на голое тело, и кожа тут же начала зудеть, а в наручниках особо не почешешься.

Меня вытащили в коридор. В резком свете люминесцентных ламп пропадали цвета, и все происходящее напоминало сцену из старого черно-белого фильма. В лифте играла музыка, и я мурлыкал в такт настолько громко, насколько позволял кляп. Мне хотелось показать им, что я не боюсь. Один из копов пригрозил мне шокером, и я заткнулся.

В вестибюле на меня нацепили зимнюю куртку с капюшоном. Я ведь теперь собственность корпорации, человеческий ресурс. Нельзя, чтобы я слег с воспалением легких. Потом меня вывели наружу, и я впервые больше чем за полгода подставил лицо солнечному свету.

Шел снежок, асфальт под ногами покрылся тонким слоем серого льда. Не знаю уж, сколько там было градусов, но я в жизни так не мерз. Ветер пронизывал до костей.

Меня подвели к фургону. В кузове уже сидели два моих новых коллеги по корпоративному рабству — оба пристегнуты к пластиковым креслам, глаза скрыты под визорами. Этих, значит, повязали чуть раньше меня. Отдел взыскания долгов работал прямо как служба утилизации мусора: каждое утро новый выезд и новые поступления.

Справа сидел долговязый парень немногим старше меня. Тощий, как будто не первую неделю живет впроголодь. Пол второго, чудовищно ожиревшего существа, я сразу определить не смог и решил пока считать его мужчиной. Его лицо было скрыто немытыми белобрысыми патлами и какой-то штуковиной вроде противогаза, закрывающей нос и рот. Толстый черный шланг от нее тянулся к отверстию в полу фургона. Сначала я не понял, для чего нужна эта маска, но тут жирный чувак качнулся вперед, натянув удерживающие его ремни, и его стошнило в маску. Я услышал, как включился вакуумный отсос. Интересно, куда ведет черный шланг... Содержимое желудка в таких случаях сливается в какой-то резервуар или прямо на асфальт? Скорее в резервуар. С IOI станется проанализировать рвотные массы и внести результаты в личное досье сотрудника.

— Не тошнит? — поинтересовался один из копов, вытаскивая у меня изо рта кляп. — Если тошнит, дадим маску.

— Спасибо, я отлично себя чувствую, — ответил я не особо убедительно.

— Ну смотри... Если придется после тебя тут мыть, ты об этом пожалеешь.

Меня втолкнули внутрь, посадили напротив тощего и привязали ремнями. Два копа остались вместе с нами в кузове, убрав плазменные горелки в ящик. Другие двое захлопнули дверь и полезли в кабину.

Вытянув шею, я смотрел сквозь тонированные стекла в задних дверях на удаляющееся от меня здание, в котором я прожил последний год. Даже нашел свое окно на сорок втором этаже — оно единственное было замазано черной краской. Инвентаризаторы наверняка уже там, разбирают мои пожитки, сортируют, снабжают номерами, надписывают и раскладывают по коробкам, готовя для аукциона. Когда в квартире ничего не останется, туда запустят роботов-чистилыциков, чтобы убрали и продезинфицировали помещение. Служба ремонта заделает дыру в стене и поставит новую дверь. Корпорации IOI будет выставлен счет, сумма которого прибавится к сумме моего долга.

Во второй половине дня какому-нибудь пасхантеру, которому повезло оказаться следующим в листе ожидания, сообщат, что квартира освободилась. К вечеру в нее уже наверняка въедет новый жилец. Короче, солнце не успеет сесть, как не останется никаких следов того, что я там когда-то жил.

Фургон свернул на Хай-стрит. Под колесами захрустели кристаллики соли, покрывающей обледенелый асфальт. Коп нацепил мне на глаза визор. Теперь я вроде как сидел на белом песке и любовался закатом под тихий шелест морских волн. Видимо, в эту симуляцию погружали всех арестованных, чтобы не буянили по дороге.

Скованными руками я сдвинул визор на лоб. Копы не обратили на это никакого внимания. Я снова вытянул шею и стал смотреть в окно. Я давно не был во внешнем мире и хотел посмотреть, сильно ли он изменился.

0029

Все вокруг по-прежнему покрывал толстый налет запустения — улицы, дома, людей. Даже снег был грязным, падал серыми хлопьями, как пепел после извержения вулкана.

Мне показалось, что бродяг стало больше. Вдоль улиц стояли палатки и слепленные из картонных коробок хибары. Парки больше напоминали лагеря беженцев. Мы ехали среди небоскребов по деловому району, и на каждом углу кучковались люди, греющие руки над разведенными в металлических бочках кострами или переносными обогревателями на топливных элементах. К пунктам бесплатной зарядки электроприборов солнечной энергией тянулись очереди. В них стояли люди в тактильных перчатках и с громоздкими устаревшими визорами на глазах. Они смотрели прямо перед собой и едва заметно шевелили пальцами, взаимодействуя с лучшей реальностью через бесплатные беспроводные точки доступа, предоставляемые GSS.