Изгой (СИ) - Соболева Ульяна "ramzena" - Страница 53

Изгой расхохотался фальшиво, натянуто.

— Любит? Да ты слишком сентиментальна, Чанкр. Любовь? Какое пафосное и громкое слово, я не верю в эти женские, человеческие бредни.

— Никакого пафоса. Даже больше — ты тоже ее любишь, Изгой. Любишь намного больше, чем готов себе признаться. И ты тоскуешь. Впервые жалеешь, что ты являешься тем, кто призван карать и убивать. Ты бы многое отдал, что бы иметь право находиться рядом с ней. А она…она ждет тебя.

— Не ждет. Не убеждай меня в своих иллюзиях, Фэй. Ты ведьма, но прежде всего ты женщина и склонна все разукрашивать в розовые тона, а здесь нет романтики. Все банально и просто — Диана увидела во мне того, кем я на самом деле не являюсь. Я далеко не герой. Она слишком романтичная и молодая. Когда нибудь она скажет мне спасибо за то, что я позволил ей жить дальше в ее мире, в ее реальности. А насчет меня ты ошибаешься — я не знаю, что такое любовь. И знать не желаю.

Фэй стала рядом с ним.

— Я никогда не ошибаюсь, Изгой. Я вижу то, чего никто из вас не видит. Знаешь о чем ты сейчас жалеешь больше всего на свете? О том, что никогда ее не увидишь.

Изгой промолчал. Маленькая ведьма права — да, он жалел. Он не просто жалел, он проклинал свою страшную сущность, свою проклятую жизнь. Да, черт раздери, он хотел увидеть Диану еще хотя бы раз. Перед тем как…

— И ты ее увидишь. Иди, Изгой, она тебя ждет. Попрощайся с ней. Ты можешь себе позволить быть хоть немного счастливым. Разреши себе эту слабость, ведь о ней никто не узнает. У тебя есть время вернуться к ней и попрощаться. Иди. Одну ночь мы справимся без тебя. Даже у самых сильных воинов есть свои маленькие слабости. Любят не слабаки — любят сильные, ведь это целое искусство уметь любить. А ты умеешь, больше чем кто бы то ни было.

Изгой посмотрел на ведьму и судорожно глотнул воздух.

— Ты думаешь, она меня ждет?

— Я не думаю — я знаю.

***

Очередной спектакль, овации, цветы. Снова и снова. Я смотрела на восторженные лица, рукоплескания оглушали, софиты слепили глаза. Разве не этого я хотела? Разве не мечтала, что плакаты с моим именем украсят улицы города. Разве не хотела раздавать автографы и гастролировать по всему миру? Только сейчас мне казалось, что я живу чужой жизнью, ведь я уже не та Диана. И хоть я улыбалась фотографам и позировала для модных журналов, и хоть мои спектакли и гастроли расписаны на несколько месяцев вперед. Я не была счастлива. Я угасала. Меня словно подменили. Длинными, бессонными ночами я смотрела на звездное небо и вспоминала. Как же сильно я тосковала по нему. Мстислав, где же ты? Неужели ты больше не вспоминал обо мне? Неужели так просто забыл? Забрал мою душу, мое сердце и ушел.

— Диана Валерьевна, подпишите здесь и здесь, я оформлю вам выезд в Прагу, у нас гастроли через три дня.

Я вздрогнула и посмотрела на Лизу, моего менеджера.

— Так скоро? Ведь только недавно окончилось турне по Парижу. Я думала, у меня будет отпуск.

— Вы новая прима труппы. Вас хотят видеть везде, это популярность. Никто не думал, что вы станете звездой так быстро. Тем более на вашем спектакле в Праге будет присутствовать верхушка политиков, которые как раз соберутся на очередную пресс–конференцию. Для нас это реклама. И …

— Давайте, я подпишу. Позаботьтесь, пожалуйста, чтобы я спокойно вышла из театра. Последнее время мне кажется, что за мной следят.

Мне и правда так казалось, словно кто то незримо присутствовал везде, где я находилась. Возможно это паранойя от внезапного успеха, но я все же чувствовала присутствие кого то чужого. Меня не покидало ощущение, что я всегда не одна.

— Это побочное явление ошеломительного успеха, вы привыкните, обязательно. Мы усилим охрану, не волнуйтесь.

Я кивнула и накинула на плечи шаль, пошла в сторону лимузина, который прислали за мной, чтобы отвезти в гостиницу.

Щелкали фотокамеры журналистов, за мной бежали следом, пытались взять интервью, но я быстрым шагом шла к машине. Господи, это мучение. Сегодня еще нужно успеть на прием в честь юбилее нашего театра. Соберутся сливки богемы. Снова журналисты, телевидение, снова притворство, фальшивые улыбки. Мне это успело надоесть, едва начавшись. Дверца лимузина отворилась, и я юркнула в темный кожаный салон, с облегчением вздохнула и плотнее укуталась в шаль. Когда автомобиль отъехал от здания театра, я посмотрела в окно и вдруг меня словно током пронизало. Я увидела знакомые светлые волосы, мощную фигуру в черном кожаном плаще. Он выделялся среди пестрой толпы настолько явно, что у меня закружилась голова.

— Остановите, — крикнула я.

Но автомобиль продолжил ехать.

Я прижалась к стеклу, жадно вглядываясь в толпу. Темная фигура стояла посреди муравейника людей и не шевелилась, белые волосы трепал ветер. Изгой смотрел прямо на меня. Как когда то, когда я увидела его впервые.

— Я сказала, остановите, черт возьми.

— Нам нужно выехать за пределы театра. Здесь слишком много людей. Ваша безопасность превыше всего и …

Я жадно смотрела на силуэт с белыми волосами:

— Да остановите вы, черт вас раздери, не то я выскочу на ходу.

Машина резко затормозила и я, стремительно распахнув дверцу, выскочила наружу, лихорадочно озираясь по сторонам. Ветер бил в лицо, швырял волосы, хлестал по щекам ледяными щупальцами. Шаль осталась в машине, но я не замечала холода. Колючие капли дождя царапали голые плечи, горящие щеки.

Изгой исчез, темнота поглотила белые волосы и черный плащ, от отчаянья мне захотелось заорать. Толпа фанатиков кинулась ко мне, и я почувствовала как водитель затолкал меня обратно в машину.

Конечно, мне показалось. Он не мог быть там. Не мог и все. Я слишком сильно этого хочу, поэтому мое воображение сыграло со мной злую шутку. Посмотрела на стекло, по которому стекали капли дождя. Небо могло плакать, а я уже нет. Я выплакала свои слезы, когда поняла, что Изгой отказался от меня и исчез из моей жизни. Прошелся по моей судьбе, не оставив ни одного следа до которого я могла бы дотронуться руками. Во сне я снова и снова тонула в его странных глазах, вдыхала запах его сильного тела. Я бы отдала все ради того, чтобы увидеть его снова. Мне нужна слава, деньги, ничего не нужно. Я просто хочу услышать его голос. Пожалуйста, господи, один раз, только один пусть он придет ко мне. Ненадолго.

Автомобиль остановился возле моего нового дома, купила его всего пару недель назад. Модный особняк на окраине города, как и мечтала когда то. Скоро родители и братья приедут в гости, скрасить мое одиночество. Я отпустила водителя и медленно поднялась по ступеням, как вдруг почувствовала, что я не одна. Почувствовала кожей, каждой клеточкой, порой. Обернулась и полетела в пропасть. Сердце перестало биться. Оно зашлось в немом крике. ОН стоял совсем рядом. Настолько близко, что у меня закружилась голова. Я превратилась в комок нервов, в оголенные провода под током. Я хотела закричать и не смогла. Изгой шагнул ко мне, и я громко выдохнула, чувствуя, как воздух покидает легкие, и вздохнуть я уже не смогу никогда. Я смотрела ему в глаза, земля уходила из под ног, кружилась голова. Он привлек меня к себе, прежде чем я успела пошатнуться. Подхватил за талию, не давая упасть, и от прикосновения его рук у меня зашлось сердце. Я вцепилась в его плечи.

— Ты, — всхлипнула и рывком обняла его за шею, так крепко, что заболели руки. Прижалась к нему всем телом. От счастья дрожал каждый мускул.

Я боялась пошевелиться, боялась открыть глаза, чтобы он не исчез, не пропал. Мне было достаточно вдыхать запах его тела, волос. Чувствовать большие ладони на своей талии. В отличии от меня он касался моего дрожащего тела очень нежно, даже несмело. Наконец то я решилась посмотреть на Изгоя. Подняла голову и встретилась с ним взглядом. Сиреневые радужки стали светлыми, прозрачными. Какими разными они могли быть. Иногда темно–серыми, иногда сизыми, как грозовое небо. Мстислав обхватил мое лицо ладонями. Он молчал, потом закрыл глаза и прижался лбом к моему лбу.