Военный трофей (ЛП) - Вон Элизабет - Страница 62

Кир не позволил мне двинуться. Он просто прижал меня к себе, не давая убежать. Я подняла голову. Его глаза стали узкими щёлочками, а лицо мрачным и жёстким. Но его голос остался нежен и тих, когда он произнёс:

— Лара, что Ксиманд сказал тебе перед церемонией?

Я снова опустила голову на его грудь. Он провёл рукой по моим волосам, разделяя пряди и позволяя пальцам свободно скользить между ними. Я сделала нервный вдох и поведала ему, что сказал Ксиманд. Я объяснила значение слова «рабыня», затем повторила речь Жодена о значимости военного трофея. Я остановилась, отчаянно переводя дух.

Кир продолжил гладить мои волосы. Его голос был всё ещё нежен, когда он заговорил:

— Той ночью ты боялась, не потому что была нетронутой. Ты думала, я собираюсь изнасиловать тебя.

Я подняла голову и увидела суровые глаза, которые тоже пытались скрыть отчаяние. Я поднесла руку к его щеке и коснулась её, смотря Киру прямо в глаза.

— Я думала, ты возьмёшь то, что принадлежит тебе, да. Но ты не взял ничего, что не было свободно предложено. — Его глаза смотрели в мои. — Я боялась, что ты заберёшь моё сердце и ничего не дашь взамен. — Я провела большим пальцем по его губам. — Или ещё хуже, ты заберёшь моё сердце, а затем выбросишь, как изношенный сапог. — Его рука напряглась вокруг меня на мгновение. — Когда я услышала слова Жодена, то поняла, что ты не отнимаешь. А лишь предлагаешь. Предлагаешь мне время. Предлагаешь своё сердце.

Он восхитился мной, поглаживая мою щеку.

— Ты такая храбрая.

Я покраснела и потупила взгляд. Кир приподнял мой подбородок пальцами.

— И почему это так тебя смущает?

Я повернула голову. Кир провёл пальцами по моей щеке и под ухом, лаская шею.

— Я люблю твой румянец. Моя дикая кошка, столь сильная и всё же такая уязвимая. — Он поцеловал мою шею, переместился на ключицу и стал осыпать её крошечными поцелуями. — Когда я начал переговоры, то отвёл твоего дражайшего братца в сторонку и всё ему объяснил. Я хотел, чтобы он знал, что за тобой будут ухаживать с честью и желанием. — Я задрожала от того, как он произнёс последнее слово. Он остановился и изучил мои глаза. — Лара, я представляю, что этот ублюдок наплёл тебе… — Его голос дрогнул. Я успокоила его нежными прикосновениями и поцелуями. — Я ждал, что ты покажешь своё желание. Я не понима… — Он осёкся, а затем спокойно произнёс: — У тебя есть моё сердце, Лара.

Его голос у моего уха наполнил меня поразительной лёгкостью бытия этого мужчины. Он уткнулся лбом в мой лоб.

— Мой военачальник, — прошептала я. Тогда он взял мои губы, даря глубокий поцелуй.

Мы отстранились друг от друга, и он засмеялся.

— Лучше помыться, пока ещё есть силы. — Он встал и занялся мелкими делами, расхаживая голым по палатке, точно большая кошка. Хотя я и восхищалась им, сама я не чувствовала себя так раскованно. Я сгребла меха и подвернула их под руки, чтобы прикрыться. Кир вернулся, неся мне одежду и поднос с потеющим кувшином и грушами.

— Подарок от Маркуса. — Мы выпили холодной ключевой воды и в тишине накормили друг друга кусочками груши.

Капельки сока сбежали по моему подбородку и упали на шею и грудь. Я сморщила нос и улыбнулась Киру.

— Нужно будет утром помыться.

Кир наклонился и облизал след сока. Я посмотрела на него в изумлении. Он посмотрел на меня в ответ, в глазах плясали весёлые искорки. Аккуратно сдвигая поднос, он положил его на пол у кровати. Затем он набросился на меня, перевернул на спину и лёг поверх.

Я засмеялась.

— Кир, я вся липкая.

Он зарычал, глаза замерцали на свету.

— Толи ещё будет.

— Хватит, чтобы бросить ему вызов, — прорычал Симус.

Мой военачальник пригласил Симуса и Жодена к нам на ужин. Маркус ворчал, расставляя различные блюда на столе, но блеск в его глазу заставлял меня краснеть всякий раз, когда он смотрел на меня.

— Нет, не хватит. — Кир отправил в рот кусочек пряного мяса.

— Он не желал мира! — Симус ударил кулаком по столу, так что загрохотали тарелки. — Сказал своим людям, что она должна быть «вещью».

— Дочери Кси рождаются, чтобы вступить в дипломатический брак, Симус. — Я спасла одну из чаш от падения. — Я согласилась по собственной воле, чтобы скрепить мир.

— Чтобы связать партнёров ради выгоды? Кто из нас варвар, трофей? — Жоден пристально на меня посмотрел.

— Он солгал ей и своему народу и отправил людей, дабы убить её. — Симус сжал кружку. — Брось вызов и распотроши его. — Он был убийственно серьёзен.

— У нас нет доказательства… — начала я, но Кир не дал мне договорить.

— Он дал тебе яд.

— Таким же образом как вы предоставляете милосердие своим раненым.

— Нет. — Кир покачал головой. — Он знал правду, Лара. Это не то же самое.

— А как же тогда Ифтен? — Я принялась за хлеб. — То копье было с цельным наконечником.

— А? — По взглядам стало понятно, что Кир умолчал о рынке. Кир кратко рассказал о произошедшем, и оба затихли, задумавшись о соучастии Ифтена. Симус тяжело вздохнул. — Ну, это меняет некоторые хорошо продуманные планы.

— Какие планы? — спросила я.

— С начала мы надеялись на завоевание. План состоял в том, чтобы захватить город, а затем разделить армию, Кир остался бы здесь. Я вернулся бы в Равнины и привёл больше воинов весной. — Симус поднял кружку. — Теперь Кир должен вернуться в Сердце Равнин.

— И бросить Симуса без прикрытия, — нахмурился Кир. — Я не оставлю его здесь с Ифтеном.

— Я могу остаться, — подал голос Жоден.

Симус яростно покачал головой. Кир поднял бровь.

— А как же стремление получить титул Певца во время снегов? Останешься здесь, и придётся ждать целый год…

— Он едет. — Симус был непреклонен. — Я не желаю смотреть, как ты отказываешься от мечты, Жоден.

Жоден потупил голову.

— Старейшины не могут….

— Ты был наказан. — Тёмные глаза Симуса заблестели при смене темы. — Говоря об этом, ты начал работать над песней?

Жоден кивнул.

— Спой нам хотя бы припев, Жоден. — Симус махнул рукой, чуть не пролив кавадж. — Или нам придётся ждать официального представления?

— Нет. — Жоден вгрызся в куриную ножку. — Да.

— Нечестно. — Симус повернулся к Киру. — Ты военачальник. Прикажи ему спеть хотя бы кусочек.

Кир фыркнул:

— Приказать певцу?

Симус склонился ко мне с недобрым блеском в тёмных глазах.

— Ты трофей. Ты могла бы… — Он изогнул брови в намёке.

— Если она так поступит, — спокойно отозвался Жоден, — то в тексте будет говориться об одном раненом воине, который располнел и разленился, когда вылечился.

Симус взглянул на третью полную тарелку.

— Мне нужна еда, чтобы пойти на поправку. Ведь так, маленький целитель?

Сохраняя серьёзней вид, я посмотрела на него.

— Симус, вся армия могла бы прожить на том, что ты ешь.

Кир и Жоден залились хохотом. Симус попытался не рассмеяться, возражая на моё заявление.

— Что за гам? — вошёл Маркус, неся ещё каваджа. Кир и Жоден стали объяснять, заглушая протесты Симуса о невиновности.

— Ах, трофей сказала сущую правду. — Маркус разлил для всех напиток. — Твоё брюхо скоро будет висеть над поясом.

— Лара. — Я посмотрела Маркусу прямо в глаз. — Меня зовут Лара.

Кир, Симус и Жоден занялись едой. Маркус пропустил мои слова мимо ушей.

— Маркус. — Я села очень прямо, решив выиграть в данном вопросе. — Я хочу, чтобы меня называли Ларой.

Его единственный глаз сверкнул; Маркус не был счастливым человеком. Он поставил кувшин каваджа на стол, поклонился и повернулся уйти.

— Маркус, остановись. — Он замер на месте, но не обернулся. — Маркус, я приказываю…

Жоден поперхнулся напитком. Симус втянул воздух между зубами, а Кир поднёс руку к глазам. Очевидно, я совершила очень, очень большую глупость.

Маркус развернулся на пятках и выгнул бровь.

— Да?

Полная тишина за столом.

— Маркус, я была бы очень признательна, если бы ты иногда обращался ко мне Лара.