Сайтаншесская роза (СИ) - Кувайкова Анна Александровна - Страница 114

Это больно, это просто невероятно больно, когда тебя предает любимый человек. Шай…

Закрыв глаза, я вспомнила прикосновения его губ, его рук, его взгляд, его жесты, наполненные нежностью, его слова о том, что он меня никому не отдаст. Все, все до мельчайших деталей, когда казалось, что он скорее умрет, чем посмеет мне хоть как-то навредить…

По щекам градом катились злые слезы.

— Лжец!!! — слова сами сорвались губ, звеня в полнейшей тишине пустой комнаты.

Я не поняла, как и почему, из окна повылетали все стекла, а под моими ногами треснул каменный пол. Во мне бесновалась магия, которую я уже не могла сдерживать. Да и не хотела.

Мне было больно. Слишком больно для того, чтобы это стерпеть.

«Ниэль, прошу тебя…» — раздался голос, который я сейчас ожидала услышать меньше всего.

— Хелли! — в комнату вбежал полуэльф, на котором просто не было лица, — Я слышал, что ты зде… Что случилось?!

Я лишь медленно повернулась к нему, даже не думая прятать глаза, полные невысказанной боли. Я уже успела побывать в мыслях Марка. Он знал. Он, как и все, всё знал.

Мой собственный брат-близнец тоже меня предал.

— Ты знаешь, — отшатнувшись, тихо произнес полуэльф.

— Знаю? — удивленно приподняла я брови, неспешно приближаясь к полуэльфу, — Знаю о чем, Таилшаэлтен? О том, что вы от меня так тщательно скрывали? Или, может, о том, что решили поиграть со мной?!

— Хелли… — шокировано выдохнул Таш, мой Наставник. Нет, теперь — мой бывший наставник и полуэльф, которого я видеть не желаю.

— Не смей называть меня так! — яростно зарычав, я одним слитным движением оказалась около мужчины и, схватив за горло, сильно припечатала к стене. Моя сила, которую я всегда сдерживала после воскрешения, и которая периодически начинала дремать в самых потаенных уголках моей души и тела, начала просыпаться, по своей воле выходя наружу, и оплетая горло полуэльфа.

— Я могу все объяснить, — сдавленно прохрипел Таш, тщетно пытаясь разжать мои пальцы. Стихия смерти, учитывая происхождение этого мужчины, причиняла ему сильную, мучительную боль. И если раньше я даже не могла допустить такой мысли, что могу причинить хоть малейшую боль этому полуэльфу, то сейчас мне было на это откровенно наплевать.

— Объяснить что, Таш? — тихо и зло спросила я, приблизившись к нему практически вплотную, — Что вы хотели, как лучше? Что так вы собирались сохранить артефакт, чтобы он не достался Эрратиану? Или что вам просто нравилось мной играть?!

— Ниэль…

— Заткнись!! — от моего окрика вылетели оконные рамы и, как я подозреваю, не только в этой комнате, — Я что, в ваших глазах всегда выглядела, как полная идиотка, которой нельзя доверять?! Неужели вы думали, что я настолько глупа и ничтожна, что не смогу утаить эту информацию от вампира и его ручной шалавы-демонессы?! Даже под пытками… даже под чем угодно, я бы никогда не смогла предать вас и угробить собственными же руками этот гребаный мир! А вы… все вы…

— Ниэль, — закрыв глаза, тихо произнес маг, — Прости. Это было слишком опасно.

— Слишком опасно было не говорить мне правды, — зло прошептала я, едва коснувшись губами уха мужчины и, ни капли не сомневаясь, резко сжала пальцами его шею. Через мгновения полуэльф рухнул на пол, уже не двигаясь.

Запрокинув голову, я расхохоталась, чувствуя, как мгновенно высохли слезы на щеках.

Все, все об этом знали.

Даже Ри, мой маленький забавный ученик, ради которого я не задумавшись, рискнула бы жизнью. Я доверяла ему так, как никому другому. Только ему я смогла довериться полностью, даже после того, как меня предали близнецы. Он видел меня, мое состояние, мою боль… Видел, и знал, что второго такого удара я не переживу. Видел, и молчал.

И ведь именно поэтому близнецы были не в курсе всего, что происходит. Испытав на собственно шкуре расплату за предательство, они бы никогда не повторили свою ошибку. Или же…? Я уже ни в чем не уверена.

Наклонившись, я подняла записку, которая была вложена в коробку с эти злополучным подарком.

«На случай бала-маскарада, который проходит каждый год в новогоднюю ночь в Академии. Думаю, облик наемницы подойдет тебе куда больше, чем наряд лесной нимфы, в который тебя всегда хотели одеть близнецы.»

Я усмехнулась. Ты прав, Киртан. Ты был прав.

Только вот в ту ночь лучше бы я действительно погибла на границе Эвритамэля. Но сейчас, я думаю, облик беспощадной наемницы подойдет мне куда больше, чем простая одежда некогда забавной магички… от которой теперь не останется даже напоминания. Как и о знаменитой принцессе лунных эльфов.

В этом спектакле больше не участвую.

— Киртан?

— Заходи, — лениво произнес друг, сидящий в одном из кресел в своем кабинете. Закрыв за собой дверь, я медленно вошел, окинув взглядом комнату. Вопреки всему, ятугар выбрал кабинет, который любил меньше всего, из-за его темной и мрачной обстановки. Не смотря на солнечный день за окном, правитель ятугаров наглухо задернул шторы, погружая без того темную комнату в зловещий полумрак.

Сам же князь сидел, спокойно откинувшись на спинку кресла, держа в одной руке хрустальный бокал, до краев наполненный вином, а в другой какое-то украшение, которое меня пока что ни капли не заинтересовало. Мои мысли были заняты другим.

— Что за срочность? — вопросительно изогнул я бровь, усаживаясь в глубокое кресло напротив того, в котором сидел приятель.

Вместо ответа Киртан швырнул украшение на стол и, даже не поморщившись, опрокинул в себя бокал с вином, сделанный на основе крови дракона. Это уже наводило на определенные мысли.

Решив задуматься об этом чуть позже, я взглянул на брошенный предмет… и несколько похолодел. На столе лежала черная атласная лента с каплей черного хрусталя. Застежка на украшении была выдрана с корнем, словно ленту сняли с шеи рывком.

— Это… — в моем голосе была слышна плохо сдерживаемая ярость. Я знал только одного человека с подобным украшением. Только вот мой демоненок скорее умрет, чем позволит снять с себя эту ленту силой. Но факты говорили об обратном.

— Лента Хелли, — кивнут Киртан, со стуком поставив бокал на стол, — Доставила саламандра несколько минут назад.

— Мальчишка? — сразу же спросил я, настраиваясь на браслеты и печать.

— На Острове, — мгновенно ответил Киртан, — Маркус в целости и сохранности, но…

— Она узнала, — я резко распахнул глаза, едва почувствовать отклик глухой ярости и злобы, что клокотала внутри эльфийки.

То, чего мы опасались больше все, действительно случилось. Хелли узнала правду, как бы мы не пытались ее скрыть. И хотя причин было для этого множество, она просто не поняла наших истинных намерений. В таком состоянии, как сейчас, боюсь, любые доводы для нее будут просто бесполезны.

Я не понаслышке знаю, что бывает, когда Хеллиана Валанди находится в ярости, и боюсь, что кто-то уже успел пострадать. Остается надеяться, что Таилшаэлтен не попался ей под горячую руку. Не хотелось бы, чтобы потом мой демоненок жалел о том, что натворила под властью эмоций.

— Танар, ты понимаешь, что мы наделали? — устало спросил Киртан, потерев виски.

— А ты помнишь, для чего мы это сделали? — вопросом на вопрос ответил я, хотя уже и сам до конца не был уверен в своей правоте.

Как и тогда, передо мной стоял выбор. Или же рассказать все Хелли и поставить ее под удар, или утаить правду и потерять ее доверие. Видят боги, я не хотел причинять ей эту боль, помня, что она пережила в свое время из-за предательства братьев де Рен. Я видел, я знал, я понимал это. Я с большим трудом вернул ей улыбку и желание жить, не огладываясь на прошлое, и не бояться удара в спину.

Но я сам все это и разрушил, не только обманув ее, но и заставив остальных утаить правду. И я не знаю, что будет теперь. Надеяться, что она поймет и простит? Вряд ли. Я бы не простил, как это уже сделал однажды.

Но поступить по-другому я все же не мог. Все должно идти так, как задумали Хранители. И хотя раньше я не хотел, чтобы Хелли жила по их правилам, все же решил оставить пока все, как есть. Узнай мой демоненок о том, что ее жизнью управляют, она бы взбунтовалась. А тщеславным богам этого мира не нужны непослушные пешки. Пока все должно идти так, как идет. Хранители должны быть уверены, что они смогли оборвать все ниточки связи с людьми, которые дороги Хелли, и я помог им в этом.