Тени прошлого - Костин Михаил - Страница 58

– Гапо! Вот негодяй! Вот крыса лорандская! – возмущался Айк, как только я закончил с рассказом. – Из-за этого червя мы теперь еще и шпионами стали.

– Он нас в шпионы с самого начала записал, или ты забыл, как в темницу грозился бросить? – спросил Рик.

– Нет, почему же, помню, – ответил Айк. – Просто теперь нас небось вся Лорандия ищет. Как нам до Азороса добраться?

– Не волнуйся, парень, доберемся, – ответил Элсон. – Если эта крыса действительно нас ищет, он попытается расставить своих людей на всех главных дорогах, а мы пойдем окольными путями. Будем передвигаться по ночам и не привлекать внимания.

Так Элсон и поступил и повел нас по безлюдным тропам, подальше от больших западных дорог. Скоро над головой засияли звезды и указали нам путь на юг. Мы ехали всю ночь, а на рассвете, когда первые лучи солнца появились над горизонтом, сделали привал. Местечко было подходящим, закрытое со всех сторон деревьями и с крошечным озерком. Там мы провели весь день, попарно неся караул. Никаких признаков погони не было, слышались только мирные звуки природы и неустанное жужжание насекомых. Мы то дремали, то разговаривали, то снова засыпали, надежно прикрытые от чужих глаз густой листвой, а когда наступила ночь, вновь пустились в путь.

Иногда мы видели вдалеке деревни и города, что светились в темноте желтыми огоньками, давая нам лишь смутное представление об окружающем ландшафте. Так продолжалось, пока мы не достигли Великой Зимней реки, или Грима Блако Сурса, как называли ее местные. Река была почти так же велика, как и Баунд, и тянулась от Громского залива Голубого моря до самого края Великого леса. В нижнем течении шириной Великая Зимняя река не уступала иному морю и была глубока, как воды Бездны. По крайней мере, так рассказывали местные. Для обычных путников река не представляла особых трудностей, по обоим берегам раскинулось множество поселений, откуда ходили вереницы паромов и лодок. Но для нас, изгоев, могучий поток был серьезным препятствием. Идти в большой город или деревню с оживленной пристанью означало подвергнуться лишней опасности, и потому мы отправились в крохотное поселение под названием Луке, где, со слов Элсона, частенько останавливались «черные торговцы», темные личности, готовые за некую сумму переправить кого угодно без лишних вопросов.

Само поселение состояло всего из нескольких дворов и одинокого причала, у которого покачивался на воде невзрачный баркас. Несколько равнодушных к окружающему миру рыбаков перекладывали сети из деревянных ящиков в ручные тележки.

– Сколько за переправу на тот берег? – спросил Элсон.

– Что, всех?

– И лошадей.

– Тогда это не к нам, – сплюнул лысый старый рыбак. – Вам капитан нужен, вон он на бревне трубку курит, – рыбак указал на толстого человека, который вальяжно сидел на толстом бревне и наблюдал за происходящим.

Мы отправились к нему.

– Сколько за переправу? – повторил вопрос южанин.

– Десять серебряных, – ответил капитан сухо.

– Дорого!

– Можете оставаться на берегу.

– Но и ты тогда останешься и не заработаешь.

– Так мне и здесь хорошо, спокойно, тихо.

– Уверен?

Капитан подумал, выпустил облачко дыма и сказал:

– Ладно, восемь серебряных.

Элсон усмехнулся:

– Говори нормальную цену.

– Восемь – и ни монетой меньше! – капитан напыжился, глядя куда-то за реку.

– Вот что я тебе скажу… – Элсон вздохнул, как бы устав от разговора. – Лучше я сам назову цену: четыре серебряных за всех нас и по три медяка за каждую лошадь. Не хочешь – не соглашайся, только потом никого не вини…

Толстяк наморщил лоб, прикидывая, что делать дальше.

– Это грабеж, – наконец ответил он.

– Нет, дружище, не грабеж, а честная сделка, понял? – и Элсон недвусмысленно лязгнул мечом.

– Конечно, конечно, – тут же кивнул капитан. – Да и лучше так, чем без денег сидеть. Дела в последнее время все равно идут плохо. – Капитан встал, направился к двум морякам, которые с палубы баркаса наблюдали за переговорами.

– Ему можно доверять? – спросил я Элсона.

– Доверять никому нельзя, парень. Но у нас нет выбора.

– Похоже, и у него тоже, – заметил я, кивнув в сторону уходящего толстяка.

– С ними по-другому нельзя, эти прохвосты сами кого хочешь ограбят.

– «Черные торговцы» все такие?

– Этот еще ничего, бывают в разы хуже.

– А чем именно они занимаются?

– В основном возят всякую запрещенную ерунду, наемных убийц переправляют, иногда мертвый «груз» прячут. Вот наш толстячок привез сюда «товар», а обратно ему везти нечего. Так что сидит он здесь и ждет, пока что-то дельное подвернется.

– Откуда ты все это знаешь? – удивился Айк.

– А ты думаешь, как я в Нордению попал? Мне с моим заданием чужое внимание было не нужно, вот и пришлось общаться с такими вот толстячками…

Капитан вернулся и велел отвести лошадей на судно, которое представляло собой довольно большую лодку с открытой палубой, единственной мачтой и двухэтажной кабинкой сзади, служившей местом отдыха для команды и гостей. По настоянию капитана Элсон отдал ему деньги вперед, после чего нас пропустили на корабль. Через полчаса мы уже плыли по реке. Путь был неблизким, и, утомленный, я уснул у борта. Проснулся я от неожиданного толчка. Мы прибыли на другой берег, пустой и пологий. У самой воды тянулась узкая полоска песка, чуть выше стояли четыре домика, связанных между собой деревянными настилами так, что получился один большой квадрат, от которого в реку выдавался одинокий причал. Матросы ловко перекинули с лодки на причал деревянный мостик и пригласили нас к выходу.

– Какое-то странное местечко, – послышался голос Айка за спиной.

Я огляделся. Кроме нас и матросов, здесь никого не наблюдалось. Дома, причал и берег были пустыми. Вокруг царила тишина. Вместо того чтобы обрадоваться такому спокойствию, меня, наоборот, охватила тревога. Обнажив на всякий случай меч, я вслед за остальными сошел на песок. За спиной капитан крикнул что-то матросам, те убрали трап и оттолкнули лодку от берега длинными шестами.

Баркас уже отошел на приличное расстояние, когда Элсон что-то заметил. Лицо его исказилось, он опустился на одно колено и начал пристально всматривается в черные дыры открытых дверей, потом вскочил и, толкая лошадь впереди себя, бросился бежать к лежавшей неподалеку перевернутой лодке.

– Засада! Прячьтесь!

Я бросился за южанином. Над головой засвистели стрелы, и мне пришлось отпрыгнуть в другую сторону. Первые несколько стрел безобидно упали в воду, но уже следующие нашли свои цели. Одна стрела поцарапала плечо Рику, оставив на коже длинный кровавый след, а другая ударила в седло лошади Айка. Испуганное животное забилось в поводьях. Айк пытался удержаться, но не смог и рухнул в холодную воду, выпустив поводья. Рик тоже старался удержать свою лошадь, но и это оказалось невозможным. После очередного сильного рывка Рику ничего не оставалось, как бросить это занятие и поспешить за Элсоном. К тому моменту я уже лежал под забором рядом с ближайшим домиком.

Какое-то время я сидел неподвижно и ждал, пока мое сердце перестанет бешено колотиться. Потом я прополз вдоль забора к стене дома. Внутри кто-то копошился. В голову пришла отчаянная мысль. Рядом лежал небольшой валун, а в нижней части стены две прогнившие доски болтались на паре ржавых гвоздей. Я отложил меч и двумя руками ухватился за тяжелый камень. Целясь в гнилые доски, я кинул его в стену. Раздался громкий треск ломающегося дерева. Я обогнул дом и ввалился в открытую дверь. Где-то рядом ударила стрела, но я даже не обратил на нее внимания, меня занимали двое мужчин, стоявших у дыры, проделанной валуном в стене. Я бросился в бой, и первый же удар достиг цели. Один из врагов рухнул с перерубленной шеей. Его товарищ оцепенел от ужаса. Я подпрыгнул к нему и вонзил меч чуть ниже груди. Парень дернулся и медленно опустился на колени, уронив голову на плечо. В руке он судорожно сжимал короткий лук.