Охота на прошлое (СИ) - Кельн Яна - Страница 44

Жар тела, лежащего под ним, опаляет. Иван скатывается, вытаскивает из-под Сони руку, заляпанную в вязкой уже остывшей сперме. В голове плотный молочный туман, слышно только еще тяжелое дыхание любовника. Даже так… Ваня медленно сел и посмотрел на блондина, так и лежащего на животе с широко разведенными ногами. Рука сама потянулась туда, откуда совсем недавно выскользнул его член. Ваня легко коснулся припухшего колечка мышц мокрого и еще необычно горячего и погрузил в растянутую дырочку палец. Сони застонал, уходя от прикосновения. Но мужчину захватил какой-то извращенный интерес.

- Лежи, - шикнул он и перебрался поближе, разводя ягодицы в разные стороны.

Анус оказался приятно растянутым, запачканным в его собственной сперме, которой было слишком много как снаружи, так и скорее всего внутри. Словно в доказательство этих мыслей, Сони дернулся, мышцы напряглись, и из дырочки выплеснулась очередная порция семени.

- В сексе с мужчиной есть несомненный плюс, - задумчиво прошептал он, погружая уже два пальца и с наслаждением слыша чертыханья и скулеж блондина.

- Какой? – спросил тот, замирая, когда понял, что этот чертов исследователь все равно не оставит его измученное огромным размером тело в покое.

- Мужчина не залетит.

- Женщина, знаешь ли, тоже, если кончить ей в анал, - буркнул фотограф, пальцы, скользящие в нем вызывали двоякое ощущение, ему было немного дискомфортно, но от скольжения, он начинал возбуждаться заново.

- Все равно стремно, а с тобой, можно не церемониться.

- Сука! – прошипел блондин.

- Нет, сука – это ты.

- Оставь меня в покое…

- Не-а! – весело воскликнул Иван, оставил анус парня в покое, лег рядом и притянул Сони в объятия. – Мне слишком понравилось, ты оказался прав.

Комментарий к частиНебольшое отступление от линии общего сюжета. Короткая история Сони и Вани.

Глава 15.Начало конца.

«Людям только одно удаётся в совершенстве

— разочаровывать друг друга». 

Хьюберт Селби

- Я ожидал, что поездка в Москву и контракт с Сони, взбодрят тебя на более долгий срок, а не на пару дней, малыш, - Михаил плавно въехал во двор Кирилла.

Сегодня вечером он вновь пригласил мальчика на свидание. Оно удалось. Все прошло так, как задумывал мужчина, каждый шаг был сделан в нужный момент. Можно, было сказать, что это было идеальное свидание, если бы не одно «но». Кирилл постоянно о чем-то думал, находился за гранью досягаемости, и до него было не достучаться, невозможно дотянуться до того, кто добровольно замуровался в бетонную стену.

- Я в порядке, Миш, говорил же, - наверное, мальчик поморщился, Михаил не мог этого сказать наверняка, потому что видел только черноволосый затылок, Кирилл пристально всматривался в ночь за окном машины.

- Как скажешь, - мужчина вздохнул, признавая, что он бессилен. – Увидимся завтра?

- Я позвоню, хорошо? – Кирилл взвился, осматриваясь по сторонам, неловко коснулся щеки Михаила губами и выпорхнул из машины.

Блондин только цокнул языком и тронул иномарку с места, понимая, что с призраками и тараканами, живущими в черноволосой головке, бороться не имеет смысла.

Мальчик же влетел в подъезд, перескакивая через ступени, вбежал на свой этаж и замер, не в силах больше шевелиться. Сердце стучало, как сумасшедшее, дыхание никак не могло выровняться, губы пересохли. Кирилл нервно облизал их, не в силах оторвать взгляд от серых глаз напротив.

Мужчина поднялся со ступеней, и мальчику пришлось задрать голову, чтобы не прерывать столь необходимый контакт. «Он здесь, вернулся, пришел ко мне» - стучало в голове, а губы сами растянулись в улыбке. Только сейчас Кир осознал, насколько соскучился по этому человеку. Почему? Почему так щемит грудь, почему готов жизнь отдать, чтобы всегда видеть его, иметь возможность прикоснуться, заглянуть в глаза, просто почувствовать тепло, пусть на расстоянии? Важно, чтобы он просто был рядом, чтобы можно было дышать одним воздухом на двоих. Любовь? Такая глупая, первая, наивная, подростковая, всепоглощающая, до фанатизма. Когда это началось?

- Я брошу курить, только не уезжай больше, - прошептал он, утыкаясь лицом в широкую твердую грудь, но опасаясь обнять и прижать к себе ближе.

- Смешной, - ответил Андрей, ероша его волосы.

- Не уезжай, Андрей…

- Это сложно, Кир, - вздохнул мужчина, сам не понимая до конца, что ему дается тяжелее: расставание с этим мальчиком или возвращение к своему прошлому, снос барьеров и клеток, за которыми томилось истинное «Я».

Ревность – чувство, не уступающее в силе любви. Андрей четко осознавал, что не любит Кирилла. Хочет, фанатеет, симпатизирует, но все это не любовь, зато ревность он почувствовал самую настоящую, увидев тогда мальчика с другим мужчиной. Ярость захватила с головой, захотелось отобрать, присвоить себе, сделать так, чтобы этот человечек не отходил от него ни на шаг. Андрею хотелось, чтобы звонкий смеха слышал только он сам, чтобы все улыбки безупречных губ, доставались ему, чтобы взор колдовских зеленых глаз был направлен лишь на него. А еще мужчине было безумно интересно, кто был тот светловолосый мужчина, но спросить не хватало решимости, ведь Кирилл мог придумать то, чего нет.

- Слышишь, я брошу курить, - повторил мальчик и решился прижаться, обхватывая руками талию мужчины.

Ламин ответил, притягивая Кира к себе за плечи. С кем, если не с ним? Только этот мальчишка сумел разрушить преграды, может, все получится. Андрей решился попробовать, не смотря на то, что все еще плавал в океане сомнений, но тот другой мужчина, гнал, не позволяя остановится на мгновение и тщательно все обдумать. И Кирилл… Кирилл так прижимался, так стискивал его тело, словно хотел вплавиться, раствориться в нем.

- Тебе очень нужно домой? – шепотом спросил Андрей.

- Нет, - Кир мотнул головой, не веря своему счастью.

Андрей взял его за руку и повел вниз, они оба знали, куда идут и что произойдет сегодняшней ночью. И если мальчик едва справлялся с собой, чтобы не обрушить лавину восторга на голову будущего любовника, то Андрей все еще сомневался. Правильно ли он поступил, пойдя на поводу у столь низменных и извращенных желаний? Правильно ли то, что посмел поступиться своими принципами, ведь Кир еще слишком молод, даже мал, но… есть доводы разума, а есть желания души и тела. И когда эти двое объединяются с целью кого-то заполучить, то разум не в силах помочь человеку. Максимум, что он может сделать – найти достойное оправдание любому поступку.

Домик, который снимал Андрей по приезду в родной город, встретил тишиной и непривычным запустением. На момент столь поспешного бегства, он уже несколько дней обитал в квартире родителей, поэтому в холодильнике не было еды, а полки и шкафы покрылись приличным слоем пыли.